Услуга за услугу - Нат Челони

Мужчины сгрудились перед телевизором и устроили перепалку, споря о выступлении сборной Италии на предстоящем чемпионате мира.

— О, как я ненавижу футбол, — сказала она достаточно громко, чтобы произвести тот эффект, на который она нацеливалась. Все остановились и уставились на нее, оскорбленные.

— Ты шутишь, да? — возмущенно спросил ее дядя, опираясь рукой на трость.

— Неа.

— Вот почему ты до сих пор не замужем. — Марко потер костяшками пальцев ее голову.

— Эй, шут, — запротестовала Джулия. — Я только что уложила волосы.

— Извини, сестренка, но ты должна уже знать, что никогда нельзя говорить этого итальянскому парню, потому что ты уничтожишь все шансы с ним. — Он обнял ее за плечи, толкнув ее бедром.

Джулия нахально взглянула на него. — Кто сказал, что я ищу шансы с итальянскими парнями? — Она могла бы с тем же успехом дать ему пощечину; он выглядел таким оскорбленным.

— Как будто она ищет шанса с кем-то познакомиться, итальянцем или нет, — фыркнула ее мать, доставая стеклянную посуду из старинного викторианского винного шкафа.

Отец заговорщицки подмигнул Джулии. — Не слушай ее. Она в своей стихии.

— Твой муж — шовинист, — сказала Джулия своей невестке, которая помогала тетям накрывать на стол.

Ее невестка закатила глаза. — Экстренное сообщение.

Ужин был, как обычно, шумным. Все говорили одновременно. Ее тетя спрашивала у мамы о каких-то рецептах, ее невестка жаловалась на то, что Джина получает пригоршню в период полового созревания, а ее брат был занят спорами с Винсом. Их изменчивое взаимодействие не переставало удивлять Джулию. Чудо, что эти двое еще не поубивали друг друга. Они спорили обо всем: от системы правосудия до спорта и цветов.

— Никакого вина для тебя. — Ее мать выхватила бокал вина у ее отца. — Я не могу поверить этому человеку, — воскликнула она. — Сладости и вино при его диабете!

— Один бокал красного вина меня не убьет, дорогая, — умолял ее отец, и они начали перетягивать бокал. Конечно, победила ее мать.

— Хватит мной командовать! — пожаловался Антонио.

— Я сделаю это, когда ты перестанешь вести себя как ребенок! — поддразнила Виттория.

Слушая их сейчас, было трудно поверить, что они не были похожи на обычную семью. Легкие шутки ее родителей, взгляды и неосознанные прикосновения, которыми они обменивались, демонстрировали их любовь и уважение друг к другу. Они были счастливы в браке уже более тридцати пяти лет. Их брак действительно выдержал испытание временем. Джулия не могла вспомнить, чтобы была свидетельницей какой-либо злости или обиды между ними. Она никогда не слышала, чтобы ее отец когда-либо изменял ее матери, в то время как ее дядя всю свою жизнь менял любовниц, что привело к расколу между ним и ее тетей. Они были едва вежливы друг с другом.

Ее мама была умной женщиной, и она знала, чем ее муж и сын зарабатывают на жизнь. Как она могла это вынести?

Доменико Боначчи.

Джулия попробовала его имя на языке. Он был первым мужчиной за пять лет, который бросил вызов защитным барьерам эмоциональной самодостаточности, которые она возвела вокруг себя после исчезновения Риччи.

Прошло несколько дней с тех пор, как она видела его в последний раз, и каждый момент той последней встречи запечатлелся в ее памяти. Тот факт, что он не перестал посылать ей цветы, доказывал, что его интерес к ней не угас и что он не собирался ее бросать. В глубине души Джулия была рада этому. Она что, сошла с ума?

— Обычно они управляют похоронными бюро и цветочным бизнесом. Они идут рука об руку, но ты, конечно, все об этом знаешь, — ехидно заметил ей Сэм вскоре после того дня. — Ты совершаешь ошибку, связываясь с этим гангстером.

Он, должно быть, навел справки о Доме. Джулия хотела его поправить и послать к черту. Вместо этого она выпалила ледяной ответ: — Я ни с кем не связываюсь, но то, что я делаю в своей жизни, не твое дело, Сэм.

В офисе рядом с ним становилось все более неуютно. После его ревнивой вспышки он либо игнорировал ее, либо бросал в ее сторону колкости. Больше не было легкого взаимодействия между ними или обмена шутками. И были моменты, когда она ловила его взгляд с чем-то вроде обвинения в глазах, и это заставляло ее чувствовать себя виноватой, хотя она не должна была, потому что никогда не поощряла его. Вэл была права, в конце концов, и он действительно был больше, чем влюблен в нее.

— Почему желтые розы? — каждый день пыталась выведать у нее что-то Вэл. — И почему девяносто девять, а не, скажем, пятьдесят или сто? Между тобой и этим корпоративным гангстером есть какое-то специально закодированное сообщение?

Джулия не нашла ответа на этот вопрос, потому что понятия не имела, что для него означает эта цифра.

Мать пару раз ловила ее расфокусированный взгляд и материнским инстинктом чувствовала, что ее что-то беспокоит. Когда пришло время Джулии уходить и она рассталась со всеми, Виттория остановила ее в дверях.

— Что такое, дорогая? Что-то случилось?

— Ничего, — рассмеялась Джулия, отгоняя свое беспокойство, целуя свои флуоресцентные щеки. — Я в порядке. Может быть, немного устала, вот и все. — Она быстро спустилась по лестнице крыльца, по пути взъерошив волосы своей двоюродной сестры-близняшки.

Примерно через двадцать пять минут Джулия приехала в Boston Harbor Hotel и оставила машину у парковщика. Вэл ждала ее в вестибюле отеля в черном облегающем коктейльном платье с канареечными бриллиантами на шее и ушах.

— Ух ты. Ты выглядишь потрясающе, — похвалила Джулия.

Вэл вернула комплимент и добавила с болезненной гримасой: — Кажется, я купила не те туфли. Не думаю, что смогу продержаться в них больше часа. Как прошел ужин?

— Как обычно, громко, — сказала Джулия, и Вэл рассмеялась.

В комнате на пристани, где проводилась благотворительная акция, собралась целая толпа. Это был ужин-буфет, большинство людей стояли и двигались. В углу играло пианино, смесь классической и киномузыки, которую едва было слышно из-за шума. За тихими аукционными столами, расставленными в геометрической форме, было выставлено множество роскошных и дорогих вещей — от ювелирных изделий до картин. Ранее она и Вэл пожертвовали дорогие предметы домашнего декора и игрушки.

Организатор мероприятия от имени Martin & Co Foundation был первым знакомым лицом, которое они увидели при входе. Его звали Дейл Мартин, и он был другом и деловым партнером брата Вэл, который был за городом, отдыхал.

— Эй, потрясающие дамы. — Он тепло обнял Вэл и чмокнул Джулию в щеку. — Ты просто сногсшибательна.

Он был красивым мужчиной, высоким и статным, с непринужденной грацией и