Замуж за негодяя - Валерия Аристова

— Когда я был наследником виконта Горсай, вы написали мне письмо, но потом сказали, что там нет ни слова правды, а одни мечты... Написали бы вы такое же письмо Оливеру?

Она вспыхнула. Теперь ей стало жарко, хотя дрожь не ушла, не давая ей успокоиться. Сердце замерло, и она боялась сказать что-то не то. Вдруг... Вдруг она хоть немного нравится ему? Если... Она боялась даже думать об этом, привыкнув любить его без всякого ответа... Если... Если вдруг... Он захочет жениться на ней, то променяет ли она его любовь на Хендбриг Холл?

Втянув голову в шарф, Артур молчал, ожидая ответа.

— Я бы не написала такого письма больше никому, — сказала она.

— Даже если там все неправда? — он снова коснулся ее руки, и на этот раз Джулия не отдернула руку.

— Даже если там все неправда, — отозвалась она.

Глаза ее сияли, как звезды. На миг Артур залюбовался ею, ее совершенной красотой. Губы ее задрожали, вызывая желание их поцеловать. Он сдержался, наконец отпустив ее руку, и теперь смотрел на нее, готовясь задать последний вопрос.

— Но там же не все неправда, так, Джулия? — прошептал он.

Она вспыхнула. Щеки ее стали пунцовыми, а в глазах вдруг появились слезы.

— Правда там тоже есть, — проговорила она, с трудом выговаривая слова, потом развернулась, и бросилась бежать к дому.

Артур смотрел ей в след.

Такие женщины умеют быть верными, умеют страдать ради любви.

Он усмехнулся, стискивая руки на груди, чтобы унять дрожь.

Кузен Оливер ее не получит.

...

Ее чувства, прорвавшиеся наружу, неожиданно задели и его. Артур долго гулял по парку один, решив, что мисс Джулии нужно время, чтобы прийти в себя и снова надеть маску. Было в этой девушке что-то, что касалось каких-то струн в его душе, если она у него была. Их долгое сосуществование в роли брата и сестры было окончено, и он был уверен, что она не сможет хорошо играть свою роль. Стоит ему только поднять медленно глаза, посмотреть на нее долго, не отрываясь, маска будет сброшена, и он увидит снова эти сияющие звезды.

Он сел на скамью и запрокинул голову, смотря на звезды.

Путь его пролегает по тонкому льду. Сэр Питер не должен ничего подозревать, иначе он выгонит его из дома раньше, чем Артур успеет осуществить свою месть дорогому дядюшке. Сэр Питер совсем не глуп, и нужно быть очень осторожным, чтобы одновременно разогревать мисс Джулию, и не выдать их игру перед ее отцом. Наверняка сэр Питер уже догадывается о поползновениях его кузена и лелеет радужные планы.

Сэр Питер хорошо воспитал свою дочь. Она останется верна любви. Той самой, что Артур умело разжег в ее груди, сорвав покров дружеского безразличия. И сэр Питер никогда не увидит ее владелицей Хендбриг Холла.

Артур закутался потеплее в шарф и поднялся на ноги. Он обязательно победит. Но почему его так радуют ее слова о письме? О том, что правда в письме тоже есть?

Глава 7

Нужен ли ей Хендбриг Холл, если Артур ответит на ее чувство?

Джулия сидела, смотря в огонь камина.

Оливер наверняка сделает предложение, раз Сара прибежала защищать его от охотницы за состояниями. Джулия сжала голову руками. Артур тоже говорил что-то подобное.

Она может получить Хендбриг Холл! Но нужен ли он ей без Артура? Артур может остаться с ней, и жизнь их никогда не будет богата, но... Но нужны ли ей деньги, если он будет ее любить? Может быть, все не так плохо? Закрытый старый дом не так ужасен, как ей кажется, когда в нем живет любовь? Простит ли она себе предательство, если зная, что он неравнодушен к ней, отдаст предпочтение другому только потому, что тот богат?

Наутро явился Оливер Леннор с букетом цветов. Артур не вышел из дома, предпочитая наблюдать за сценой из окна. Он знал, что хочет сказать Оливер. Неужто кузен пошел против отца? Неужто он и правда влюблен, а не просто желает насолить ему, Артуру? Джулия гуляла с Оливером в парке, а Артур, уже успевший разведать все коридоры и лестницы заброшенной части дома, взбежал наверх, на башню, и смотрел на эту сцену, вцепившись в подоконник и прижавшись лбом к стеклу.

Вот Джулия гуляет с Оливером по дорожкам, прямо как вчера она гуляла с ним самим. Он вспомнил ее засиявшие глаза, и аромат ее волос, совсем слабый, который он чувствовал все время, когда был рядом с ней. Наверняка она спит на подушке с лавандой, как делают многие юные девушки, мелькнула мысль и заставила улыбнуться.

Вот Оливер останавливается и что-то страстно говорит Джулии, размахивая руками, потом падает на колени, и опускает голову, ожидая приговора. Джулия замирает, и Артур замирает вместе с ней. Сердце его бьется быстро-быстро, будто это его судьба решается в этот миг. Все же есть между ними какая-то связь, думает он, ненавидя Оливера всеми фибрами души. Он ждет вместе с ним, потому что не знает, насколько глубоко проросли семена, брошенные вчера в ее сердце. Он дал ей надежду. Робкую, но надежду. Но вот Оливер поднимается на ноги, понуро взмахивая шляпой кланяется Джулии, и разворачивается, чтобы уйти. Артур закрывает глаза и понимает, что долгое время не дышал. Он резко втягивает воздух, обжигающий легкие словно огнем. Это миг его торжества. Оливер повержен. Дело за малым. Дело за тем, чтобы не давая никаких обещаний удержать девицу подальше от Хендбрига, заставив Оливера страдать, а лорда Ллойда — постоянно ругаться с ним. И не забывать о Саре...

— Я отказала Оливеру Леннору, папа, — Джулия стояла перед отцом, сжав руки в замочек, — я знаю, что я не права. Но я...

Сэр Питер, сидевший с газетой в столовой, поднял голову.

— Почему не права? — удивился он.

— Я должна выйти за богатого мужчину, — она вздохнула, — Оливер Леннор — наследник виконта. И я должна была сказать «да». Ради вас всех.

Она вдруг всхлипнула, и вытерла покатившиеся по щекам слезы.

Сэр Питер хмыкнул, потом закашлялся и отложил газету.

— Я — эгоистка, — проговорила Джулия, — но я не смогла переступить через себя!

— Почему? — сэр Питер снял очки и воззрился на дочь подслеповатыми глазами.

— Я... — она растерялась.

— Ты влюбилась в нашего гостя, — констатировал отец без всякого осуждения.

Она кивнула.

Он поднялся, громко отодвинув стул.

— За любовь многие пострадали, — сказал он, — да и сам Артур Леннор