Последний мужчина на земле - Мишель М. Пиллоу

Если вбили себе что-то в голову — клещами не вытащишь. Но ты, парень, не отступай. В этом мире доверие не словами доказывается, а поступками. Спину ей прикрой пару раз, вытащи из дерьма — сама всё поймет. Если любит, конечно. А она любит, я же вижу.

За этой тихой беседой мы дошли до странного одноэтажного строения, похожего на бывшую шиномонтажку, которое на удивление твердо стояло на ногах. Мурзик припал к земле, тихо, злобно мыркнул и рванул в какую-то щель под заваленными воротами.

— Пришли! — Костя мгновенно преобразился. Его лицо стало жестким, собранным. — Занимаем позиции. Пора поздороваться с товарищами.

Он сунул руку в подсумок и вытащил невесть откуда взявшуюся гранату. Костя вырвал чеку и швырнул ее прямо к наружным дверям здания, где, видимо, прятались дозорные.

Мы залегли за бетонными блоками. Оглушительный хлопок сотряс стены, с улицы раздались крики. И дальше началась перестрелка. Мы планомерно, метр за метром приближались к зданию. Костя работал как машина, я прикрывал, отстреливаясь из своего ружья по мелькающим в проемах силуэтам.

И вдруг сквозь грохот выстрелов прорвался истошный женский вопль:

— Кирюша-а-а-а!!!

А следом мужской:

— Лысый! Да как так?!

Мы с Костей ворвались внутрь, держа оружие наготове, и замерли. Посреди пыльного, заваленного мусором помещения на полу сидела Света. Как полоумная, она баюкала на руках голову Лысого, в центре лба которого зияла аккуратная, смертельная дыра.

Трое оставшихся в живых мародеров побросали оружие и подняли руки, ошарашенно глядя на своего мертвого вожака. Мы же, наоборот, навели стволы прямо на них.

— Где Надя? — прорычал я так, что собственный голос показался мне чужим.

Один из бандитов молча дернул подбородком в сторону тяжелой железной двери в конце комнаты.

Я рванул туда. Открыл засов, толкнул дверь и замер на пороге.

Надя сидела на полу. Живая. На щеке горел красный след от удара, но в остальном она была цела. Вся в слезах, она крепко обнимала Мурзика, уткнувшись лицом в его шерсть. А рядом валялись толстые веревки, аккуратно и чисто разрезанные вдоль.

Кот-мутант своими лезвиями освободил хозяйку.

Я бросил ружье и кинулся к ней. Увидев меня, Надя ахнула, выпустила кота из объятий и вскочила на ноги. Она зарыдала в голос, вцепившись в мою куртку с такой силой, словно боялась упасть. Натерпелась, моя девочка. Мурзик тем временем деловито отошел в сторону, освобождая нам пространство.

Я обхватил её, прижимая к себе, зарываясь лицом в её волосы.

— Тише, тише, всё хорошо. Я здесь, я рядом, — шептал я, как в бреду, целуя её мокрое от слез лицо, виски, нос.

Она всхлипывала, цепляясь за мои плечи, и как-то незаметно, само собой, мои губы нашли её губы. И она не отстранилась. Истерика переросла в отчаянный, сумасшедший поцелуй. В нем был вкус соли, слез и такого невероятного, пронзительного облегчения, что у меня снесло крышу. Мы целовались так, будто вокруг не было никакого разрушенного мира.

— Кхм! — раздался громкий, тактичный кашель от дверей. Мы резко отстранились друг от друга. На пороге стоял Костя, деликатно глядя в потолок. — Голубки, нам бы идти дальше. Но надо что-то решать, что с бандой делать...

Надя вытерла слезы, наклонилась и подхватила Мурзика на руки. Я крепко взял её за свободную руку, и мы втроем вышли из комнаты в главный зал.

Света всё так же сидела на полу, раскачиваясь из стороны в сторону над трупом Лысого. Но стоило ей увидеть Надю, как она вдруг замерла. Её лицо перекосило от безумной ярости. Она подорвалась с места и с визгом бросилась на неё.

— Это всё из-за тебя!!! Гадина!!! — орала она, брызгая слюной. Но добежать не успела. Один из бандитов Лысого легко перехватил её в полете, заломив руки за спину.

— Если бы ты не спасла эту белоручку — Игорь был бы со мной! Он всё так же любил бы меня! Ненавижу-у-у! Убью-ю-ю!!! — билась Света в руках мародера.

Костя закинул ружье на плечо и философски вздохнул:

— Мужики, мы вас трогать не будем, мы пришли за Надей. Её забираем и уходим. Но вот что с этой полоумной делать — не знаю...

Бандит, крепко державший вырывающуюся Свету, сально ухмыльнулся:

— Не переживай, друг. Она будет под надзором. Лысый говорил, что в постели она дюже хороша, вот и пусть отрабатывает смерть шефа.

Остальные двое скабрезно заржали, окидывая Свету плотоядными взглядами.

Света замерла, с ужасом понимая, что ее ждет. Но жалко ее не было никому. В этом мире каждый сам выбирал свою судьбу. Мы молча развернулись и покинули здание.

Выйдя на улицу, Костя довольно крякнул и указал на припаркованный за углом потрепанный, но крепкий внедорожник. Тот самый, на котором передвигалась банда.

— Ну что, Саня, — усмехнулся бородач, позвякивая ключами, которые он, видимо, успел снять с мертвого Лысого. — Забираем тачку как компенсацию за моральный ущерб. Пешком мы свое уже оттопали.

Я улыбнулся, помогая Наде забраться в салон. Впереди нас ждала долгая дорога. Но теперь мы ехали по ней вместе.

Эпилог

Прошло полтора года.

И снова наступил май. Теплый, солнечный, дурманящий запахом цветущей сирени. Я стояла на крыльце своего кафе, прощаясь с Ленкой и Катькой. Девчонки весело щебетали, обсуждая планы на выходные.

— Ну, беги, беги к своему благоверному, — хихикнула Ленка, поправляя сумочку. — Саша написал, что приготовил сюрприз на вашу первую годовщину? Надеемся, сюрприз будет не как в прошлый раз?

Мы дружно рассмеялись. То давнее воспоминание о чужой блондинке в нашей прихожей больше не причиняло боли, превратившись в локальную шутку, понятную только нам. Я помахала подругам и легким шагом направилась к дому. Идти было недалеко, и по пути я невольно погрузилась в воспоминания обо всем, что произошло за эти сумасшедшие полтора года.

Да, мы с Сашей поженились. Ровно год назад, в мае. И плевать я хотела на все приметы, гласящие, что в мае жениться — всю жизнь маяться. Для меня он навсегда остался последним и единственным мужчиной на Земле. Свое предложение он сделал, когда мы, обессиленные, но живые, встретили колонну спасателей на полпути к границе радиоактивной зоны. Нас всех поместили в закрытый центр реабилитации на целый месяц. И именно там, в стерильной больничной палате, Саша опустился на одно колено и достал то самое кольцо, которое чудом сберег. Правда, за время постапокалиптической диеты я так похудела, что кольцо слетало с пальца и его пришлось отдавать ювелиру на уменьшение, но это были такие мелочи!

Свадьба, кстати, у нас была двойная. Игорь с