Антрацит - Кира Уайт

Старики, дети, пациенты больниц – лишь те немногие из представителей самой беззащитной прослойки населения. У них просто нет шансов. Ни единого…

Холден сворачивает еще дважды. На счастье, в этот раз по пути не попадается никого растерявшего бы человеческий облик.

Отрешенно пялюсь в окно на проносящиеся мимо здания и вывески. Скоро стемнеет. Понятия не имею, как так быстро пролетело время, но даже думать не хочу о том, чтобы остаться ночью на небезопасных теперь улицах незнакомого города. Преодолеваем улицу за улицей, переулок за переулком и внезапно выныриваем на пустую дорогу, уводящую прочь от Карстона. Домов впереди нет, вообще ничего нет, кроме лесного массива.

– Холден?.. – хриплю я, наконец кое-как совладав с эмоциями и взяв себя в руки.

– Аэродром в той стороне, – поясняет он еще до того, как я озвучу вопрос. Вновь взглянув на меня с тревогой, он негромко уточняет: – Как ты?

– В норме, – отвечаю мгновенно.

И хотя это не так, я на все сто процентов уверена, что не скачусь в истерику. Момент слабости пережит, теперь нужно выбраться.

Холден проницательно приподнимает брови, я лишь молча качаю головой, давая понять, что не хочу продолжать тему. Он понимающе кивает, и я выдыхаю, ощутив странное единение с человеком, которого едва знаю. Но мы вместе уже пережили столько, что хватило бы на целую жизнь. И чутье подсказывает – это еще не конец.

Он прибавляет газу и, пользуясь тем, что дорога пуста, гонит внедорожник в сторону «Стейтона». Проезжаем несколько указателей и сворачиваем на более узкую лесную дорогу.

Клянусь, все эти поездки сквозь чащу будут мне сниться. Радует, что сейчас хотя бы не так темно. Хотя, если судить по скрывшемуся за деревьями солнцу и часам, показывающим начало девятого, до этого недалеко.

До слуха доносятся взволнованные голоса девушек, но я не вникаю в их разговор. Любопытство даже не дергается в ту сторону, сейчас гораздо важнее другое. Между деревьями образуется просвет, сквозь который хорошо просматривается идущая параллельно дорога, под завязку забитая транспортом. Видимо, было наивно полагать, что люди, ломанувшиеся прочь из города, не додумаются свернуть к аэродрому.

– Дерьмо, – хмуро выдает Холден, тоже заметивший скопление машин.

– Что это значит? – взволнованно спрашивает Линди.

– Нихренашечки хорошего, – выдает Тайлер.

Холден настолько напряжен, что не делает привычной попытки вразумить племянника. Дурной знак.

Проезжаем еще метров триста, Холден сворачивает на обочину и глушит двигатель. Сев полубоком, чтобы его видели все пассажиры «Вранглера», он объявляет:

– Дальше пешком. На машине потеряем лишнее время. Берите только необходимое, ничего не должно мешать, если придется бежать. Держитесь за моей спиной и будьте поблизости. Если разделимся, в такой толпе нам друг друга не найти.

Хватаю с пола рюкзак, из бокового кармана которого так и торчит рукоятка обмотанного полотенцем ножа. Засовываю телефон в передний карман брюк и застегиваю его на замок, чтобы не выронить. Пистолет прячу за пояс и скрываю его краем футболки. При досмотре оружие придется сдать, но сейчас я с ним ни за что не расстанусь.

– Готовы? – спрашивает Холден.

– Да, – в унисон пищат Кейт и Линди.

Согласно киваю и тянусь к дверной ручке.

– Тайлер, биту придется оставить, – говорит Холден, и я оборачиваюсь на парнишку.

Тот выглядит до глубины души оскорбленным, а еще упрямо вздергивает подбородок.

– Ни за что!

– Тайлер… – предупреждающе начинает Холден, но племянник его перебивает:

– Я ее не брошу! Вспомни, что было в прошлый раз. Если бы не бита, нас бы уже грохнули. Черта с два я выйду из этой машины без оружия. – В его глазах вдруг вспыхивает озарение. – Или дай мне пистолет.

– Нет! – сердито отрезает Холден. – Ладно, бери биту, но не размахивай направо и налево. Старайся не привлекать лишнего внимания.

– Понял, – чуть поникнув, соглашается Тайлер.

Покидаем салон, провожу ладонью по переднему крылу и капоту, прощаясь с «Вранглером», ставшим настоящим спасением. Мне жаль расставаться с ним, но это было неизбежно. Холден передает мне ключи, прячу их в рюкзаке. Сохраню на память.

Поднимаемся с лесной дороги на асфальтированную магистраль, под завязку забитую брошенными автомобилями и людьми, пробирающимися мимо них в сторону бетонного забора, окружающего территорию аэродрома. С тревогой наблюдаю за спешащими людьми. Некоторые тащат чемоданы, другие – детей и даже домашних питомцев. На искаженные страхом лица больно смотреть. Внутри ярко вспыхивает тревога. Злые и обеспокоенные выкрики со всех сторон подливают масла в огонь.

Оглядываюсь по сторонам, оценивая масштабы, отчего мне становится плохо. Обгоняю идущих передо мной и держащихся за руки Линди и Кейт. Они взволнованно таращатся на меня, Кейт пытается поймать мой взгляд, но я это игнорирую. Наконец догнав Холдена, касаюсь его плеча, привлекая внимание.

– Если сюда доберутся паты… – голос срывается, и я просто качаю головой.

– Знаю, – говорит он, каким-то чудом сохраняя спокойствие. – Нужно спешить.

Согласно киваю и вслед за ним прибавляю шаг. Идущий впереди Тайлер благоразумно опустил биту и держит ее рядом с бедром, но при этом непрерывно озирается по сторонам. Холден перехватывает его и чуть сдвигает в сторону, когда мимо нас пробегает мужчина, одетый в строгий костюм и сжимающий крепкой хваткой ручку металлического кейса.

Продвигаемся по обочине. Несколько раз оглядываюсь, но Кейт и Линди следуют за мной как приклеенные.

Чем меньше остается до забора, тем больше народу скапливается впереди. Вытянув шею, замечаю тому причину. Перед железными решетчатыми воротами выстроили преграду из сварной металлической конструкции, напоминающей противотанковые ежи, верхушки которых обтянули колючей проволокой. И когда только успели?

Но дело даже не в этом. Повсюду вооруженные автоматами военные. За преградой, за воротами, на вышке возле них и за высоким забором. Видимо, вдоль него тоже что-то поставили, чтобы люди могли возвышаться над ним.

От плохого предчувствия сковывает горло, и я несколько раз безуспешно сглатываю. Все наплывающая толпа напирает на преграду. Гомон стоит невероятный. Еще не добравшись до цели, понимаю – нас не пропустят. Случится ровно то, о чем говорил тот военный, с которым мы ночью разговаривали на кордоне. Если они сделают исключение, толпа выйдет из себя, и тогда жертв не избежать.

– Я попробую поговорить с ними! – перекрикивая голоса, предлагает Холден и начинает проталкиваться сквозь скопление людей.

– Держитесь поблизости! – приказываю я, повернувшись к девушкам из своей группы.

Одного взгляда назад хватает, чтобы волоски на затылке начали шевелиться. Людей слишком много, и все они направляются сюда.

Черт! Черт! Черт!!!

Хватаю Тайлера за руку, чтобы не потеряться. Нас толкают