Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

искусства. Ты просто забываешь о том, насколько была непослушной во время танцев. Твоя педагог постоянно жаловалась на то, что ты делаешь всё наоборот, и пыталась тебя хоть чему-то научить. — тихо произносит мать, но в её голосе я не слышу ни раскаяния, ни сочувствия.

Перестаю дышать на несколько мгновений.

Больно.

Неприятно.

Мама всё ещё оправдывает педагога, некогда её подругу и тоже аристократку.

— А теперь меня учит он. — внезапно срывается с губ, и я усмехаюсь глупости сказанного.

Теперь я покорно принимаю всё, что хочет делать со мной Хантер Келлер.

Теперь он делает из меня шедевр.

И в неком смысле это тоже ради… искусства.

И мне это нравится.

Нравится то, что Хантер пробуждает во мне что-то новое.

Темноту.

Мою темноту.

Похоже, я схожу с ума. Зато набралась смелости для совершения новых ошибок.

Глаза мамы ещё больше округляются, а я с каким-то несвойственным спокойствием завожу машину и еду дальше.

— Он ничему хорошему тебя не научит, запомни, дочь. Он поиграет с тобой и забудет. — обещает она. — У таких людей нет благородства. Нет рода. Нет принципов и правил.

— Это уже не твоё дело. Я достаточно взрослая, чтобы самой решать. — говорю и чувствую, как внутри дрожит маленькая неуверенная девочка Эстер.

Я не могу понять — вру ли я или действительно выросла.

Вновь пауза. Мы подъезжаем к ресторану.

— Хорошо. — холодно произносит мать, когда я паркуюсь. — Ты права. Ты выросла. Можешь решать сама.

Внутренне я сжимаюсь, ощутив лёгкую насмешку в её словах. Она не верит в то, что говорит.

А я? Верю ли я сама себе?

— Мы просто хотим, чтобы ты была счастлива. — продолжает мама. — И будем делать для этого всё возможное.

Я киваю, смотря перед собой.

Нет, я не верю, что моя мама просто так сдалась.

Выхожу из машины и иду вместе с ней к ресторану.

Добравшись до нашего столика, я замечаю отца, мило общающегося с каким-то мужчиной в элегантном костюме, темноволосую женщину в тёмно-синем кашемировом платье и… Роба.

Он сидит за нашим столиком.

Напряжение внутри резко нарастает. Я улыбаюсь ему, но улыбка кажется мне самой неестественной. Я вру себе, притворяюсь. Я не рада этой встрече, потому что чувствую, как меня заманивают в какую-то ловушку.

— Привет, Эстер. — здоровается Роб и встаёт из-за стола. — Наши родители, оказывается, хорошо знакомы.

Он подходит ближе, чтобы поцеловать меня по-дружески в щёку, и я вижу, как за этим наблюдают наши родители. Примерно так смотрят на котов, когда их оставляют для случки.

Глубоко вдыхаю и сажусь на единственное свободное место рядом с Робом.

Подвох.

Здесь всё пропитано подвохом.

33

Хантер

Я не собирался встревать или портить семейный обед, а ещё не хотел палиться перед Эстер, что слежу за её местонахождением. Не то чтобы прямо слежу — просто успел скачать на её телефон приложение, которое может в любой момент показать, где она находится.

Я не собирался использовать его постоянно. Просто на всякий случай. Пока не буду уверен, что Эстер не сбежит.

Но когда мне написал Натан и сказал, что Эстер уехала с какой-то женщиной из универа, я сорвался.

Сначала подумал — что я идиот.

Ведь сказали, что она с женщиной, и, исходя из локализатора, остановилась в ресторане, хорошо мне известном.

Но что-то тревожило.

Наверное, то, что за всё утро я ей так и не написал. А точнее — меня с отцом настолько засосало в работу, что я успевал только грезить о нашей с Эстер скорейшей встрече и ждал момента, когда освобожусь.

Не выдержал. Ломанулся.

Но отец понял. Усмехнулся, а потом закашлялся, и от моего сердца оторвался ещё один маленький кусочек.

Сейчас я понимаю, что моё предчувствие не обманывало. Я уверенным шагом направляюсь к столику, за которым сидит Эстер со своей матерью и грёбаным идиотом Робом.

Твою мать.

Я в бешенстве.

То, что она так близко к этому парню, заставляет волосы на теле вставать дыбом. В ушах звенит её милый голос: «Привет, Роб». Они знают друг друга.

Она за него переживала. А теперь этот ублюдок вот так просто сидит с ней рядом и дышит её воздухом, наслаждается ароматом… Он смотрит на неё с приоткрытым ртом, любуется… Чёрт, нет. Он не должен даже смотреть в её сторону!

Когда Роб переводит свой тупой взгляд на меня, выражение его лица становится испуганным. Должно быть, у меня на лбу написано, что я больше всего хочу сделать. А именно — переломать каждую кость в его теле.

Вскоре каждый сидящий за столом обращает своё внимание на меня, но только Эстер облегчённо выдыхает, как будто ей было необходимо подышать мной, а не говнюком, приткнувшимся рядом с ней. Остальные напрягаются и с непониманием смотрят на то, как я беру стул с соседнего столика и нагло протискиваю его между Эстер и Робом. Последний в ужасе дёргается в сторону. Я спокойно помещаюсь между ними, потому что в этом ресторане оставляют довольно много места между клиентами.

— Привет, милая. — я склоняюсь к щеке Эстер и, целуя, сразу же обозначаю, кем являюсь.

— Привет. — отвечает мне она и находит мою ладонь под столом. Плотно стискивает, словно цепляясь в поиске поддержки.

— Простите, а вы кто? — морщит нос мужчина, сидящий рядом с матерью Эстер.

— Хантер Келлер. — уверенно отвечаю я. — А вы?

Челюсть мужчины заметно напрягается.

— Я её отец. — сдавленно выдаёт он, кивая в сторону Эстер, и я понимающе киваю. Что ж, я буду честен по крайней мере с собой — родители Эстер меня подбешивают настолько, что хочется немедленно спрятать её подальше от них.

— Келлер. — произносит другой мужчина задумчиво. — Это те самые Келлеры, что владеют сетью казино по всей Швейцарии?

— Именно. — отвечаю я, и мужчина улыбается.

— Альберт Туччи. — протягивает он мне руку и смеётся. — Много моих знакомых спустили целые состояния в ваших заведениях. Это моя жена, Фьоринда, и сын Роберт. Приятно познакомиться.

Я возвращаю улыбку Альберту и скрепляю знакомство рукопожатием.

Не удивлюсь, если следующим в очереди на расточительство семейных денег будет именно Роберт… если, конечно, доживёт.

— Простите, но я не помню, чтобы мы вас приглашали. По крайней мере, сегодня. — едким голосом вставляет мать Эстер. Я поворачиваюсь к ней и думаю несколько секунд, как ответить.

— Это вы меня извините. Я не успела предупредить, что пригласила на этот обед моего парня. — обращается к матери и ко всем Эстер.

Чёрт.

Я только что вновь в неё влюбился. Она назвала меня