Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь - Инна Бабушкина

Ревность и недовольство взыграло в мужчине. Ему нестерпимо захотелось одному начистить морду, а другую окольцевать, да зацеловать так, чтобы не то чтобы упомнить - думать о других мужчинах не смела! И все же Торвин с трудом, но пока еще мог обуздать совсем животный нрав. Он не желал поступить так… грубо с дамой сердца.

Но помимо прочего он боялся, что она довольно пылко и жестоко ему откажет. Перед ним не нежная фиалка, готовая упасть в обморок от одного лишь порыва ветра. Нет, наглости и горячести ей не занимать: кажется, подчинить ее невозможно. Только приласкать… потому мужчина из раза в раз пытался найти подход к ее сердцу… даже если и требовалось идти на жертвы и составлять компанию ее подчиненной, ошибочно принятой за возлюбленную.

Их встречи всегда проходили с каким-то шумом, но мужчина всегда умел уходить в свои мысли. Как назло, миледи совсем ничего не знала о наставнице, потому и ценности никакой не представляла. Но чего герцог совсем не понимал, так это странной мании графини свести их: с чего она решила, что его Светлость влюблен в недалекую дебютантку? Это по-прежнему оставалось загадкой.

- Кажется, ему и дама сердца не нужна. Собственного отражения в зеркале хватит, чтобы оценить все самое прекрасное в этом мире, - пробормотал Торвин.

Собеседница совсем невоспитанно - и оттого невероятно очаровательно - прыснула, едва успевая прикрыться веером. Выражение легкого осуждения, а затем и закатанные глаза - просто бальзам на душу взревновавшего мужчины.

Принц ее не заинтересовал! Даже больше: кажется, она испытывает к нему сильнейшую антипатию, что неудивительно. Этот нахал посмел ей угрожать…

Герцог поспешил убрать выражение тихой ярости со своего лица, чтобы девушка не приняла его эмоции за недовольство или желание защитить имперского отпрыска. А затем добавил:

- У него даже в карете есть большое зеркало, в которое он смотрится при каждом удобном случае.

Ему с трудом удавалось не схватиться за сердце, что защемило от незнакомого чувства, когда девушка одарила его таким восхищенным и задорным взглядом. А затем еще и прислонилась к его плечу, подрагивая от волны хохота… когда мужчина старался даже не дышать.

Ему хотелось насладиться нечаянной близостью, которую так опрометчиво и открыто дарила ему желанная нимфа! Но на горизонте появилась угроза - знакомые белокурые волосы и огненно-рыжие пряди показались над покрытой коркой льда изгородью. И если из-за роста принца могли заметить со всех сторон сада, то девчонку…

Герцог бросил взгляд вниз, благодаря небеса за то, что графиня утирала набежавшие от веселья слезы, потому совсем не заметила подопечную. Что-то подсказывало мужчине, что, если она услышит раздражающе дрожащий голос миледи, тут же опомнится и побежит сводничать. Этого мужчина допустить не желал! Неизвестно, что она придумает следующим - он не намерен терять их день!

- Кажется, на улице похолодало, - наигранно поежился мужчина, довольно отмечая укутанную девушку. Страшно признаться, но парой минут ранее он не просто настойчиво - с борьбой! - вынудил девушку накинуть его мундир на плечи, потому как она вырядилась вновь слишком… опрометчиво! Мол, не планировала задерживаться надолго в его компании.

Так вот, даже с учетом отсутствия верхней накидки, мужчина горел внутри. И все же актерствовал, собираясь заманить девушку внутрь.

- Ох, моя вина, - девушка тотчас кинулась к одежке на плечах, но мужчина интуитивно перехватил ее ладони и замер - пусть они были защищены перчатками, но касание… он и мечтать не мог о столь скором и тесном взаимодействии.

Да так опешил, но и о разговоре забыл, и о приличиях. А меж тем из-за кустов вышла пара кумушек и посмели отнять ее внимание, что девушка должна была дарить только ему!

- Видимо, мы помешали? - виновато поклонилась одна, и все же вперилась в нас хищным взглядом, подмечая каждую деталь, которая только могла опорочить честь моей спутницы.

- Вы крайне догадливы, - опешил, заслышав столь дерзкое утверждение Андреасы. А затем вновь потерял способность дышать, потому как она так жадно овила торс герцога своими безупречными руками, чуть облокотившись. -Так не мозольте нам глаза и дальше, уважаемая, - процедила уже с легкой угрозой, словно… обозначала территорию? Демонстрировала виды на мужчину!

Тот с трудом сумел подавить жар, что, как у невинной девочки, готов был опалить щеки. Еще ни одна женщина… не то что у него - ранее его дела любовные совсем не интересовали - ему вовсе подобного видеть не приходилось. Ни в их империи, ни за ее пределами... а ведь он ой как много народов посетил!

Дамочка с трудом сумела разогнуться. Кажется, она окаменела от наглости. Но Андреаса ждать не стала: в самом деле решила последовать намеку герцога и поспешила увести его в сторону едва заметного входа для слуг.

- Коли Вы желаете согреться, почему бы нам не сделать это в библиотеке? Мне еще не доводилось ее посещать, - почему-то вела себя она сейчас слишком поспешно и чуть неестественно. Герцог было подумал, что все дело и в ее смущении - могло ли быть так, что она подчинилась своим еще совсем неосознанным чувствам? Или же он просто видит то, чего и в поминках не существует?

Он кивнул, не доверяя голосу. И все же подметил, как Андреаса мельком посмотрела в сторону воркующей парочки, вздрагивая и спешно уводя мужчину вглубь коридора. Не нужно быть следователем, чтобы понять: она не хотела, чтобы герцог заметил принца с миледи. Но он все понял. И подивился: неужто девушка в самом деле не осознает своей силы? Не осознает, что он не способен оторвать от нее взгляда? Что нет ему совершенно никакого дела до ее подопечной?

Особенно, когда снег так плавно тает на ее темных прядях, а длинные ресницы подрагивают чаще обычного, привыкая к темноте комнат.

Но нет. Андреаса лишь в самом деле молилась, чтобы герцог не заметил Мирабель. Ведь заметь он радостное лицо возлюбленной, что улыбается другому мужчине, то несомненно предался бы страданию... по ее лишь субъективному разумению.

Глава 20. Лед тронулся, или Хроники тонущей карьеры

Однако уединяться нам надолго не позволили.

Только я разлила чай, как в комнату постучалась служанка - причем не моя. Как оказалось, лично посланная одним заносчивым типом:

- Его Величество желает отправиться на каток, господин, миледи, - тихо поведала и осталась в дверях, откровенно намекая,