Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Вероятно, зря.

Я погружаюсь в раскрытую передо мной Эстер вновь и вновь. Натягиваю цепи. Сжимаю и нежно ласкаю. Я буквально довожу мою девочку до беспамятства, наслаждаясь её прекрасными стонами. Заполняю собой. Когда руки Эстер безвольно повисают, а нога, отведённая назад, сгибается в колене, я понимаю, что на сегодня точно достаточно.

Чёрт… Я перегнул. Не сдержался.

Снимаю Эстер с цепей и несу в постель.

Достаю крем из аптечки и осторожно смазываю её лодыжки и запястья, пока она понемногу приходит в себя.

Эстер права, это было слишком.

— Прости. — говорю, рассматривая темнеющие следы на запястьях.

Эстер не отвечает. Она тянет меня к себе и целует. Плавно. Нежно. С любовью, которая исцеляет сердце.

Она мой свет.

Возможно, поэтому я так отчаянно тащу её в свою тёмную бездну.

31

Эстер

Я просыпаюсь рано утром от горячих поцелуев Хантера в его кровати. Потягиваюсь, ощущая, как тело приятно ноет после вчерашнего… представления, судя по всему.

Хантер действительно превратил меня в шедевр, и я не могу этому сопротивляться.

После того как он довёл меня до бесчувствия, мой сталкер внезапно стал до безумия нежным.

Крем, тёплая ночная ванна. Он заботился обо мне, даже если в этом не было особой необходимости.

Вся та боль, которую я ощущала, была… освобождающей. Словно телу это было необходимо.

Я не понимаю, насколько это правильно или неправильно… Но боль от растяжек, падений и ударов палкой тренера не сравнится с тем, что делал со мной Хантер.

Боль с ним ощущается глубоким наслаждением, пронизывающим всё тело насквозь. Приходится сжимать бёдра, потому что я чувствую желание, но сомневаюсь, что готова к новому раунду.

Поворачиваюсь лицом к Хантеру и внимательно всматриваюсь. Он подпирает голову ладонью и тоже принимается разглядывать меня.

Я еще не спрашивала Хантера о том, что его так взволновало после разговора с отцом, но это должно быть… чем-то ужасным. Стоит ли спросить?

— Хантер. — начинаю я, но теряюсь в его тёмных глазах. Сейчас я вижу в них тихую бездну, а не бушующую пучину, и не хочу омрачать утро, напоминая о чём-то… что может задеть за больное.

Если он захочет — сам расскажет. Я просто уверена, что это личное и как-то связано с его отцом.

— Как ты себя чувствуешь, Эстер? — Хантер ласкает костяшками пальцев мою шею, там, где у меня осталось достаточно засосов.

— Эээ… хорошо. — улыбаюсь я.

Он молча смотрит мне в глаза, будто пытаясь понять, не вру ли я. После этого опускает взгляд на мои запястья, на которых остались следы от цепей.

Они выглядят… устрашающе, но ощущаются приятным напоминанием о безмерном удовольствии, в котором Хантер меня вчера утопил.

— Я возьму в аптеке что-то другое. — он осторожно поглаживает пальцем оставшиеся отметины.

Поднимаю ладонь к его груди и медленно веду по тёмным линиям татуировок. Его тело напрягается.

— Эстер… — произносит он почти рыча, но не останавливает.

Хантер позволяет мне провести ниже, к его животу, приподнять простынь и увидеть его орган в полной готовности и опасно манящий пирсинг.

Глубоко вдыхаю и сглатываю, потому что не понимаю, как у этого человека может постоянно стоять. Однако при виде его члена я чувствую, как между ног становится влажно, а истерзанная плоть ноет, требуя почувствовать его в себе.

Ух…

Я превратилась в похотливую сучку.

Смущённо прикрываю Хантера простынёй, которая не способна скрыть внушительный орган. Кажется, она наоборот его… выделяет.

Келлер тяжело вдыхает и накрывает глаза ладонью, будто размышляя о чём-то важном. А возможно, он просто пытается уговорить свой член дать мне передышку.

Я потихоньку привстаю, намереваясь проскользнуть в ванну. Сегодня учебный день и судя по времени на часах, мне стоит поторопиться.

Я не успеваю подняться с кровати, потому что широкая рука Хантера обвивает мою талию и плотно притягивает к себе.

Вскоре я оказываюсь распластанной на простынях с нависающим надо мной Хантером. Он накидывает себе на плечо мою ногу и на этот раз входит медленно и осторожно.

— Я… буду нежен. — шепчет он, вдыхая мой стон.

Судя по всему, его член взял верх над разумом…

Прикусываю губу от наслаждения, которое растекается по всему телу.

Почему мне так хочется, чтобы Хантер меня уничтожил полностью? Взял до капли. И я хочу сама отдаться ему.

— Эстер… Ты просто… сводишь меня с ума, и я не могу остановиться. — Хантер действительно двигается размеренно и… осторожно. — Прости. — добавляет он. — Когда я говорил тебе о моей темноте, я не думал, что она станет настолько тобой одержима.

— Мне нравится. — стону я ему в губы, извиваясь.

Содрогаюсь, чувствуя, как сжимаются мои стенки, пока Хантер наполняет меня. Это ощущается чем-то диким… звериным.

Хантер остаётся в таком положении некоторое время, во мне. Целует в щёки и шею.

— Ты принимаешь противозачаточные? — внезапно спрашивает он.

Мой рот открывается от подобного вопроса, но из него не вылетает ни звука.

Чёрт. Я ничего не принимаю…

Нервно сглатываю и, очевидно, бледнею, потому что взгляд Хантера становится взволнованным.

Он, должно быть, переживает, что я могу забеременеть.

Боже… О чём я вообще думала?

Девственницы же обычно не беременеют?

Дура… Это же миф! Да и я уже больше не девственница.

Обречённо закрываю глаза, пытаясь найти оправдание собственной неосторожности. Вот что значит овуляция. Она заставляет забыть о средствах защиты.

Господи, я искренне надеюсь, что, если я забеременею и у меня родится дочь, она не будет настолько безрассудной.

Открываю глаза и встречаюсь взглядом с Хантером.

Отрицательно качаю головой.

Ладно…

Есть же ещё способы…

Я чувствую, как Хантер вдавливается в меня сильнее, будто заталкивая глубже своё семя. Он вновь ощущается твёрдым.

Он… издевается?

— А когда твой цикл? — Хантер продолжает удивлять своими вопросами.

Если бы я ещё его отсчитывала…

— Это… довольно интимная информация… — говорю я.

— Мы достаточно интимны, чтобы ты со мной ею поделилась. — произносит Хантер.

— Я не помню. — признаюсь человеку, которого впустила в свой дом всего несколько дней назад….даже не видя его лица и не зная кто он…

Стыдливо отвожу глаза и пытаюсь выбраться из-под Хантера, но он задерживает меня своими мощными руками, и придавливает к кровати.

— Эстер. Пообещай мне, что ничего не будешь принимать. — говорит он. — И что, если у тебя будет задержка… ты расскажешь мне об этом самому первому.

— Зачем? — пищу я испуганно.

— Затем, что я хочу посмотреть, как ты будешь выглядеть с животом, вынашивая нашего ребёнка.

Повисает пауза.