Когда мотылек полюбил пчелу - Пеппер Винтерс

допускаю и мысли, что ты не она. Ты – она. Я не помню почти ничего, и все же… – я громко выдохнул. – Я знаю тебя. Я должен и хочу верить в это. И хочу верить в то, что ты тоже меня знаешь. Иначе… – я осекся, не желая показывать, насколько сильно по мне это ударяет. – Просто… посмотри на меня. Посмотри на меня и скажи, что совсем ничего не чувствуешь.

Девушка медленно опустила руки, больше не обнимая себя.

– Я не стану врать и говорить, что ты не кажешься… – она вздохнула. – Знакомым – это не то слово. Но… что-то точно есть.

– Правда?

Мое одинокое сердце забилось с новой силой.

Девушка задрожала, а потом посмотрела на метку в виде полумесяца на моем бедре.

– Откуда у тебя это пятно?

– Я не помню.

– Ты не помнишь?

– Я ведь уже говорил. Я ничего не помню.

Она резко выдохнула, и из ее рта вырвался странный звук. И впервые она сделала шаг вперед. Я не двигался, но сердце мое готово было воспарить в небеса.

– И как давно ты ничего не помнишь?

Вопрос ее прозвучал тихо, как дыхание.

Я осмелился подойти поближе – искра между нами разгорелась вновь.

– С тех пор как проснулся и бродил в поисках того, что потерял.

Она поперхнулась, когда сглатывала. Глаза ее расширились: в них туманилось столько всего, столько янтарного света… Казалось, девушка жаждет задать мне тысячу вопросов. Вместо этого она повторила:

– Почему я вдруг стала тебя понимать?

Пульс ускорился – вот он, мой шанс. Она открылась, она готова была слушать! Я почувствовал вкус того же отчаяния, что вело и меня.

– По той же причине, по которой я понимаю тебя.

– То есть?

– Мы вспомнили то, что забыли.

Она задрожала и охнула.

– Я… я не знаю, как это возможно.

Я потянулся к ней, жаждущий вновь почувствовать ту правильность. Нашу связь.

– Это неважно. Меня привел сюда дым. Я пришел, потому что больше не мог отмахиваться от этого невыносимого желания…

– Пламя призвало тебя? – она нахмурилась, и ее осторожный взгляд вновь вспыхнул страхом. – Ты такой же, как Солин? Чтец огня?

– Солин? Что за Солин?

Она указала туда, где неподалеку от нас клубился серебристый дымок.

– В племени Нил есть повелитель духов. Он утверждает, что может напрямую говорить с огнем.

– Подожди, – по спине моей пробежал холодок. – Тут есть и другие? Такие же, как мы?

Я посмотрел на ленивые кольца опасного дыма, которые пачкали горизонт.

– Я тоже удивилась, – девушка одарила меня тенью улыбки. – Но… они нашли меня.

– Нашли тебя?

– У реки. Я умирала, за мной шли волки, и…

– Волки? – я замер, словно статуя. – Волки тебе тоже помогли?

– Нет. Я имею в виду, что люди Нил спасли меня от волков. Волки чувствовали, что мне осталось недолго, и каждую ночь подбирались все ближе, – она вздрогнула. – Они бы съели меня, если бы не племя…

– Они бы тебя не съели, – уверенно сказал я, подойдя поближе и схватив ее за руку. – Они избрали тебя. Так же, как избрали и меня.

Девушка вздрогнула, когда мои пальцы переплелись с ее.

Я застонал – внутри что-то будто бы кольнуло. Кровь побежала по жилам быстрее. Дотрагиваться до девушки было так же больно, как падать на горстку игл.

Она дрожала в моих руках, но теперь не пыталась высвободиться. Она опустила взгляд на наши пальцы, сжав губы и замерев.

Боль становилась все горячее, все отчетливее. Я никогда не чувствовал ничего подобного.

Этого чувства присутствия и понимания – даже когда спал среди волков или бежал в выгравированный солнцем день.

Но рядом с этой девушкой…

Я горел.

Теперь у меня были все нужные мне ответы.

Стая Салака последовала за ней – так же, как шла и за мной. Мы оба лишились воспоминаний. У нас обоих были метки. И она снилась мне. Этого было достаточно… более чем достаточно… для того, чтобы понять: нас что-то связывало.

Но пока я не узнаю, что именно, я не выпущу ее из поля своего зрения. Я сжал пальцы крепче и потянул.

– Идем!

– Идем? – она уперлась пятками в землю – я потащил ее в сторону высящихся над горизонтом холмов. – Я не могу пойти с тобой в пещеру. Меня ждут в деревне.

Девушка обернулась, и в глазах ее мелькнул совсем другой страх.

– Я ушла так далеко… я даже не поняла насколько. Мне нужно вернуться. Они будут волноваться!

Стоило только подумать о том, что она находится в чужой кампании, и меня объяло горячей волной жадности.

– Ты сказала, они нашли тебя. Значит, они не твоя родня, – я потянул ее снова, на этот раз настойчивее. – А я – да! Мы были вместе в той жизни, которой не можем вспомнить. Нам просто нужно подождать…

– Отпусти меня! – она завертела рукой, вырываясь. – Я не могу просто взять и уйти.

Она поскользнулась – я тянул ее, намереваясь сорваться на бег, но она не давала мне этого сделать.

– Я сказала, отпусти меня! Я не могу пойти с тобой.

Я остановился.

– Но я нашел тебя. Я ведь сказал, что знаю тебя…

– Ты сказал, что не узнаешь меня. Это не то же самое. Ты заблуждаешься, словно слепец!

– Я предпочту жить в заблуждении, чем без тебя! – терпение мое лопнуло, когда она попыталась вырваться их моей хватки с помощью свободной руки. – Пока мы не узнаем все наверняка, тебе безопаснее будет остаться со мной. И вместе мы сможем все вспомнить!

– Лишь потому, что ты думаешь, будто мы одинаковые, не делает меня твоей!

– Еще как делает! А если бы не делало, я уже сделал свой выбор.

– Какой такой выбор?

– Я выбрал тебя своей партнершей.

– Что?

– У Салака их несколько. Мне нужна только одна. И я выбираю тебя.

Девушка стала вырываться еще отчаяннее.

– Я никому не партнерша! Я никому не принадлежу! Особенно такому заблудившемуся во снах, как ты! Отпусти. Меня.

– Я не могу, – я тянул ее, и она споткнулась. – Я не могу потерять тебя теперь. Я ведь нашел тебя!

Она застыла, и я сделал глубокий вдох, борясь с поднимавшейся внутри бурей.

Девушка снова заговорила – добрыми словами, но резким тоном, который не смог скрыть ее недовольства.

– Тогда пошли со мной. Познакомься с народом Нил. Попроси Солина поинтересоваться у пламени, откуда ты. Если кто-то и сможет помочь тебе, так это он.

– Он мне не нужен. Мне нужна ты.

– Ты меня совсем не слушаешь! – она остановилась и наклонилась назад. – Я с тобой не пойду!