Брак графини ван дер Вейн - Даниэль Брэйн

спектакль. И был повод – нарочно подобное не придумать. Увертливый взяточник, идеальный чиновник, добросердечный сосед, порядочный муж и заботливый отец устроил на собственной даче – так, чтобы никто не связал с ним напрямую, немного поодаль от забора, в укромном месте – тайник с немаленькой суммой денег. Два его сына, семи и десяти лет, подсмотрели, куда ходил папа, и почему он вернулся слегка в земле и долго мыл руки. Дети сделали вывод: папа за рыбалкой замечен не был, папа, наверное, ищет клад, давай мы вместе поможем папе.

Дети упорны и наблюдательны, когда увлекутся интересной идеей. Дети чиновника были еще и весьма компанейскими. К вечеру следующего дня по поселку бегали счастливые младшеклассники и пытались расплатиться в местном магазинчике пятитысячными купюрами. Когда продавщица им честно сказала, что у нее нет сдачи – потому что это были за полчаса уже не первые дети, купившие упаковку чипсов, колу и мороженое за пять тысяч рублей, – старший мальчик не растерялся и предложил купюру меньшего достоинства: сто долларов. Продавщица попросила мальчиков обождать и позвонила в милицию, опасаясь, что дело попахивает криминалом.

Чиновник, наблюдая за суетой, быстро сложил два и два и пытался справиться с сердечным приступом, но виду не подавал. Он уже примирился с потерей нескольких миллионов, потому что свобода была дороже и на посту еще можно было немало взяток набрать. Но местный участковый очень хотел премию, новые погоны и отпуск не зимой.

В местном ОВД идею поиска владельца клада из новеньких крупных красных и свеженьких зеленых купюр горячо поддержали. Им тоже хотелось премию, погоны и отпуск. Рапорт за рапортом, проверка за проверкой, и чиновник сменил скромный кабинет на не менее скромную камеру предварительного заключения.

Так что я точно знала: дети способны изменить ход истории – что в карьере родного отца, что в жизни целого государства.

Но я-то ведь уже не ребенок?

Для меня все эти министры и сам король – противники вполне равноценные?

Да, если я правильно выстрою собственную игру.

Что я могу?.. Какие у меня исходные данные?..

– Ваше высочество. Никто не придет к Лауре Эльзинга, но придет к Йоланде ван дер Вейн.

Принц и принцесса обернулись ко мне. Я сглотнула. Если Йоланда – я или эта милая Федерика, неважно – заявит матери о своем желании победить, она получит мощную поддержку.

Какие минусы? Графиня приложит все усилия, чтобы приняться за свои мерзкие дела. Смогу я убедить ее сидеть тихо? Возможно, если прикинусь послушной дочерью.

– Вам ведь все равно, как будут звать вашу будущую жену, ваше высочество? Лаура, Йоланда или Федерика? Я уже прошла тот самый первый этап… – Наверное. Надеюсь, Йоланда не вела разгульный образ жизни, а то ведь я могу получить и более неприятный сюрприз месяцев через семь-восемь. – Я помогу вам.

Вот это я раскидываюсь обещаниями.

– Если вы поможете мне и я буду знать, как проходит отбор, какие этапы, какие риски… – Я бы еще сказала – приведите мне статистику зафиксированных нарушений, включая решения суда и постановления кассационной инстанции. – И если… я получу свободу после того, как брак будет заключен. И деньги. И новое имя.

Надеюсь, с этим здесь не возникает особых сложностей. Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец…

Почему они сами не пришли к такому решению? Нет союзников? Все может быть, я вспомнила вдруг, что Арье был вторым в престолонаследии. Вероятно, до смерти брата он мог жениться на ком пожелает. Ну и опыт. Сын ошибок трудных. Меняю опыт на капитал.

Был бы он мне еще здесь хоть чем-то полезен.

– Если вы согласны, ваше высочество…

– Да! – воскликнула Федерика. – Я согласна.

Милое, такое легковерное дитя. Мне ничего не стоит выдать тебя сию же секунду, и доказательства – какие тут доказательства? Дыба или костер?

– Что мне сделать, милая графиня?

– Вам – ничего, ваше высочество. Я вернусь домой и буду ждать прихода придворного лекаря и повитухи. А потом… – и тут мой взгляд упал на служанку. – Она нас не выдаст? – прямо спросила я.

– Баронесса Нелиссен – моя подруга детства, – Федерика даже обиделась.

– Жена Мартина Нелиссена, моего секретаря, – сдержанно добавил Арье и очень царственно сложил руки на груди. Я пошла в атаку – принц меня бесил своей самоуверенностью. Я не сомневалась, в чьей светлой голове родился этот план.

Миром правит не тайная ложа, а явная лажа.

– Это он вчера вло… был в моем экипаже, ваше высочество? – я тоже изобразила оскорбленную невинность. Пусть пока считают, что они передо мной виноваты. – Он обещал мне…

– Все, что он обещал, и даже больше, – небрежно махнул рукой Арье.

При любом раскладе существовала возможность сбежать. Этим детям и в голову не приходит, что я могу просто уйти и в лучшем случае промолчать. Причина – их причина, их эта любовь, боже мой – не важна, я буду спасать свою шкуру, подо мной и так уже все горит.

– Ответьте мне на один вопрос, – попросила я, сдаваясь уже окончательно. У меня тоже нет выбора – я сыграю в эту игру, но по собственным правилам. – Только на один, и я присягну вам на верность, мой принц. Что будет, если кто-то узнает, что ее высочество не подданная вашего отца? Что она иностранка, и почему вы не можете заключить с ней династический брак?

– У моего отца такое маленькое княжество, что от края до края оно меньше вашей столицы, – грустно улыбнулась Федерика. У нее была красивая речь, но теперь я действительно различала акцент, и довольно ясный. – И кайзерат – он не союзник Вландерену. Если кто-то узнает, кто я, боюсь, это не понравится ни кайзеру, ни вашему королю, и мой отец… – она опустила голову, а я скривилась. Ты бы подумала об этом тогда, когда решила выйти замуж за своего Арье любой ценой.

Ну почему люди делают столько глупостей? Этим, впрочем, еще простительно, сколько им лет – восемнадцать? Девятнадцать?

– Господин секретарь знает, где я живу, – быстро сказала я. – У меня есть… – Или нет? – Верный мне человек. Я смогу убедить ее помогать нам. – Или не смогу. Какой выход? Здесь нет никакой быстрой связи, вообще никакой. – Ваше высочество, я дам вам знать, как все пройдет. Пришлю свою служанку. –