Жестокий брак по-кавказски - Александра Салиева

— Ладно, — не стала и тут спорить, забирая свой единственный аксессуар на выход в свет.

Старенький, но ещё живой. Светлая кожа до сих пор выглядела как новая. Ей и не с чего было портиться. Я очень редко выезжала из пацхи, а потому сумка была скорее на всякий, чем повседневный случай.

А вот вещи мне пришлют все поношенные. Я давно себе ничего нового не покупала. Да и в основном это брючные костюмы. Платьев у меня нет.

Может и правда стоило немного приодеться?

Не ради Нияза. Ради себя.

Пока шли в сторону рынка, я боролась со своей гордостью. А потом Фархат отвлёк.

— Мама, смотри какое красивое!

Обернувшись я наткнулась на витрину с белоснежными нарядами. Свадебными. Лучше бы не смотрела. Сердце кольнула застарелая боль. Я вспомнила, как кружилась в одном из таких нарядов в паре с Ниязом. Счастливая, беззаботная, чувствующая себя настоящей королевой под его полным восхищения взглядом. Тогда мне казалось, что так прекрасно будет всегда. Но реальность оказалась куда страшнее.

В реальности я бы многое отдала, чтобы того дня в моей жизни не случалось. Лучше бы я просто в самом деле, как та же самая кахба, переспала с Ниязом и разошлась, более никогда с ним не встречаясь. И был бы у меня Фархат и никакого разбитого сердца. Даже если бы родители вновь от меня отказались, а я попала в семью дядюшки Турсуна. Отличный был бы расклад. И Нияз бы никогда не узнал в Фархате своего ребёнка, не привёз меня к себе в дом. Женился бы на той же Азре или ещё какой подходящей его матери девице. А я бы жила тихо и счастливо вдали от родного города, радуясь каждому новому дню, управляла пацхой и растила сына.

Да, было бы отлично.

Но, увы.

Я была слишком хорошо воспитанной, правильной, послушной дочерью и женой, чтобы пойти на такой унизительный шаг, как лечь под мужчину до свадьбы. За что теперь и плачу. Не то, чтоб Нияз мне такое предлагал. Нет, конечно. Он вёл себя безупречно. Единственное, что позволял себе в краткие моменты наших встреч — поцелуй дрожащих пальцев. Но мне и того хватало, чтобы внутри всё переворачивалось и сжималось от удовольствия.

Мне казалось, мы созданы друг для друга…

Нияз ведь после одной случайной встречи на улице нашёл меня, подкараулил, чтобы познакомиться. Не отпустил, пока я ему имя своё не назвала. Попросил о встречи, а я не пришла. Побоялась. И тогда он снова сам пришёл. Почти украл меня для прогулки. И даже не почти. Я была в ужасе, потом дико смущена, после впала в настоящее счастье.

Наши встречи походили на сон. Самый прекрасный и чувственный. Азра пыталась меня вразумить, но я не слушала.

Теперь я знаю…

Она изначально пыталась меня от него отвернуть. Все те моменты, когда она якобы случайно портила мой наряд, причёску, выставляла меня перед Ниязом в самом худшем свете. Подруга уже тогда желала моего мужчину себе.

Впору смеяться. Потратить так много лет на того, кому ты не нужна. Ради чего? Статуса? Или всё-таки любви?

Я не знала. Да и какая разница, если по итогу она добилась своего? Скоро на ней будет красоваться одно из таких платьев. И это хуже, чем удар под дых. Отвернувшись от витрины, я, сцепив зубы, пошла дальше.

— Мама? — поспешил меня догнать сын. — Тебе не понравились платья?

Я взяла его за руку и заставила себя улыбнуться.

— Они очень красивые. Но не для меня. Они для тех, кто только собирается замуж. А я уже давно жена твоего папы, — пояснила мягко, как смогла.

Сынок ответил не сразу.

— Мам, а у папы будет вторая жена, да?

Я аж с шага сбилась.

— Тебе это тоже папа сказал? — уточнила слабым голосом.

— Нет. Но на завтраке та злая тётя говорила, что у папы скоро состоится ещё один никах… у меня что, будет другая мама?

Всевышний!

Я остановилась резко. Крепче сжала маленькую ладошку.

— Нет, — произнесла не своим голосом. — Другой мамы у тебя не будет, Фархат. Никогда.

И уж точно ею не станет Азра. Только через мой труп. Но раз уж так…

— Что ты там говорил про красивое платье? — подмигнула сыну с улыбкой. — Знаешь, я помню отличный магазин, где продаются просто чудесные наряды. В нём закупаются самые уважаемые женщины этого края. И не только его. Мы купим платье там. И оно будет воистину волшебное и дорогое. Не хуже самого прекрасного свадебного наряда.

Такое, что все три змеи вскоре подавятся от зависти и бешенства.

Мелочно? Возможно. Но я всего лишь делала то, что велел их любимый Нияз.

Нужный мне магазин находился в самом центре города и имел прекрасное название «Екьулей», что означало «Любимая».

В груди снова кольнуло при виде этой вывески, но я заставила себя отбросить сомнения и войти внутрь.

Наше с Фархатом появление ознаменовал переливистый звон колокольчиков. Вскоре из-за ближайшего манекена показалась немолодая, но всё ещё красивая женщина в тёмных одеждах. Чёрные с проседью волосы были скрыты платком.

Мир замер.

Для нас обеих.

Не знаю, о чём думала мама, а я о том, что за прошедшие шесть лет с нашей последней встречи у неё на лице прибавилось морщин. Наверное, для её пятидесяти лет это было нормально, но для меня — нет. Я помнила её другой. Как и помнила, как она смотрела на меня тогда — с презрением, а в карих глазах не было ни ласки, ни радости, ни желания со мной общаться. Не сказать, что и сейчас наблюдалось что-то тёплое. Мама была слишком растеряна. Взгляд метался по моему лицу, явно не до конца понимая, что я действительно здесь. Посмела явиться в её святая святых.

Но вот она отмерла.

Но не я.

Я застыла на пороге, едва дыша. Несмотря на видимую смелость, в глубине души мне было страшно получить от ворот поворот.

— Алия, — разбил тишину её недоверчивый шёпот.

А я поджала губы, крепче сжав ладошку сына. Мама пришла в себя и только что сделанный в мою сторону шаг обернулся двумя назад.

Что ж, вот и ответ...

Не то, чтоб я верила, будто родители за эти годы достаточно остыли и перестали на меня злиться. Наверное, просто мне бы этого очень хотелось. Хотелось верить, что они пожалели о своём поступке ещё тогда. Сразу, как только их эмоции утихли. Но… увы.