Ведьма пустоши - Джессика Кури

– Держи, Сильви, – буркнул он, доставая что-то из кармана и бросая ей.

Она с возгласом поймала подарок. Это был тот самый волк, которого он вырезал прошлой ночью, теперь законченный и на удивление изящный, с поднятой лапой и опущенной головой, будто готовый броситься на кролика.

– О! – воскликнула Сильви, чмокая волка в нос. – Мой маленький Фенрир! Он прекрасен, Конни, просто лучший!

– Только лучшее для моей северной девы-воительницы.

Слова Конрада заставили его сестру вспыхнуть от удовольствия.

Он без церемоний набросился на завтрак, запихивая в рот бекон. Жуя, он скосил глаза на Сильви, и та рассмеялась. Если он и проснулся в скверном расположении духа, то, кажется, уже выплеснул все с помощью волынки.

– Итак, Роуз Прайор из Лондона, – произнес он, впервые с утра словесно признав мое присутствие. – Вы все еще здесь.

Отхлебывая чай, я демонстративно на него не смотрела.

– Как ваш палец, мистер Норт?

Он помахал им в мою сторону – порез был перевязан.

– Чудесным образом я выжил даже без помощи магии. Как вам книга?

– Захватывающе. Мне особенно понравилась та часть, где королева фей освобождается от чар и обнаруживает, что ее возлюбленный – самый что ни на есть осел.

Со стороны раковины раздался грохот – миссис Макдугал уронила сковороду. Она выругалась себе под нос и почему-то бросила на меня гневный взгляд, будто это я провинилась. Сильви же смотрела на меня и на брата широко раскрытыми глазами.

Лэрд откинулся на спинку стула, вращая чашку в ладони так, словно в ней было красное вино. Его губы кривились в полуулыбке, намекая на пресловутую ямочку. Глаза, подобные отполированной бронзе, казались непроницаемыми, отражая лишь мое собственное лицо.

– И каков план на сегодня? Продолжите шпионить?

– Что ж, – начала я. – Сегодня утром я пешком дойду до Блэксвайра и поищу, где можно остановиться. Может, там есть постоялый двор…

– Нету там никакого двора. Но есть несколько семей, которые могут приютить вас на время. Мистер Макдугал, приготовьте повозку.

– Нет, прошу вас, – быстро ответила я. – Я предпочитаю идти пешком.

Мистер Норт пожал плечами и отхлебнул чаю.

– Как знаете. Но тащить свои вещи всю дорогу до Блэксвайра вы не сможете. Как найдете пристанище, дайте знать, и мистер Макдугал привезет вам ваши пожитки.

– Она может остаться здесь! – запищала Сильви. – Почему нет, Конни? У нас миллион кроватей, и…

– Не думаю, что это хорошая идея, – мягко сказала я.

– Нет уж, – проворчал ее брат из-за чашки. – Мисс Прайор уже все решила. Полагаю, мы для такой высокообразованной и светской души, как она, слишком просты и отсталы.

Я бросила на него ледяной взгляд, на который он ответил с той же холодностью.

Сильви надула губки.

– Но…

– Я сказал «нет» и не потерплю дерзости, маленькая ведьма.

– Болван!

– Гарпия.

Сильви ухмыльнулась и ткнула брата локтем в бок. Он взвизгнул и свалился со стула, будто смертельно раненный. Затем раздался уже настоящий крик боли – его травмированная нога ударилась о стол.

– Честное слово! – всплеснула руками миссис Макдугал. – Варвары! Все до единого!

Когда десять минут спустя я выскользнула из ветшающего поместья мистера Норта, пустошь была окутана серым туманом, подсвечиваемым угасающей зарей. Воздух был таким ледяным, что казалось, кровь в жилах вот-вот застынет. Даже горячий завтрак миссис Макдугал и чай, согревавшие живот, не смогли помешать мне на миг пожалеть, что я променяла уютную кухню на этот мороз. А прощаться с огорченным личиком Сильви оказалось еще тяжелее. Эта девочка мучительно напоминала мне моих учениц.

Но мысли о классе напомнили, что у меня есть задача, и чем скорее я с ней покончу, тем быстрее смогу вернуться домой. Как только я отошла достаточно далеко от поместья, чтобы мистер Норт не мог за мной подглядывать, то вшила в свою шаль несколько согревающих узлов. Правда, пока я наполняла их силой, мне почти захотелось, чтобы он увидел меня сквозь окна своего мрачного библиотечного логова. Одна только мысль о том, как он будет кипеть от такого неповиновения, грела меня почти так же, как магия.

Над пустошью расползались жуткие звуки: низкие стоны, которые с равной вероятностью могли исходить от пробуждающихся великанов или быть просто ветром в деревьях; внезапные испуганные шорохи в папоротнике, издаваемые мелкими зверьками; отдаленное пыхтение, которое могло принадлежать и коровам, и лошадям и даже оказаться неодобрительным ворчанием самих Мойр – кто их разберет. Я вышла на дорогу, а затем свернула на восток, через пустошь, подальше от особняка.

«Взойди на самый высокий северный холм,– гласили указания Лахлана. – Затем отыщи южный утес с тремя скалами, торчащими из его склона, словно три твои суровые Мойры. Врата лежат на полпути между ними и, вероятно, охраняются, так что ступай осторожно, маленькая ведьма».

Согласно карте, которую я стащила из кабинета мистера Норта, самой высокой точкой в округе было Всхолмье Торена, лежащее к северу от поместья, в нескольких часах ходьбы.

Вскоре дикость этого места просочилась сквозь кожу и пробрала до костей, и я обнаружила, что спешу, дыша все чаще. Солнце поднималось, и туман таял, открывая землю, куда более странную и прекрасную, чем я могла вообразить.

Здешние пустоши были изрезаны и разбиты скалами; величественные утесы вздымались изо мха, отбрасывая на колючий вереск длинные лиловые тени. Ветры со всех сторон света встречались тут, чтобы резвиться, бороться и заигрывать, и от этого земля казалась живой, наполненной незримыми исполинскими тварями. Шляпка так и норовила слететь с головы, юбки обвились вокруг ног и развевались позади. Эти ветры гнали меня, как маленький корабль, тащили и толкали, пока я не начала задыхаться.

Когда я наконец достигла Всхолмья Торена – его невозможно было не узнать по высоте, от которой вскоре заныли икры, – солнце поднялось уже на три ладони над горизонтом. Мои согревающие узлы рассыпались в пепел, но благодаря солнцу и физической нагрузке в них больше не было необходимости.

Заросший вереском крутой склон привел меня на вершину, откуда земля внезапно обрывалась скалистым уступом. Заглянув вниз, в глубокое узкое ущелье, я на миг покачнулась от высоты. Я тяжело дышала, легкие горели, ноги ныли, но каждая клеточка моего тела пылала и была настороже.

Ветер пробудил во мне что-то дикое, и, не успев себя остановить, я отдалась порыву и впустила энергию этого места.

Она хлынула внутрь меня голодной волной. Откинув голову назад, я открыла ей самое нутро, позволила исследовать меня. Я удерживала ее так долго, как только могла, пока каждый удар сердца не начал отдаваться во мне, словно вонзающийся