Тайна призрачного доспеха - Елизавета Берестова

так много крови, а края раны запекутся, словно от невозможно сильного мороза. Нет, господин полковник, в Желудёвом замке мы стали невольными свидетелями хитрого преднамеренного убийства, которое совершенно естественно все приняли за убийство призрачного доспеха.

— Что ж, — снова чуть скривился коррехидор. Открываем дело об убийстве первой степени барона по брачному союзу Хаято Донгури.

Глава 5

Пятеро крепких подозреваемых

Вил взглянул на утомлённое личико чародейки (девушка так и не успела прилечь отдохнуть), и ему стало её жаль. «Какой толк от усталой сотрудницы, которая разве что носом не клюёт», — подумал коррехидор и решил отложить визит в Желудёвый замок на следующий день.

— Давайте-ка пообедаем, я не сомневаюсь, что у вас во рту не было и маковой росинки после чашки кофе, которую нам любезно налила камеристка леди Амиты.

Рика кивнула. Сейчас, когда отпустили профессиональный азарт и желание немедленно докопаться до истины, на неё накатила сильнейшая усталость. И, хотя девушка, действительно, ничего не ела со вчерашнего вечера, аппетита не было совершенно.

Для обеда Вилохэд выбрал отличную ресторацию в самом центре города. Из окон там открывался живописно-торжественный вид на серую громаду королевского замка, и, несмотря на то что заведение носило шуточное название «Пьяный посол», кухня у них была отменная.

Рика повертела в руках меню, где значились совершенно незнакомые ей названия вроде «бока ягнёнка под соусом гляссе» или «торпаччо из телятины», и положила красиво иллюстрированную картонку на стол.

— Закажите что-нибудь на свой вкус, — проговорила девушка, с удовольствием отпивая черничный глайс, — я ни капельки не хочу есть.

— Такое случается из-за сильной усталости, — ответил Вил, жестом подзывая официанта, одетого на западный континентальный манер, — как только у вас во рту окажется первый кусочек, сразу захотите.

Он перечислил названия, дополняя заказ пояснениями вроде: «К салату добавьте маленьких маринованных помидоров, порезанных на половинки, — или, — сильно охлаждать вино не нужно, но вот бокалы подержите на льду минут пять-семь».

Оказалось, четвёртый сын Дубового клана был совершенно и безоговорочно прав. Стоило чародейке прожевать первый кусочек аппетитно пахнущей румяной курицы, как девушку накрыл зверский голод. Вино из запотевшего от стояния на льду бокала тоже было к месту и оказалось выше всяких похвал.

— Теперь, когда я спокоен, что вам не грозит голодный обморок, — пришло время обсудить с вами убийство в Желудёвом замке.

— В этом убийстве слишком много странностей, — заметила чародейка, — пока главным виновником выступал призрак самурая Масы Донгури, всё отлично складывалось, всё объяснялось, было просто и ясно. Но теперь, — она с сожалением покачала головой, — перед нами встаёт слишком много противоречивых и неразрешимых вопросов. И не последний из них — запертая изнутри дверь кабинета. Для призрака, понятно, стены замка, замки и двери — не преграда, но с живым человеком всё иначе.

— Естественно, — коррехидор допил остатки вина и наполнил бокалы снова, — я прекрасно осознаю сложность ситуации. Знаете, чему меня научил Фибс? — совершенно неожиданно спросил он.

— Насколько я поняла из посещения резиденции Дубового клана в Кленфилде, сей достойный муж, интересующийся всякой паранормальщиной, совмещает обязанности вашего личного камердинера и дворецкого?

— А ещё он меня, можно сказать, вырастил. Прежде Фибс был военным, и по словам отца, нерядовым командиром, но был ранен и перешёл на мирную службу клану. Отец говорил, что капитан Джеймс Фибс — единственный, кому он может спокойно доверить своих сыновей. Одну из множества полезных истин, которыми Джеймс поделился со мной, я усвоил ещё лет в восемь-десять.

— И какова сия полезная истина? — спросила чародейка, которая не особо жаловала долгие подводки к полезной информации, которыми нередко грешил её начальник.

— Чтобы разобраться со сложной проблемой, её необходимо разбить на составные, более простые, вопросы, и тогда, решая каждый в отдельности, мы получим решение главной задачи.

Метод был хорош, и Рика кивнула в знак согласия.

— Я предлагаю начать не с того, как убийца проник, а, вернее, покинул запертый кабинет господина Донгури, — прищурился коррехидор, — давайте сначала определимся с подозреваемыми и мотивами. Я надеюсь, личность убийцы подскажет нам и решение загадки запертой двери.

— Сомневаюсь, что тут, в ресторации, за бокалом хорошего вина у нас получится умозрительно раскрыть преступление, — возразила Рика.

— Я и не замахивался на нечто подобное. Просто хотел предварительно обсудить факты и задаться классическим вопросом: «Кому это выгодно?»

— С теми, кто выигрывает от смерти господина Донгури проблем не будет, — чародейка хотела взять ещё одно замечательно вкусное бисквитное пирожное с апельсиновым джемом под слоем нежнейшей глазури из белого шоколада, но передумала, — выгоду получают все. Лично у меня в первых рядах подозреваемых числится Эма.

— Дочь?

— Именно. Избалованная, капризная девица явно не привыкла слышать слово «нет», — начала Рика, — да ещё она категорически настроена против брака с прыщавым отпрыском семейства Акомацу.

— Акомацу, Сосновый клан, — заметил Вилохэд со знанием дела, — были влиятельны при прошлом короле, а сейчас их клан влияние своё порядком подрастерял, но Сосновые всё ещё ого-го. Для Донгури породниться с ними — шаг наверх, и при том значительный. Эма — девица взбалмошная, — продолжал он, — и в переплёт угодила изрядный, но чтоб убить своего отца? Кстати, смертельный удар владельцу Желудёвого замка могла нанести женщина?

Рика без раздумий ответила:

— Вполне. Я в заключении прямо написала: «удар средней силы», кости позвоночника задеты, есть лопины, но они не разрублены и не раздроблены, как было бы при сильном ударе. А насчёт дочери Хаято, — девушка покачала головой, — вы хоть обратили внимание, КАКИЕ взгляды она бросала в вашу сторону?

— Нет, — с некоторой долей удивления проговорил Вил, — а она бросала?

— Ещё как бросала. И в этих взглядах сквозило страстное обещание.

— Бросьте, вы просто дразните меня.

— Ничуть не бывало. Странно, даже очень странно, что вы, сэр Вилохэд, не заметили этого девичьего внимания.

— Просто рослая девица находится ниже порога женской привлекательности, способной заинтересовать меня. К тому же то, с какой с лёгкостью она запрыгнула в постель учителя ваяния, тоже положительных очков ей не прибавляет, — закончил Вил.

— Понятно, — Рика решила замять тему эротического приключения Эмы и перейти к более конструктивному обсуждению возможного убийцы, — я понимаю ваши сомнения, но представьте себе избалованного человека, которому родительское