Барышня из забытой оранжереи - Лилия Орланд

понимала почему. Вечером мы не договаривались об утренней встрече, но она подразумевалась. Они же не думают, что, раз насос работает, на этом всё закончилось? Или думают?

Их родителей тоже не было – не спросить. И где искать мальчишек, я не представляла. Да и что делать без помощников тоже. Одна я насос до теплиц не дотащу. Хотя мы и втроём не утащили бы.

Вчера мы два или три метра с трудом преодолели. И как мне быть?

Одолеваемая сомнениями, я шла к сараям, где с вечера остался насос и мои туфли. Надо хотя бы трубу из воды вытащить, чтоб не засорилась. А потом уже думать, искать прежних помощников или снимать кого-то с работ.

Или опустить руки, потому что побег от меня Прова и Михая выбил из колеи. Вчера казалось, что мы нашли общий язык и вместе загорелись делом. А сегодня…

Голоса я услышала на подходе. Ещё и перестук, сопровождаемый треском, словно деревяшки стучали друг о друга.

Я прибавила шагу. Открывшаяся картина заставила с облегчением выдохнуть. Никуда они не сбежали. Мои помощники уже были на месте и занимались делом.

– Кто придумал? – вместо приветствия спросила я, разглядывая низкую, меньше полуметра, деревянную платформу на колёсах, которую мастерили мальчишки.

Перестук создавали колотушки – деревянные молотки – которыми насаживали колёса на оси, и те, и другие тоже были из дерева. Сооружение выглядело старым, потемневшим от времени, но ещё прочным.

– Он! – ребята одновременно указали друг на друга и смущённо рассмеялись.

– Понятно, оба молодцы, – похвалила я. – А где взяли платформу?

Они замолчали, резко перестав улыбаться.

– Понятно, – протянула я. – Хоть скажите, перед кем вас придётся оправдывать. Не хочу, чтобы вам влетело за то, что вы сэкономили мне массу времени.

Два удивлённых взгляда вонзились в меня и начали сканировать. Видимо, Пров и Михай стащили у кого-то рабочую платформу исключительно на собственном энтузиазме, даже и не думая просить моего заступничества.

– Вы большие молодцы, – сообщила им, добавляя: – Но в следующий раз сначала скажите мне, тогда у вас не будет неприятностей.

– Да мы хотели… – начал Пров.

Михай его перебил:

– Виноваты, барышня. Но мы сообразили, когда мимо шли. На неё садовники большие сучья складывают. Подумали, пока вас ищем, да с вами возвращаемся, увезут её. Парк большой, ищи потом, бегай.

Я понимала их логику. Мальчишки решили ковать железо, пока оно горячо. О последствиях подумали, лишь когда я задала вопрос.

– Как перевезём насос, сразу вернёте на место. Скажете, что я велела, а вы ослушаться не могли. Пусть ко мне идут разбираться.

Парни переглянулись. Значение их взглядов я до конца не поняла, но в них точно было одобрение.

С платформой возились около получаса. Внешне она выглядела крепкой. Настил из двойного ряда толстых досок, плотно пригнанных друг к другу. Массивные колёса из цельных кусков дерева с выточенной серединой под ось. Мальчишки только насадили их поглубже, чтобы не слетели на кочке под тяжестью нашего агрегата.

Главное, чтобы платформа выдержала вес.

Для этого мы сняли всё, что легко крепилось. Трубу пока оставили в воде. Шланг был изготовлен из толстого каучука, армированного по всей длине матерчатой сетью, чтобы не ломался на сгибах и дольше служил. Край ещё усилили металлической вставкой. Удобно держать и поливать стены оранжерей, но и веса это добавляло немало.

Поэтому шланг остался в траве. А вместе с ним металлический рычаг.

Остальное откручивать не стали. Потом прилаживать на место полдня придётся. Ещё и не факт, что не напутаем – дневник со схемой я сегодня не взяла.

Дальше началось самое сложное.

Мальчишки очень здорово придумали с платформой. Сама бы я не догадалась. Та же телега здесь не подойдёт. Мы просто не закинем насос на такую высоту.

Однако когда Михай и Пров, снова по-мужски меня отстранили, и попытались погрузить агрегат, у них не хватило сил. Тогда я отмела возражения и тоже впряглась.

Мы с трёх сторон подхватили парусину, дружно подняли вверх, но даже эти десятки сантиметров показались мне недостижимым горным пиком, которого нам ни за что не достичь.

Оказывается, тащить насос по земле и поднять его вверх – это две большие разницы.

От приложенных усилий мальчишки тяжело дышали. У меня, кажется, в тот долгий момент подъёма затрещали мышцы и суставы.

Я увидела, что Пров удобнее перехватывает свой край парусины, чтобы попытаться ещё раз, и пресекла.

– Он слишком тяжёлый для нас троих. Нам нужны доски – прямые, примерно одинаковой толщины. Давайте к плотникам, скажите, я велела.

– Сколько досок? – уже выпрямляясь, спросил Пров.

– Две должно хватить, – прикинула я.

Мальчишки умчались. А я побрела к пруду, разминая плечи и надеясь, что к вечеру мне не аукнется эта попытка.

Труба успела погрузиться в вязкий ил давно не чищеного пруда. Я дёрнула пару раз и отступила. Спустя два дня жизни в усадьбе становилось очевидно, что двадцати человек недостаточно, чтобы всё привести в порядок. Мне нужен ещё как минимум десяток крепких мужиков. Таскать, поднимать и грузить. Одна барышня и двое подростков с таким объёмом не справятся.

Мои помощники вернулись минут через пятнадцать. Я успела немного передохнуть за это время, поэтому заставила их склониться, уперев ладони в колени, и дышать. Путь в обе стороны они проделали едва ли не бегом.

Я в это время по очереди примостила доски на край платформы, соорудив сходни. Затем уже втроём мы ухватились за края парусины и подтащили к доскам.

Пока я придерживала их края на платформе, парни затянули насос на сходни. Затем мы переместились на другую сторону и медленно, по чуть-чуть начали подтягивать доски, а с ними и насос.

Спустя несколько минут напряжённой работы он полностью оказался на платформе. Мы убрали доски и с удовлетворением глядели на дело своих рук.

– Вот вы толковая барышня! – похвалил меня Михай.

И это был лучший комплимент, который я слышала в своей жизни.

К передней части платформы была привязана длинная плетёная верёвка, толщиной с канат. Мальчишки впряглись, уперев петлю себе в грудь, и потащили вперёд. А я подталкивала сзади и придерживала насос, чтоб не съехал. Разумеется, удержать его я бы не смогла. Поэтому каждый раз, как агрегат начинал сползать к краю, я командовала остановку. Мы всё поправляли и двигались дальше.

Хорошо, что вчера у ворот скосили траву. Иначе мы бы не смогли проехать. Платформа