Меж двух королей - Линдси Штрауб

Письмо было «исправлением». Способом избавиться от «деревенской девчонки». Но что-то всё равно не сходилось. В тишине, которая последовала, Тэмми попыталась понять, почему она так злиться. Неважно, кто написал письмо.

Необъяснимым было другое:

Если Эвелин так сильно любила Лео… как она могла просто уйти? Как могла принять письмо всерьёз? Если бы Лео попытался расстаться с Тэмми через письмо — она бы никогда не поверила. Она бы пришла к нему в церковь, к воротам, в замок — куда угодно.

Но Эвелин просто… уехала.

И, прежде чем Тэмми могла произнести это вслух, Эвелин продолжила:

— Когда я прочла письмо, я не видела иного выхода, кроме как сбежать.

В глазах Лео мелькнула тень сомнения. Тэмми посмотрела на Каспена. Его лицо было непроницаемо. И в ту же секунду коготь под её платьем начал пульсировать снова. Она едва удержалась от стона.

— Тогда почему ты не вернулась? — спросила она, сжав кулаки, пытаясь удержаться в реальности.

Эвелин моргнула медленно. Легко коснулась руки Лео. У неё была тихая, мягкая власть — едва уловимая, но ощутимая. Её взгляд не отрывался от Тэмми — оценивающий, внимательный, осторожный. Она была на страже.

— Ты меня в чем-то обвиняешь? — тихо спросила Эвелин.

— Ты сказала, что письмо — причина ухода. — Голос Тэмми был ровным, хоть пульсации снова сбивали дыхание. — Но не сказала, почему не вернулась. Так почему?

Лео отпил виски. Каспен не шелохнулся.

— Я была разбита, — сказала Эвелин. — Я думала, что Лео больше не хочет меня видеть. Я была… опустошена.

— Нет, — произнесла Тэмми. — Я не понимаю.

Эвелин приподняла бровь.

— Чего именно ты не понимаешь?

— Письмо у тебя осталось?

Эвелин нахмурилась.

— Что?

— Письмо. Ты его сохранила?

Лео бросил взгляд на Эвелин. Тэмми вдруг поняла: он уже задавал ей тот же вопрос. И, вероятно, не раз.

— Я его сожгла, — сказала Эвелин ровным, почти манерным голосом.

— Зачем? Похоже на то, что ты бы сохранила его.

— И зачем мне это?

— Чтобы показать Лео. Он имеет право увидеть, что его отец писал от его имени.

— Это ужасная память. Я не хотела больше видеть это.

— Но если Лео…

— Тэмми, — перебил её Каспен. — Хватит.

И пульсации прекратились.

За всё время разговора Каспен не вмешивался. И вдруг — именно сейчас — он заговорил. Тэмми замолчала. Она знала, что зашла слишком далеко. Но остановиться было невыносимо трудно. История Эвелин не выдерживала проверки — что-то в ней было… неправильным. Если бы Лео попытался расстаться с ней через письмо — она бы не ушла. Никогда.

А Эвелин… просто ушла. Почему?

Голос Каспена прозвучал в её сознании:

Это не твоя ответственность — говорить за человеческого короля.

Я знаю. Я просто хочу понять, почему…

Их отношения — не твоё дело.

Но это было её дело. Она сама устроила их воссоединение — сама убедила Лео привести Эвелин обратно. От их любви зависело всё, чем Тэмми пожертвовала.

Извинись.

Тэмми повернулась к нему в неверии. Он не просил — он приказал.

Нет.

Тэмми. Ты их оскорбила.

Она едва не фыркнула. Может быть, она задела Эвелин — но Лео… Лео хотел спросить то же самое, но не решился. Он подозревал её. Стеснялся копнуть глубже. Тэмми знала это.

— Простите, — сказала она сухо. Это не было извинением. Но больше она не могла.

Эвелин тут же улыбнулась мягкой, сладкой улыбкой.

— Прошу, не извиняйтесь. Любой на вашем месте был бы любопытен.

На вашем месте.

Тэмми не нравилось звучание этих слов.

Она уже открыла рот, но Эвелин добавила:

— Как человек, который прежде был помолвлен с Лео, я понимаю ваши чувства.

Тэмми чуть не рассмеялась. Эвелин не понимала её чувства. Это было невозможно. И Тэмми была не просто помолвлена — она была его женой. Эвелин намеренно стерла это. Желание уколоть её было почти непреодолимым. Но вместо ответа Тэмми медленно подняла руку, поправляя прядь волос так, чтобы в свете свечей блеснул тонкий серебряный обруч на её пальце. Глаза Эвелин сузились. Глаза Лео — расширились. Тэмми знала, что оба поняли намёк.

Да, это было опасно. Но Тэмми чувствовала себя опасной. И ей было всё равно.

— Разумеется, — продолжила Эвелин холодно, не отрывая взгляд от кольца, — теперь, когда я вернулась… — она бросила взгляд на Лео, который не сводил глаз с руки Тэмми, — мы не можем дождаться свадьбы.

Нож вонзился в её живот. Конечно. Их брак был аннулирован, чтобы расчистить путь для Эвелин. Её человеческая сторона понимала: так было правильно. Но василиск внутри неё зарычал от ревности. Каспен снова сжал её ногу.

Он озвучил то, что думала Тэмми:

— Вы разве ещё не женаты?

Лео моргнул, словно очнувшись.

— Эвелин хочет свадьбу.

— Мы хотим свадьбу, — поправила его Эвелин. — Мы будем планировать её вместе. Я хочу, чтобы всё было идеально.

Тэмми уставилась на неё. Их королевства балансировали на грани войны… а она думала о свадьбе? Сейчас требовалась решительность. Единство. Чёткие действия. А не пиршества и торжества. Но, видимо, для Эвелин истинные заботы лежали в другом.

Голос Каспена прозвучал в её сознании:

То, что правильно для тебя и для меня — не обязательно правильно для них.

Тэмми закатила глаза.

Не притворяйся, будто это хоть немного логично.

Я и не говорил, что логично, — ответил Каспен спокойно. — Я сказал лишь, что они считают это правильным.

Это она считает.

Лео этого не хочет. Ты же видишь.

Лео — мужчина. Если он не согласен со своей женой, он должен сказать ей об этом сам.

Чёрт. Он был прав. Логично, холодно и болезненно прав. Как всегда. Этого ужина вообще не должно было быть.

К её удивлению, в её голову мягко просочилось его развлечение.

По-моему, всё идёт довольно неплохо.

Серьёзно?

Да. Я думал, что к этому моменту ты уже чем-то бы бросила.

Тэмми бросила на него взгляд. Он бросил в ответ.

И вдруг — он улыбнулся, наклонился и поцеловал её. На секунду мир исчез — остались только его губы. Коготь пульсировал мягко, наполняя её теплом. Эвелин громко прочистила горло. Они оторвались друг от друга неохотно — и Тэмми увидела выражение Лео. Гнев. Чистый, настоящий, ослепляющий гнев. Она едва не отпрянула.

Разум Каспена мгновенно сжал её сознание:

Он зол, Тэмми. Не вини его за это.

Почему ты вдруг играешь в миротворца? Ты слишком разумный сегодня. Мне это не нравится.

Он тихо усмехнулся.

Потому что мне выгодно, чтобы этот ужин прошёл хорошо.

Ну, пока что он проходит отвратительно.