Эти тоскующие сердца - Темпест Рейн

приходилось ускользать из дворца, когда отец не обращал внимания. Честно говоря, теперь Лулия могла заботиться о ней и сама, но Нико не мог подавить желание видеть ее.

Она кивнула, и он принялся за дело: промыл рану и снова нанес примочку. Наконец он задал вопрос, который глодал его:

— Почему ты не можешь уйти?

Все тело Лулии напряглось, и она сделала глубокий дрожащий вдох.

— Я проклята, — начала она.

Руки Нико замерли на ее руке. Это было последнее, что он ожидал услышать. Он провел пальцами по ее коже, после того как завязал повязку. На месте его прикосновения выступили мурашки.

— Моя семья разозлила одного мага, и он наложил на меня проклятие. Теперь я не могу покинуть эту пещеру. Вскоре после того, как было наложено проклятие, появился дракон и убил мою мать.

Вот дерьмо. Нико почти забыл о драконе.

— Он вернется? — спросил он ее.

Лулия покачала головой:

— Нет, он появляется в полнолуние, а потом возвращается сюда на рассвете. Но после этого улетает.

— Ты знаешь, куда он уходит? — Может быть, он сможет застать дракона спящим.

— Нет.

Это прозвучало как ложь, но Нико не собирался настаивать. Она как будто сжималась в себе, и он положил руку ей на колено, мягко сжав, чтобы показать: он рядом.

— Ты здесь пять лет? — спросил он ее. Его потрясло, когда она кивнула. — И дракон тебя не трогает?

— Нет.

Однако его кое-что все еще беспокоило:

— Откуда же тогда взялась эта рана?

— Это было глупо, — Лулия опустила голову. — Я упала на острый камень.

Нико прищурился:

— И почему ты была голой, когда я пришел в первый раз?

Теперь ее взгляд метнулся к нему:

— Мне не нравится этот допрос, Ваше Высочество. Но если тебе так нужно знать — в мою пещеру никто Его сердце забилось быстрее. И от упрека, и от мысли о ее обнаженном теле. Увидит ли он ее снова в таком виде, если продолжит навещать?

Он понял, что они оба смотрят друг на друга, их ноги соприкасались.

Не продумав это до конца, Нико поднял пальцы и нежно провел по челюсти Лулии к затылку, пока его рука не погрузилась в ее мягкие волосы. Она вздохнула, слегка подавшись к нему. И Нико притянул ее до конца, прижавшись губами к ее губам.

Они оба тихо застонали, и он усилил хватку в ее волосах. Лулия вцепилась в его тунику, удерживая его рядом. Их губы и языки танцевали вместе, и Нико хотел потеряться в этой женщине. Он оттянул ее голову назад, углубляя поцелуй. Но Лулия внезапно отстранилась, создав расстояние между ними на своем тонком матрасе.

Нико позволил ей отступить, но тут же затосковал по ее близости.

— Думаю, тебе пора, — прошептала она.

— Конечно, — сказал он, прочищая горло. — Я вернусь завтра с припасами для тебя.

— Не нужно, — Лулия отказалась встречаться с ним взглядом. — Мой отец приходит раз в неделю.

— Тем не менее, я хочу.

Она не ответила ему, вместо этого обхватив себя руками. Ее стены снова воздвиглись, и Нико не хотел потерять ее доверие. Вздохнув, он встал.

— Спокойной ночи, стрекоза.

Глава 6

Ее губы долго горели после того, как Нико ушел. Лулия не могла перестать касаться пальцами призрачного следа поцелуя принца.

Когда Нико задал ей все вопросы, она сказала полуправду. Маг проклял ее, но она оставалась в пещере, потому что так было безопаснее. И для нее, и для других. Каждый месяц она приковывала себя цепями к стене, надеясь, что это удержит ее. И каждый месяц дракон все равно вырывался на свободу.

Она надеялась, что Нико не вернется. Может быть, он и не вернется, теперь, когда она отвергла его. К тому же, зачем ему грязная никчемная девушка, когда у него есть замок, полный красивых женщин?

Но мысль о том, чтобы никогда больше не увидеть Нико, причинила Лулии больше боли, чем она могла предположить.

Однако на следующий вечер принц снова осчастливил ее своим присутствием. Его оправданием было то, что ему нужно заботиться о ее ране, а затем, когда она полностью заживет, он оставит ее в покое. Плюс, ей нужны припасы, и насколько хорошим принцем он был бы на самом деле, если бы не заботился обо всех своих гражданах?

Всю ту неделю он возвращался каждый день в сумерках. Его визиты начали затягиваться, хотя он больше не пытался ее поцеловать. Лулия без особой убежденности спорила с ним каждый вечер, что он не обязан заботиться о ней. Она прекрасно справляется сама, и ее отец приносит ей припасы. Но когда Нико спросил, сколько лет ее отцу и как далеко ему приходится добираться, Лулия уступила. Потому что ее отец был уже в годах, а путь от его дома до гор занимал полдня пешком, и это не считая изнурительного подъема по тропе к пещере. Нико послал почтового голубя в дом ее отца, чтобы сообщить о переменах.

В ответном послании отец спрашивал, считает ли Лулия, что это хорошая идея. И, честно говоря, она ничуть не была уверена.

Прошла еще одна неделя. Они говорили о своем прошлом, хотя Лулия избегала или бегло касалась некоторых тем. Постепенно они садились все ближе друг к другу. Лулия рассмеялась впервые за пять лет, и рядом с принцем она чувствовала себя больше прежней собой. Он приносил ей из замка маленькие безделушки, чтобы украсить ее пространство, поскольку она по-прежнему отказывалась уйти с ним.

Каждый вечер он просил ее вернуться с ним в замок, и каждый вечер она говорила, что не может. По разным причинам. Лулия перепробовала все возможные отговорки, а он лишь придумывал очередной план, как снять ее проклятие.

Еще через неделю они сидели вместе на новом пушистом одеяле, которое принес Нико, и ели остатки королевского ужина. Даже холодными, это была лучшая еда в жизни Лулии. Она смеялась между укусами, пока принц рассказывал ей историю о том, как опозорился на тренировке днем. Он упал с лошади и его волоком протащило почти тридцать футов, прежде чем он перерезал стремена.

— Ты ранен? — спросила она, когда он закончил рассказ.

— Только моя гордость, — сказал Нико с кривой улыбкой. Но он поморщился, когда пошевелился. — И, возможно, одно место на спине.

— Дай посмотрю, — сказала Лулия, оглядываясь. — Я уверена, у меня осталась кое-какая примочка.

— Правда, не стоит беспокоиться.

Она подняла бровь, ничего не говоря, пока он не рассмеялся и не повернулся, задирая рубашку, чтобы