Барышня из забытой оранжереи - Лилия Орланд

Но она не сломалась.

Мы благополучно заехали на территорию и остановились у первой оранжереи.

– Думал – не доедем, – облегчённо вздохнул Пров, вытирая пот со лба.

– И я, – признался Михай.

– И я, – усмехнулась нашему единодушию.

Оставшиеся части перенесли вручную. Причём трубу несли на плечах, распределившись по её длине. А рычаг и шланг парни дотащили уже без меня.

Я пока навестила ящик с семечками. Убедилась, что они ещё не проклюнулись. Впрочем, я и не ожидала. Всего один день прошёл. Главное, чтобы полить сегодня не забыла.

Заново собрав насос, я объявила перерыв, и мы отправились на обед. Работать ещё один день на износ не было смысла. К тому же стоит передохнуть перед генеральной мойкой стен. Да и моющими принадлежностями нужно запастись.

Глава 13

Стол на террасе был накрыт на двоих. Будто госпожа Берри знала, что сегодня я приду.

Едва войдя в дверь, я поняла, почему Азалия не захотела обедать в столовой. Дом буквально кишел жизнью. Повсюду сновали горничные. Шуршали тряпки, гремели вёдра и швабры. Шла нещадная борьба с пылью и паутиной.

Снятые для стирки занавески позволили солнечному свету наполнить комнаты и разглядеть печальную картину запустения. Дом требовал не только уборки. Ему нужен ремонт – новые обои, обивка мебели, кое-где отошедшие дощечки паркета, отвалившиеся от печи изразцовые плитки.

Я обязательно с этим разберусь. Только попозже. Сейчас у меня на первом месте – оранжереи и сохранение усадьбы.

Я быстро миновала анфилады комнат и поднялась на второй этаж. Смыла пот и грязь, переоделась и зашла на террасу.

Азалия уже сидела за столом, положив подбородок на сцепленные пальцы и глядя перед собой. Мне в глаза бросилась неожиданная бледность госпожи Берри и осунувшееся лицо.

– Тётушка, – позвала я.

Однако она даже не подняла голову, погружённая в задумчивость.

– Тётушка, что с вами? Вы заболели?

Я подошла ближе, привлекая внимание, поскольку Азалия так и не отозвалась.

– С вами всё хорошо? – я взяла её ладонь и слегка сжала.

– А, это ты, детонька, – госпожа Берри наконец увидела меня и улыбнулась. Однако улыбка вышла слабой, уголки губ лишь слегка дрогнули. – Конечно, всё хорошо. Просто задумалась, не обращай внимания.

Её ладонь была холодной, несмотря на солнечный день. А кожа казалась тонкой, почти прозрачной.

В груди поселилась тревога. Я не видела тётушку лишь два дня, как она могла так сильно перемениться?

– Вы мне не нравитесь, – сообщила дрогнувшим голосом. – Я велю кому-нибудь съездить за доктором.

– Не говори глупостей, – Азалия отмахнулась, недовольно сморщив нос. И тут же стала прежней. – Я просто немного устала из-за переезда. В доме так шумно и людно. Мне нужно привыкнуть.

Я продолжала стоять, глядя на неё. Однако теперь уже сомневалась в собственных выводах. Может, она и правда устала? К тому же возвращение в усадьбу наверняка разбередило воспоминания о прошлом. Нужно дать ей время.

– Садись, детонька, сейчас обед принесут, – произнесла она ласково.

И я окончательно уверилась, что зря нагнетаю. Сама тоже нервничаю из-за переезда. К тому же в последнее время сильно устаю. Вот и тревожусь сверх меры.

Я опустилась на второй стул, бросив взгляд на сервировку. В маленьком городском доме мы жили просто. Ели в кухне, где и готовили, из обычной посуды. Сейчас же на столе появился обеденный сервиз. Видимо, Марше не терпелось его наконец использовать после десяти лет простоя в буфете.

В дверях показалась Айне Рузов с фарфоровой супницей в руках. Служанка поставила её на край стола, сняла крышку, и я уловила насыщенный капустный запах. Значит, на обед у нас будут щи.

Только сейчас я почувствовал, как сильно проголодалась. Рот наполнился слюной.

Айне взяла приготовленный половник и начала разливать щи по тарелкам. Я следила за каждым её жестом, наблюдая, как мою тарелку наполняют кусочки капусты, грибов, солений и фасоли. Картофель в этом мире была редкостью, и его не особо уважали.

Госпожа Берри впервые попробовала жареную картошку по моему требованию, поскольку есть солёные огурцы с кашей я отказалась наотрез. Впрочем, сейчас была так голодна, что согласилась бы на что угодно.

Взяла из корзинки кусок белого хлеба, сделав мысленную пометку попросить у Марши, чтобы она хоть иногда пекла ржаной к обеду. А затем набрала полную ложку щей и отправила в рот.

Мм, как вкусно.

Кухарка у Берри потрясающая. Неудивительно, что её оставили жить в усадьбе. Наверняка Азалия надеялась однажды сюда вернуться. И вот этот день настал.

На второе Айне принесла разваристую кашу с языком, а ещё салат с фасолью и яичными желтками, заправленный пряным маслом.

Я не успела сказать служанке, что не люблю кашу. Она уже поставила передо мной тарелку. Отставлять её было неудобно. Я сегодня и так раскритиковала Маршин кофе, ещё обидится.

Однако стоило мне со вздохом взяться за вилку, как в щиколотку ткнулся мокрый нос. Кое-кто очень любил кашу с языком и был готов прийти на помощь.

Дождавшись, когда служанка уйдёт, а тётушка займётся своей порцией, я опустила тарелку под стол. Оттуда раздалось довольное чавканье, и спустя несколько секунд каша исчезла. Щиколотки вновь коснулся холодный нос, теперь уже благодаря за угощение. А я отставила тарелку в сторону и принялась за фасолевый салат

После обеда я поцеловала тётушку в щёку, пожелала ей хорошего дня и отправилась в кладовую, где хранились щётки, швабры и тряпки. Готовясь к тому, что там может быть пусто. Ведь в доме проводилась генеральная уборка.

Интуиция меня не подвела. В кладовой удалось разжиться лишь тяжёлым деревянным ведром.

Пришлось последовать примеру моих помощников и пройтись по комнатам, подбирая всё, что оставлено без присмотра. Спустя пару минут я стала обладательницей прислонённой в углу швабры с намотанной на неё тряпкой. Двух щёток в медном тазу. Ещё одной тряпкой удалось разжиться по договорённости – горничная, застукавшая меня на месте преступления, позволила забрать украденное с собой.

В начале тропинки, образованной нашими усилиями с насосом, меня встретили мальчишки и поздравили с богатым уловом. Сами они не решились повторить свой утренний подвиг.

По пути нас догнал Граф, трепавший ещё одну щётку, словно это была добыча. Я попыталась отнять, но пёс разыгрался. Подпускал меня почти вплотную, а затем резко отскакивал назад, стоило мне протянуть руку.