Последний мужчина на земле - Мишель М. Пиллоу

Разговор завязался сам собой. О будущем.

— Когда мы дойдем до конца этой мертвой зоны и найдем Большую землю, — мечтательно басил Костя, подкидывая ветку в огонь, — я первым делом найду пиво. Ледяное. И удочку. Буду сидеть на нормальном, зеленом берегу среди людей и рыбачить. И собаку заведу. Большую такую, пушистую.

— А я посажу сад, — тихо сказала Маша, глядя на пламя. — Хочу снова увидеть, как растут зеленые листья. Хочу есть свежие яблоки, а не консервированную фасоль.

— Я просто хочу принять горячий душ, — усмехнулся Игорь. — И чтобы вода лилась не из канистры, а из крана. И спать на кровати, не ожидая, что ночью потолок обвалится. А потом... будем отстраивать всё заново.

Очередь дошла до Саши. Он сидел напротив меня, крутя в руках металлическую кружку.

— А ты, Саш? — спросил Игорь.

Саша поднял глаза. Посмотрел прямо на меня. Пристально. Глубоко.

— А я сделаю то, что собирался сделать еще пять месяцев назад, — его голос прозвучал ровно, но в тишине комнаты эти слова ударили, как гром. — Я женюсь.

Воздух в гостиной можно было резать ножом. Маша испуганно округлила глаза, Игорь кашлянул, а я почувствовала, как щеки обжигает огнем.

— Так, всё! — я резко вскочила на ноги, едва не опрокинув свой рюкзак. — Хватит сказки рассказывать! Поздно уже. Нам завтра рано выходить, нужно выспаться. Дежурим по два часа, Костя — первый. Всем спать!

Я отвернулась, так и не рассказав о своих планах, и быстро юркнула в свой спальник, повернувшись ко всем спиной.

Ночью я почти не спала.

Слова Саши крутились в голове навязчивой пластинкой. Я ворочалась, вздыхала, слушала храп Кости и понимала, что до утра не дотяну. Светало.

Я тихо выбралась из спальника, взяла фонарик и кочергу. Надо обследовать дом. Наши пайки таяли на глазах, а лишняя банка тушенки или макарон сейчас была бы ценнее золота.

Я прошла кухню, заглянула в пустую кладовую и двинулась по узкому коридору вглубь дома. В самом конце обнаружилась неприметная, обитая металлом дверь. Закрыта не была. Я толкнула ее, и в нос ударил резкий запах машинного масла, резины и застоявшегося воздуха.

Это был гараж. Пристроенный прямо к дому.

Я щелкнула фонариком, скользнув лучом по стенам, и замерла, не веря своим глазам.

Посреди гаража стояла машина. И не просто машина, а целехонькая, блестящая, вишневая «Мазда». Настоящая конфетка! Видимо, капитальные кирпичные стены гаража защитили ее от взрыва и радиационной пыли. Она выглядела так, будто сошла с конвейера только вчера.

Не дыша, я подошла ближе. Дернула ручку двери. Открыто!

Я плюхнулась на кожаное водительское сиденье. Боже, как же мягко... Мой взгляд скользнул по рулевой колонке, и сердце остановилось.

Ключи. Они торчали в замке зажигания. Видимо, хозяева в панике бросили всё, или просто не вынимали их, закрывая гараж изнутри.

Дрожащими пальцами я повернула ключ. Панель приборов вспыхнула россыпью лампочек. Я затаила дыхание и повернула ключ до конца.

Мотор чихнул, зарычал и вдруг завелся, заурчав ровно, мощно, как песня. Машина словно только и ждала, когда в нее вдохнут жизнь.

— Да ладно... — прошептала я, смеясь от нахлынувшего восторга. Мы на колесах! Мы больше не будем стирать ноги в кровь!

Но счастье длилось недолго. Мой взгляд упал на датчик топлива. Половина бака. Всего половина.

Ладно. Если ехать экономно, не включать обогрев и не гнать, мы сможем проделать приличное расстояние. Это уже огромный шаг вперед.

Я заглушила мотор, чтобы не тратить драгоценный бензин, и распахнула дверь, собираясь бежать к ребятам с потрясающей новостью.

Но не успела я сделать и шага, как чьи-то руки легли мне на плечи, с силой толкнув обратно. Я впечаталась спиной в дверцу «Мазды».

Передо мной стоял Саша.

Его лицо было напряженным, скулы сводило от злости, а глаза горели таким упрямством, что я невольно сглотнула.

— Сколько? — хрипло спросил он, опираясь руками о крышу машины по обе стороны от моей головы, запирая меня в ловушку. — Сколько ты еще будешь от меня бегать, Надя? Вчера у костра, сегодня, эти три дня... Я устал. Мы взрослые люди, а ты ведешь себя так, будто мы школьники, поссорившиеся на перемене!

Я попыталась вывернуться.

— Саш, пусти... Я нашла машину, нам надо...

— К черту машину! — рявкнул он, наклоняясь ближе. — Хватит прикрываться консервами, крысами и машинами! Поговори со мной!

Я замерла. Внутри словно лопнула туго натянутая струна. Я устала. Боже, как же я устала нести этот груз одна.

— Хорошо, — мой голос дрогнул, и я опустила глаза. — Хорошо. Ты хочешь правды? Да, я была дурой. Полной идиоткой. В тот майский день... я должна была выслушать тебя. Должна была дать тебе шанс объяснить, кто такая Маша и почему она плачет у тебя на груди. Но я не стала. Я поверила своим глазам, а не человеку, с которым собиралась прожить жизнь.

Саша тяжело выдохнул, его плечи немного расслабились.

— Надь... мы можем всё исправить. Сейчас.

— Нет, не можем! — я резко вскинула голову, и по щекам покатились непрошеные, горячие слезы. — Ты не понимаешь, Саш! Прошлое уже не вернешь. Та ситуация показала мне самую страшную вещь: у меня нет к тебе базового доверия. Я не доверяю своим глазам, я не доверяю тебе. А если нет доверия — значит, нет и любви. Я предала нас тогда. Сама. Своей гордыней.

— Что за бред ты несешь?! — он сжал кулаки, борясь с желанием встряхнуть меня за плечи.

— Это не бред! Я чувствую себя такой виноватой перед тобой, что не могу смотреть тебе в глаза! — выкрикнула я, всхлипывая. — Я не могу простить себя за то, что ушла. И я не знаю, как нам строить отношения на этих руинах. Тебе будет лучше без меня, Саш. Правда. Найди ту, которая не сбежит при первой же проблеме.

Саша смотрел на меня так, будто я ударила его ножом. А потом его лицо исказилось от ярости.

— Почему ты снова решаешь за меня?! — прорычал он, ударив кулаком по крыше машины так, что металл жалобно звякнул. — Какого черта ты вбила себе в голову, что мне будет лучше без тебя?! Ты спросила, чего хочу я?!

Мы стояли, тяжело дыша, глядя друг другу в глаза. Еще секунда — и этот накал эмоций взорвался бы, сметая всё на своем пути.

Скрипнула дверь гаража.

— Эй, народ! Что за шум, а драки нет? — бодро раздался голос Игоря из