Развод с генералом. Без вины виноватая - Кристина Юрьевна Юраш

— Шестьдесят девять. Семьдесят.

На следующем шаге тело качнулось вправо.

Меня обдало холодом.

Я увидела не холл.

Узкий коридор. Тёмную стену возле лица. Золотую пуговицу на сюртуке старого герцога. Моё безвольное тело соскользнуло у него на руках, когда он резко повернул.

— Стой! — закричала я.

Ассер мгновенно остановился.

— Что теперь? — спросил он с таким раздражением, что пальцы под моими коленями сжались.

— Он повернул, — выдохнула я, оглядываясь. — Здесь. Я помню, как меня качнуло. Он не пошёл к парадным дверям.

Муж посмотрел на прямую дорогу через холл, потом на боковой коридор.

— Разумеется, — произнёс он с горькой усмешкой. — Стоило пути снова привести нас к крыльцу, как обнаружился забытый поворот.

— Я не видела дорогу! — закричала я, чувствуя, как надежда смешивается с паникой. — Я была одурманена. Я вспоминаю сейчас, потому что ты несёшь меня так же!

Лицо Ассера застыло. Он посмотрел на мою руку, лежавшую у него на плече.

— Как же меня достала твоя ложь, — произнёс муж тихо.

Я почувствовала, как его грудь тяжело поднялась.

В этих словах было столько ярости, что я невольно убрала ладонь.

Ассер отвернулся к боковому коридору.

Глава 51

Глава 51

— В какую сторону? — спросил он.

— Направо, — ответила я, прижимая руку к животу. — Он повернул направо.

Муж свернул.

— Семьдесят один, — продолжила я дрожащим голосом. — Семьдесят два…

Мы прошли по узкой галерее и вышли к боковой лестнице. На девяностом шаге Ассер толкнул плечом дверь.

Холодный воздух коснулся лица.

Я судорожно вдохнула.

— Здесь мы вышли на улицу, — прошептала я. — Я помню холод.

— Или видите открытую дверь, — напомнил муж, продолжая идти.

Его слова больно царапнули, но я не стала спорить.

Сто двадцать.

Сто двадцать один.

За домом лежал старый сад. Голые ветви деревьев тянулись к серому небу. Где-то кричали птицы, под сапогами Ассера хрустел гравий.

Я считала.

На сто шестидесятом шаге в воздухе появился запах влажной земли.

На сто восьмидесятом к нему примешался другой аромат.

Сладкий. Тяжёлый. Тубероза. Желудок свело.

Я снова оказалась в темноте. Лежала на холодном каменном полу, прижимая язык к мокрой стене. Каждую ночь воздух становился густым от запаха цветов. Я задыхалась, кашляла и звала мужа, пока голос не исчез.

— Ассер… — позвала я, вцепляясь пальцами в его мундир. — Ты чувствуешь?

Он не ответил.

Но я увидела оранжерею.

Её стеклянная крыша блестела за деревьями.

— Двести один, — прошептала я. — Двести два…

Ассер шёл прямо к ней.

Чем ближе мы подходили, тем сильнее становился запах. Он забивал дыхание, лип к языку, возвращал холод каменного мешка.

— Двести пятнадцать.

Муж поднялся на каменную площадку перед оранжереей.

— Двести шестнадцать.

Ещё один шаг.

— Двести семнадцать.

Ассер остановился перед дверью.

— Двести восемнадцать, — выдохнула я.

Тишина.

Муж не двигался.

Я чувствовала, как быстро бьётся его сердце. Видела, как он смотрит на стеклянные стены оранжереи. На белые цветы за мутным стеклом. На каменное основание, под которым мы вчера искали вход.

Нас снова привело сюда.

Сначала запах.

Теперь шаги.

Ассер медленно опустил меня на ноги, но не сразу убрал руку с талии. Я качнулась, и его пальцы снова сжались, удерживая меня.

— Я не могла этого придумать, — прошептала я, глядя ему в лицо. — Я не знала расстояния. Не знала, сколько здесь твоих шагов.

В его глазах мелькнуло сомнение. Крошечное.

Настолько быстрое, что я могла бы не заметить. Но я заметила.

И впервые за всё время Ассер испугался. Не за меня. За то, что я могла говорить правду.

Муж убрал руку с моей талии и отступил.

— Вы уже решили, что находились под оранжереей, — произнёс он после долгой паузы. — Ваш разум привёл вас туда, куда вы хотели прийти.

— Мой разум не измерял расстояние! — возразила я, чувствуя, как от его упрямства снова начинает трясти. — Ты сам прошёл эти шаги!

Я повернулась к двери и схватилась за ручку.

Она не поддалась.

На металлических скобах висел новый тяжёлый замок.

— Почему здесь замок? — закричала я, дёргая дверь.

— Я приказал запереть оранжерею после вчерашнего обыска, — ответил Ассер. Он уже снова выглядел холодным и непроницаемым. — Полы повреждены. Внутри опасно.

— Открой её!

Глава 52

Глава 52

— Ключ у садовника, — произнёс муж и посмотрел на мои окровавленные туфли. — На сегодня достаточно.

— Недостаточно! — возразила я, вцепляясь в железную ручку. — Нам нужны старые планы. Всё, что касается оранжереи. Перестройки, тайные помещения, фундамент…

Ассер закрыл глаза.

Несколько секунд он стоял неподвижно, словно собирал последние силы, чтобы не закричать.

— Я выполнил вашу просьбу, — произнёс он наконец. — Прошёл двести восемнадцать шагов. Теперь выполните мою. Оставьте меня в покое.

— Но ты сам видел…

— Я видел, как женщина, которую я люблю, снова привела меня к месту, которое уже решила считать своей темницей, — перебил муж. Его голос оставался тихим, но на последнем слове дрогнул. — Возможно, завтра вы вспомните ещё что-нибудь. Послезавтра появится новая улика. И каждый раз вы будете требовать, чтобы я снова переживал всё сначала. А теперь просто оставьте меня в покое. Буду весьма признателен.

Он сделал шаг назад.

— Ассер, — позвала я, чувствуя, как вместе с ним уходит мой последний шанс.

Муж остановился, но не приблизился.

— Несколько часов, Эльсвита, — попросил он, не глядя на меня. — Подарите мне хотя бы несколько часов, в течение которых мне не придётся слушать ваши жалкие попытки оправдания. И ваши истории. Одна фантастичней другой. Все. Хватит. Надоело. Не трогай меня, Эльсвита. Или я просто сорвусь. И накричу на тебя. Я очень близок к этому. Давай не будем доводить до такого.

Он развернулся и быстрым шагом пошёл к дому.

Я смотрела ему вслед.

Чёрная фигура удалялась между деревьями. Широкие плечи оставались прямыми, шаги — уверенными. Только одна рука была сжата в кулак так сильно, что сквозь кожу перчатки проступили когти.

Ассер уже сделал несколько шагов, когда остановился и произнёс, не оборачиваясь:

— Я велел поверенному не возвращаться в столицу. Он ждёт