Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

— У тебя такой несчастный вид, дорогая. Что тебя так мучает?

Я моргнула, не зная, как это сказать.

— Мне… Ваше высочество… мне нужно…

Ванья шагнула вперёд, покачала головой и взяла меня за руки.

— Нет, пожалуйста, не позволяй моему положению причинять тебе неудобство.

Она зажмурилась.

— Пока я здесь, забудь, что я принцесса.

Мои губы чуть изогнулись.

— Камиль не забудет.

Ванья решительно кивнула и отпустила мои руки.

— И не должна. Этой девице не помешает напоминание о том, что такое настоящий ранг. Но тебе не стоит об этом беспокоиться. Я не могла позволить той ужасной Скарлетт мучить тебя весь год.

Я приподняла подбородок.

— Я справлюсь с ней.

Принцесса улыбнулась.

— Уверена, справишься. Но жизнь станет куда веселее, если твоей соседкой буду я.

Она отбросила назад длинные тёмные волосы.

— Отец отправил меня сюда не только учиться, но и произвести впечатление. Так что я точно не собираюсь плыть по течению, как какой-нибудь пушок одуванчика.

— Тебе действительно нужно встречать рассвет лицом к солнцу? — спросила я, проверяя, правда ли она хочет, чтобы я относилась к ней как к равной.

Ванья пренебрежительно махнула рукой.

— Камиль понятия не имеет, в чём заключается моя религия. Я могла бы сказать, что должна купаться в жидком золоте, чтобы смыть грехи, и она бы поверила.

Пожав плечами, она добавила:

— Но технически да. Мой народ поклоняется солнцу, хотя в моей семье набожность скорее считается ругательством, чем достоинством.

Она расправила плечи и вышла в коридор, снова выглядя как собранная принцесса. Пытаясь скрыть улыбку, я последовала за ней. В коридоре кудрявая девушка с нашего курса, имя которой я услышала при распределении, Мейбел Дэвенпорт, поспешно присела в реверансе при появлении Ваньи. Ванья прошла мимо, даже не взглянув на неё.

Ещё неделю назад я спала, прижавшись к сестре на узкой койке, а теперь делила комнату с иностранной принцессой. Уже сейчас мой год в Кардан Лотт обещал быть весьма интересным.

Ужин прошёл как в тумане. Мы ели филе-миньон с позолоченных тарелок под тихое звучание скрипок на заднем плане, как оказалось, это была традиция первого вечера учебного года. Директор Воган произнёс вдохновляющую речь о превосходстве и чести, но в моей памяти куда сильнее отпечатались клубника в шоколаде, чем его наставления. Один из трёх первогодков в Доме Рубин оказался сыном директора и покраснел чуть ли не до фиолетового, когда отец кивнул ему во время речи.

В общей комнате после ужина на столе перед кожаными диванами возвышалась пирамида печенья. Все тут же бросились к ней, и я не смогла сдержать улыбку, откусив мягкое, шоколадное печенье.

— Их называют печеньем «драконья чешуя», — сказала одна из старшекурсниц, наблюдая, как Прескотт хватает ещё пять. — Их подают каждый год в первый вечер.

События дня утомили меня сильнее, чем я думала. Я быстро уснула в своей комнате, всё ещё не веря, что официально стала студенткой Колледжа Кардан Лотт. Я почти забыла предупреждение Лютера.

Пока не проснулась среди ночи с лезвием, прижатым к моему горлу.

— Пойдёшь с нами, — произнёс низкий голос.

Глава 9.

— Вонючий пепел, — прошипел Лютер, когда мой собственный нож оказался у его горла. — У неё нож.

Тихий смешок.

— Я же говорил, драконы выбрали её не просто так.

Это был голос Шепа. В комнате было темно, лишь тени, но я чувствовала запах стали в руке Лютера, ощущала его костяшки у своей ключицы.

— Пойдём отсюда, Лютер, — добавил Шеп.

Ванья уже сидела в кровати, сжимая одеяло у груди.

— Да, уходите! Во имя пылающего солнца, что вы вообще делаете?

Лютер выдохнул и толкнул меня назад на кровать, поднимаясь. В следующее мгновение я уже была на ногах, направив на него нож.

— Я бы не стал, — предупредил он.

Я дышала быстро, всё ещё не до конца понимая, что происходит.

— Я могу сказать то же самое тебе.

Шеп жестом позвал Лютера к двери.

— Это глупая традиция, мисс Миро. Напугать вас всех в первую ночь. Прошу прощения. Лютер, идём.

— Традиция — убивать девушек во сне? — слова едва не застряли у меня в горле.

Шеп уже подталкивал Лютера к двери.

— Просто встряхнуть вас. Вот и всё.

Это не делало происходящее нормальным. И я заметила, что Ванью они вообще не тронули.

— Обычно девушки просто визжат, — прорычал Лютер, потирая горло.

Уже взявшись за ручку двери, он добавил:

— Следи за спиной, Миро. Благородные дамы не спят с ножом. Заставляет задуматься, кто ты на самом деле.

Он распахнул дверь и исчез в коридоре, где в мерцающем свете свечей звучали приглушённые голоса.

Перед тем как закрыть дверь, Шеп оглянулся на меня.

— Простите, леди. Всё уже закончилось.

Адреналин не давал мне уснуть всю оставшуюся ночь. Когда небо начало светлеть, веки налились тяжестью, но тело всё равно вздрагивало каждый раз, когда я почти проваливалась в сон.

Глухой звон колокола возвестил час, напоминая, что скоро начнётся мой первый учебный день в Кардан Лотт. А я была измотана.

Когда через несколько минут мы спустились в общую комнату, мои мышцы снова напряглись в ожидании новых насмешек или чего похуже, например, что меня вытащат из школы, раскрыв, кто я на самом деле. Но все, казалось, спешили на занятия. Я последовала за остальными в широкий зал, залитый солнцем, Ванья шла на шаг впереди.

«Они просто хотят немного нас взъерошить», сказала она утром, когда мы надевали форму, «но мы не должны им этого позволить».

Вчера в Большом зале нам выдали расписание и книги, но, из осторожности, не зная, сколько у меня будет времени между занятиями и не решит ли кто-то снова задержать меня с ножом у горла, я несла все книги в руках, как могла, чувствуя себя всё глупее с каждым встречным студентом. Их взгляды цеплялись за стопку в моих руках, брови поднимались, пока их пальцы сжимали ремни аккуратных кожаных сумок. К тому моменту, как я добралась до подножия лестницы на второй этаж, где находились аудитории литературы и истории, ладони вспотели, а руки горели от тяжести.

История была первым уроком, затем литература. После обеда шли науки, а затем первое настоящее занятие в логове.

У подножия лестницы Ванья обернулась, глядя на меня с неловко зажатой в руках кучей книг. Она тяжело вздохнула, взяла верхнюю книгу и сунула её под руку вместе со своими,