Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия - Татьяна Милях

поклонницу, направился к двери. Увидев, что Крашевский уходит, Дарёна разволновалась: «Я должна ему всё рассказать!» — подумала она и, спрыгнув с лавки, накинула на плечи старенькую штопанную шаль и побежала к чёрному входу. Выскочив на хозяйственный двор, девочка обогнула сарай и кинулась к воротам, ведущим на главную улицу, но, как Дарёна ни спешила, выбежав на улицу, она увидела лишь удаляющейся серый экипаж и скачущих следом всадников. Тут же поникнув, бедняжка вздохнула:

— Эх, и как же мне его теперь найти? — пробормотала она, провожая полицейских несчастным взглядом. Холодный весенний ветер дунул в лицо, заставляя укутаться в шаль, и, вновь вздохнув, Дарёна поплелась обратно.

 

[1] Алтын — это старинная русская денежная единица, равная 3 копейкам

[2] Целовальник — устар. Продавец вина в питейном заведении, кабаке.

[3] Herr Offizier — нем. Господин офицер.

[4] Квартальный надзиратель или просто квартальный — с 1782 года до середины XIX века должностное лицо городской полиции в Российской империи. Надзирал за порядком в определённом квартале.

[5] Аршин — это старинная русская мера длины, равная 71,12 см, применявшаяся до введения метрической системы.

[6] Вершок — это старинная русская мера длины, равная 4,4 см

[7] Тайная экспедиция при Сенате (1762–1801) — главный орган политического сыска в России времен Екатерины II, созданный вместо упраздненной Тайной канцелярии.

 

Глава 15

Прошло около трёх недель с того дня, как в трактир наведались полицейские. Дарёна часто вспоминала о смелом господине со шпагой на боку и не теряла надежды, что снова его увидит: «Уж тогда-то я ему всё расскажу! — мечтала она. — Он точно сможет призвать этого Пушнова к ответу». Но дни тянулись, Крашевский в заведении Марты больше не появлялся, зато в трактир вновь завалилась компания Пушнова.

В этот вечер посетителей было особенно много. Все сбились с ног: и половые, и поварята с поваром, и Ганс за барной стойкой, да и сама Марта крутилась, словно белка в колесе. Конечно, и Дарёне работы прибавилось: кроме мытья посуды ей то и дело приходилось исполнять поручения то одного, то другого.

— Дашка, а ну огурцов солёных принеси! — кричал один из поварят, вручая ей в руки небольшую бадейку[1]*, и девочка спускалась в погреб к кадушкам и бочонкам с соленьями.

— А ну дуй в амбар! Мука закончилась! — орал другой, и Дарёна неслась на хозяйственный двор.

— Пигалица, чего прохлаждаешься? — бранилась Марта. — Там в сарае крыса попалась, пойди вытащи её и заново крысоловку заряди.

Последнее поручение было особенно неприятным.

— Фрау Марта, а как же я её вытащу? Она ж кусается, — попыталась возразить Дарёна.

— Уже не кусается. Сдохла она. Иди, говорю! — прикрикнула хозяйка, и девочка поплелась в сарай.

При виде дохлой крысы бедняжку передёрнуло от отвращения.

— Ой… И как же мне тебя оттуда достать? — пропищала она и огляделась. Обнаружив сваленную в угол ветошь[2]*, Дарёна взяла достаточно большой лоскут и, стараясь не прикасаться к взъерошенной шёрстке голыми руками, вытащила тельце из ловушки. — Бедненькая, ты же не виновата, что ты — крыса, — прошептала она, вдруг проникшись к грызуну сочувствием. — Эх, и куда тебя теперь девать? — задалась она вопросом и, так ничего не придумав, завернула трупик в тряпицу и потащила в дом, собираясь спросить хозяйку о дальнейшей судьбе убиенной, но стоило ей переступить порог, как новый окрик заставил её забыть о планах.

— Пигалица, ты где шатаешься? — налетел на неё повар. — Тарелок чистых не осталось, быстро тащи!

Положив завёрнутую в саван крысу в уголок, Дарёна бросилась к своим тазам, а перемыв посуду, направилась в свою каморку, решив немного передохнуть.

— Дашка, посторонись! — воскликнул половой.

Девочка прижалась к стене, освобождая дорогу слуге, важно несущему большое блюдо, накрытое круглой крышкой. Но стоило половому сделать несколько шагов, как из поварни раздался голос Ганца.

— Иван, стой! Прихвати ещё бутылку Бургундского для господина Пушнова. Там в погребе на левой полке лежит.

— Может, Дашка пусть сбегает? — воскликнул слуга.

— Нашёл кого за таким дорогим вином посылать, — фыркнул в ответ повар. — Перепутает ещё. А если разобьёт? Кто отвечать будет?

— Ладно, — недовольно поморщившись, отозвался половой и, взглянув на Дарёну, вручил ей блюдо с заказом. — Подержи. Я быстро.

— Это для господина Пушнова приготовили? — кивнув на закрытую крышку, поинтересовалась Дарёна.

— Для кого же ещё? — проворчал Иван и скрылся за дверью.

Непонятно, какой чёрт дёрнул девчонку, только решение возникло само собой. Забежав в мойку, Дарёна выложила кусок ароматнейшей телятины на чистую тарелку и, метнувшись к свёртку в углу, заменила его крысой. Когда половой появился в коридоре, посудомойка, как ни в чём не бывало, вручила ему блюдо.

— Передайте господину Пушнову приятного аппетита, — пропела она, расплывшись в язвительной улыбке.

Не обращая на малявку внимания, Иван поспешил в обеденный зал, а Дарёна кинулась в каморку, желая своими глазами увидеть, как на «подарочек» отреагирует её злейший враг. Половой поставил блюдо на стол, разлил по бокалам вино и удалился. Девочка замерла в предвкушении, но Пушнов не торопился приступать к трапезе, а, потягивая вино, вёл никчёмные разговоры с Бротаром и ещё каким-то незнакомым господином. Дарёна сидела как на иголках в ожидании, когда же они откроют крышку, и вскоре её терпение было вознаграждено. Она еле сдержалась, чтобы не расхохотаться в голос, увидев округлившиеся глаза и вытянутые лица троицы. Правда, замешательство господ длилось недолго, истошный вопль Пушнова заполнил залу:

 

 

— Какая мерзость! — подпрыгнув с места, взвизгнул он так тонко, будто ему прищемили хвост. Его парик, не выдержав такого манёвра, лихо съехал на правое ухо, заодно прикрыв и глаз. Пушнов попытался схватиться за эфес шпаги, но лишь запутался в собственных кружевах, густо приправленных случайно перевёрнутым паштетом. — Что за шутки?! — заорал он, пытаясь вернуть парик на место. — Повара сюда!

Подскочила на ноги и Дарёна. Понимая, что выявить истинного виновника подлога не составит большого труда, а обнаруживать себя перед злодеем она не собиралась, девочка решилась бежать. В спешном порядке побросав свой нехитрый скарб в старую корзину и завязав вокруг себя шаль, Дарёна кинулась в мойку. Сложив в чистую тряпицу приготовленную для Пушнова телятину, девочка услышала, как по коридору в направлении зала потопали повар