Ведьма пустоши - Джессика Кури

– Дети – звери, – ответила она. – Я-то знаю. Сама такая.

Однако мне казалось, что дети скорее походили на зеркала – они отражали поведение взрослых вокруг себя. Те девочки в школе никогда бы не выделили меня, если бы не сплетни учительниц. «Смотрите в оба – на ней отпечаток фейри. Порочные руки плетут порочные заклинания». Я твердила себе, что мне все равно, что я в любом случае предпочитала изучать прядение, а не заводить подруг. Но я понимала, что значит быть одинокой.

Моя рука крепко сжимала ее, пока мы шли. Дорога вильнула прочь от леса и вывела нас на простор пустошей. В зарослях паслось несколько рыжих хайлендских коров[7]; они лениво пережевывали траву, мычали в нашу сторону и потряхивали своими косматыми головами.

– Сильви, – сказала я, – почему твой брат так не любит магию?

– Думаю… – Ее голос дрогнул. – Думаю, это как-то связано с нашим отцом. Я думаю, магия, наверное, его и убила.

– Он что, был прядильщиком?

– Не знаю. Конни никогда ничего не рассказывает мне о нем. И о маме тоже. У нас с ним разные мамы. Его – умерла, а моя… моя – сбежала. Наверное, и она умерла, раз так и не вернулась за мной.

Тяжело вздохнув, девочка тут же сменила тему:

– А где твои мама и папа?

– Они заболели.

На миг я погрузилась в воспоминание, уже столь смутное, что от него остались лишь едва уловимые проблески: запах свежего хлеба, домик на холме, сильные руки, подбрасывающие меня вверх. Печаль обвилась вокруг моих лодыжек холодным вихрем, покружилась и снова растаяла.

– А затем и мой дядя. Так что мы с тетей остались вдвоем… но потом она не смогла больше обо мне заботиться.

Сильви кивнула:

– Как мы с Конни. Тоже вдвоем остались.

– Вроде того.

– Он вообще-то неплохой брат. Просто слишком меня опекает. И если уж он что решил, то даже сами Мойры его не переупрямят. По крайней мере, так говорит миссис Макдугал. Он никогда никуда меня не пускает и ничего не разрешает! Раньше нам даже приходили приглашения от других семей. Ну, знаешь, на балы, приемы и все такое. Даже из таких далеких мест, как Стерлинг или Эдинбург! Но он от всего отказывался, и в конце концов приглашения вообще перестали приходить.

Я сжала губы, чувствуя, как в висках нарастает давление. Выходит, она изгой не только среди деревенских, но и среди своего круга у нее нет ровесников, с кем можно было бы сблизиться и чему-то научиться. Бедняжка оказалась в полной изоляции.

– Звучит грустно, – наконец произнесла я.

– Ага, – вздохнула она. – Поэтому я так обрадовалась, когда ты появилась. У нас почти никогда не бывает гостей. Кроме призрака, конечно.

Я взглянула на нее.

– М-м… Призрака?

– Ты наверняка заметишь ее ночью, если будешь внимательно смотреть. Вся такая белая и светящаяся, как… ну, как призрак. Конрад думает, что у меня крыша поехала, но я видела ее не раз и знаю, что не ошиблась.

В памяти снова появился тот бледный силуэт из прошлой ночи. И снова я убедила себя, что это были всего лишь клочья тумана.

– А ты с этим призраком разговариваешь?

– Нет, не думаю, что она умеет говорить, – ответила Сильви. – Она просто какое-то время смотрит на меня, а потом исчезает. Мне кажется, это может быть призрак моей мамы… или мамы Конрада.

– Возможно, так оно и есть, – сказала я, ободряюще сжав ее плечо. – В любом случае буду внимательнее смотреть по сторонам.

Когда мы уже приблизились к Рейвенсгейту, нам навстречу выбежал Капитан. Он радостно залаял и увлек Сильви в игру, начав носиться с ней кругами по подъездной аллее.

Я же осталась стоять в нерешительности. Мне отчаянно хотелось высказать мистеру Конраду Норту, лэрду Рейвенсгейта, все, что я о нем думаю, но я не знала, где его искать. И в этот момент из конюшни раздался чей-то сдавленный крик.

Глава 10

Я тут же метнулась к полуоткрытой двери, одной рукой хватая свой прядильный набор. Изнутри потянуло запахом сена и скотины. Готовясь ко всему что угодно, я осторожно заглянула внутрь. В полумраке конюшни мой взгляд скользил по стогам сена и стойлам с лошадьми, выискивая того, кто кричал.

Еще один стон заставил меня обернуться влево. В открытом стойле у дальней стены Конрад Норт склонился над лежавшей на боку овцой. Килт у него был задран выше колен, закатанные до локтей рукава рубахи обнажали мускулистые предплечья. А одна рука оказалась по локоть засунута овце под хвост.

На мгновение я остолбенела. И, судя по всему, лэрд пребывал в том же состоянии. Он уставился на меня с выражением полного изумления на смуглом лице.

И тут овца, лежавшая перед ним на соломе, жалобно заблеяла, и до меня наконец дошло: кричало животное, а не человек.

– Тише, Чертополох. Это просто незваный гость.

Мистер Норт вытащил из овцы руку в кожаной перчатке. Подозрительно прищурившись, он не спускал с меня взгляда.

– Мисс Прайор. Вы так скоро вернулись. Деревенские вас, что ли, выпроводили? Или вы сбросили с лошади кого-то из местных? А может, попались на том, что рылись в чужих вещах?

– Я встретила Сильви на дороге, – сказала я, не в силах оторвать взгляд от этой мрачной картины. – Над ней издевались местные ребятишки.

Он плотно сжал губы и резко втянул носом воздух. В полумраке конюшни его глаза казались не янтарными, а черными, как отполированный обсидиан. Он снова перевел взгляд на овцу, которая в муках дергала ногами, и немудрено: мистер Норт, судя по всему, рылся у нее внутри, словно искал рассыпавшиеся монеты.

– Отпрыски Коттерсов и Маклюров, – прорычал он. – Мелкие бесы. Но Сильви должна знать, что не стоит обращать внимания на слова задир.

Я посмотрела на девочку, которая каталась прямо по земле, пока Капитан старательно вылизывал ей лицо. Ее звонкий смех разносился на всю округу.

– Вы в этом уверены? Ее слезы свидетельствовали об обратном.

Свободная рука мистера Норта сжалась в кулак.

– Ей вообще не следовало ходить в деревню. Приоткройте вторую створку, будьте добры. Мне нужно больше света.

Я распахнула вторую дверь конюшни, впустив внутрь широкий луч солнца. Он осветил жалкое создание под рукой мистера Норта. Лэрд снова начал прощупывать что-то внутри, отчего бедное животное задергалось. Второй рукой он пытался удержать овцу, но явно не справлялся.

– Что вы делаете с этим бедным животным? – требовательно спросила я.

Его ответ прозвучал сдавленно – в нем