Стамбул — Москва. Я тебя не отпускал - Иман Кальби

Сейчас… Сейчас не хотелось с ним ругаться.

Я хотела сейчас одного- выдохнуть…

Меня все еще трясет от унижения и дикой ярости на бывшего муженька…

Он ведь и мое лицо.

Вот такого мужчину я выбрала.

Вот с таким бы ведь и дальше жила, если бы он сам не погулял с моей подругой на моей же постели… Купленной мною!

И я ведь уверена, что это Иришка его настропалила и сюда притащила! Уверена! В ее стиле вот такая мелочность!

Взгляд Серкана не светлеет.

Он делает ко мне шаг за шагом.

Пока я не оказываюсь у стены, непроизвольно отступая.

И моя, и его грудь высоко вздымаются.

Он смотрит мне в глаза и там все вопросы и ответы: получила? Этот тебя достоин, в отличие от меня? Он тебя не унижает, а я, значит, унижаю?

Губы начинают дрожать…

Если он сейчас начнет орать на меня или отчитывать, я точно разревусь.

И в этот момент он…

Резко притягивает меня к себе.

Порывисто обнимает

Почти до хруста костей.

Насыщенный запах мужчины вторгается в мое пространство. Обволакивает, успокаивает.

Я всхлипываю и сотрясаюсь в рыданиях.

— Испугалась что ли? — шепчет и гладит по волосам.

— Это слизняка? — шмыгаю носом, — вот еще… Просто… гадко… И стыдно… зачем тебе нужна такая, как я, а?

Поднимаю на него глаза, а сама его не вижу. Их застилает влага.

— Вот зачем: Ты видишь, какая я ничтожная?! Ты видел, как он со мной разговаривал?! Он изменил мне, Серкан! Нашел себе ту, кто лучше! Зачем ты тратишь свое время на меня?! Это просто глупость и помешательство, такое бывает! Гормоны играют! Поверь мне, отхлынет- и ты поймешь, что просто ошибался! Вот только… Я же, мать его, не железная… Я живая, настоящая, я могу привязываться… Я… Я не выдержу еще одной боли, слышишь? Не выдержу…

Правда рвется из меня почти кровавыми ошметками. Наверное, никогда бы в жизни я не призналась бы в том, что сейчас говорю, даже самой себе… А тут… тут просто одно наложилось на другое.

Серкан хватает мое лицо за скула и направляет на себя.

— Сюда посмотри, Оля. В глаза мне, — его голос сейчас с жутким акцентом. Он всегда так говорит, когда эмоционирует и волнуется.

— Никогда больше не смей такого говорить и уж ем более думать! Каждая женщина достойна! А такая, как ты, достойна лучшего! Он нашел себе равную, а не ты не достойна такого ничтожества! И нет, глупая ты русская женщина, если бы ты была не для меня, мое сердце бы так отчаянно к тебе не тянулось!

— Сердце? — переспрашиваю его испуганно. Это просто языковой барьер. Он не понимает, что говорит.

— Я люблю тебя, невыносимо упертая Ольга из Москвы, ради которой мне пришлось не просто сорваться и бросить все свои дела в Стамбуле и притащиться в Москву, но даже выкупить целую компанию, которая мне толком не нужна!

— Что… ты такое говоришь? — запинаюсь я, почти задыхаясь от его слов.

Он кривит лицо.

— Слишком много говорю! — огрызается и резко вжимает в меня свое до предела напряженное во всех местах тело.

Наши дыхания смешиваются и становятся слишком рваными и частыми.

Язык тела тоже выдает и предельную напряженность, и… возбуждение…

Теперь его захват на моем подбородке властный и страстный.

— Если бы не факт того, что в этой чертовой квартире дух твоего бывшего, я бы взял тебя прямо здесь, у стены…

От его слов по телу разряд тока. Хочется, чтобы он сделал то, что говорит…

Кусаю губу.

— Поехали, — тянет меня на выход, недовольно оглядывая мою фигуру в комбинации. Срывает с петли вешалки пальто, — надевай сверху!

— Дай я хотя бы оденусь!

— Не нужно… Куда мы едем, тебе не нужна одежда!

— Мы что, в баню?! — пытаюсь ворчать, но внутри такой задор, такие качели в плане эмоций, что аж колбасит.

— Угадала! Достойного хаммама я не нашел, но нашел прекрасный спа! Нам обоим давно пора выпустить пар, Ольга. Так что если ты сейчас начнешь сопротивляться и упираться, как обычно, я просто подниму тебя на руки- и все равно увезу…

30. Не бойся

Мы в раю. Ну, как минимум, место, куда привозит меня Серкан, заставляет самопроизвольно забыть о пережитом с утра позоре.

Идеальные ряды вековых сосен, потрясающей красоты здания из дерева с окнами от пола до потолка в два этажа.

Я словно бы попала в фильм «Сумерки», только это намного волнительнее, потому что рядом не холодный вампир, на роль которого был выбран актер не особо-то в моем вкуса, а…

Ну, сами знаете кто.

То и дело кидаю взгляд на его красивые руки, сжимающие руль.

Сегодня с нами нет водителя.

И Серкан упорно и бесстрашно осваивает местные дороги по навигатору.

Водитель он хороший, я знаю еще по Турции. И не только автомобиль, как мы помним, водит, но… все равно забавно, как он раздражается от то и дело появляющихся из ниоткуда знаков и полос на дорогах, переезд которые на десять сантиметров раньше безапелляционно падает жирным штрафом на плечи автомобилиста.

— Вот вы и в жизни такие. Всю себя обрисовали правилами- и мучаетесь, — бурчит он, а я невольно улыбаюсь.

Словно бы мы местами поменялись. Теперь он бука, а я забавляюсь.

Нет, конечно, это временно…

— А что, хаос и беспредел на дорогах лучше?

— Это называется адекватность и интуитивное вождение.

Я прыскаю, но тут же восклицаю, не в силах скрыть восторга от места, куда мы, наконец, въезжаем.

Встречают нас радушно. Я бы даже сказала, подозрительно вежливо, презентую, заискивая, чуть ли не приплясывая.

Именно это заставляет возникнуть отчаянной мысли, не прикупил он и этот спа-отельчик…

Отель… Да, господин Серкан все же слукавил… Это не просто спа, где можно отдохнуть. Предполагается, что мы будем с ним здесь… спать?

— Оля, — подзывает он меня к стойке, — какое давление массажа ты любишь? Я прописываю нам программу.

— Эээ… я давно не была на массаже. Не знаю. Легкую… Наверное.

Он оглядывает меня недовольно.

Кивает девушке.

Она улыбается нам в тридцать два зуба.

— Готова вас проводить.

Спустя три минуты на клаб каре мы оказываемся в удивительной красоты доме со своим внутренним двориком, выходящим на лес.

Я сначала про себя восторгаюсь наиуютнейшим холлом с камином, шкурами зверей и мягкими диванами, а потом вообще теряю дар речи, когда вижу бассейн в форме чана во дворе. От холодного воздуха ароматная травяная вода в нем