Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви - Эйси Джей Миллс

– Вот ты где! – встречает меня Маркус.

Его нос и щеки покраснели, но он улыбается.

– Слушай, я… Не смогу быть с тобой. Прости. Я должна была понять раньше.

Неожиданно для самой себя произношу эти слова и чувствую себя последней сволочью. Испортила парню праздник. Но ведь так лучше, чем обманывать его и давать ложную надежду.

– Я так и знал! – Маркус бьет ни в чем не повинный пьедестал памятника. – Не могла подождать до экзамена? Как мне теперь без тебя доделать проект?

При чем тут проект? Вроде бы он говорил… И все эти его намеки…

– Маркус, – хмурюсь я. – Это, вообще-то, индивидуальный проект.

Он закатывает глаза, заставляя меня раскрыть рот от удивления и осознания.

– Но ты же всегда помогаешь. – Маркус разводит руками. – Ты же вообще у нас добренькая.

Смотрю на парня, с которым встречалась два года, и понимаю, что все это время не знала его. А я еще испытывала вину за то, что сейчас решила ему отказать!

– Знаешь что? Иди ты к демонам!

Разворачиваюсь и ухожу. Маркус кричит что-то вслед, но я не слышу. Даже разозлиться на него нормально не могу. Потому что сильнее злюсь на себя.

Надо было остановить Эридана. Хотя бы просто… поговорить. Да, у него может быть другая, но я ведь даже не спросила об этом!

Я бесцельно бреду. Людей вокруг все больше, все веселятся и празднуют. От досады пинаю снег, собранный у края дороги. А когда он кончается, я понимаю, что пришла на набережную.

Лучше вернуться в общежитие.

Быстро спускаюсь по ступенькам, но, как назло, поскальзываюсь и чуть не падаю. Кто-то вовремя поддерживает сзади.

– Лиара? – слышу знакомый голос.

Оборачиваюсь и оказываюсь нос к носу с Эриданом. Он тяжело дышит, а волосы немного спутались от ветра. И… он один.

– А где твоя неугомонная леди?

– Получила свой подарок и ушла с бабушкой искать, где продают леденцы. Это моя сестра.

Несмотря на холод, чувствую, как жар разливается по щекам. Просто сестра!

– Лиара, я должен кое-что тебе сказать, пока ты не ушла опять… к нему. – Эридан поднимает руку, не давая мне возразить. – Два года назад я все откладывал. Хотел признаться после сдачи проекта и в итоге упустил тебя. И сейчас почти совершил ту же ошибку.

Я задерживаю дыхание, боясь поверить.

– Ли, я люблю тебя. И все это время не забывал. И даже если ты…

– Я тоже, – перебиваю я. – Помнила о тебе все это время, пыталась заглушить ненавистью чувства. Но давно влюбилась. И я только что бросила Маркуса.

Он замирает, словно не веря, а затем на его лице медленно расплывается широкая счастливая улыбка. Раздается первый залп королевского салюта. Разноцветные огни вспыхивают в ночном небе, отражаясь в глазах Эридана.

– Ли.

Миг – и расстояние между нами исчезает. Эридан уничтожает его, уводя меня с лестницы и крепко обнимая. Будто боится, что я передумаю и сбегу.

Эр переводит взгляд на мои губы и, повинуясь порыву, целует. Сначала осторожно и мягко, а потом жадно, словно все это время его мучила жажда. Я растворяюсь в ощущениях, вдыхаю морозный воздух, но чувствую жар. Салют громыхает в небе будто для нас двоих.

– С праздником, Лиара, – шепчет Эридан между поцелуями.

– С новым началом, Эрид, – отвечаю я.

Теперь я уверена, что мы никогда больше не позволим никому встать между нами. Потому что я знаю, что бы ни случилось, теперь мы не будем молчать и копить обиды, а поговорим и выслушаем. И поддержим друг друга на пути к мечте, так же как делали это два года назад.

Уголек под елочку

Лилия Альшер

Этому городу очень шла йольская суета. Рейвиль, еще недавно по-столичному строгий и холодно-каменный, наполнялся предчувствием праздника и запахами глинтвейна, имбирных пряников и корицы. Сугробы бережно укрывали мостовые и городские сады белым одеялом, закутывали дома по самые окна, а в фонтанах расцветали ледяные цветы, искрящиеся днем в свете солнца и вечером – в переливчатых фейских огнях. Омела, остролист и сочные еловые ветви украшали магазины и улицы, а в ярких витринах танцевали нарядные куклы и елочные игрушки в вихрях колдовского снегопада из мелких бумажных снежинок.

Всюду слышались смех, музыка, поздравления и пожелания, а еще треск магических хлопушек и фейерверков, расцвечивающих вечернее небо и затмевающих фонари. Проспекты ломились от прохожих, перед носом то и дело пробегали парочки, гуляющие от омелы до омелы, чтобы целоваться.

– Каждый год одно и то же! – проворчала Амариль, когда одна розовощекая парочка чуть не сбила ее с ног. – Что за дурацкая традиция – целоваться под омелой? Они в курсе, что добрая половина этих веток – искусственные? Да под этими пыльными метелками еще их прабабка стояла!

– Хоть сегодня не будь такой букой! – с улыбкой вздохнула Виолин. – Как равноденствие проведешь, так и год сложится. А еще ты получишь уголек вместо подарка.

– Я уже его получила, – кисло поделилась Амариль. – Размером с полено.

– М?

– Адам Шерл, – пояснила она и состроила недовольное лицо. – Представляешь, его старший брат имел наглость сделать предложение Эдиль, и теперь их семейка приглашена к нам сегодня на ночь равноденствия, чтобы духи рода благословили союз.

Амариль косо посмотрела на подругу, но та ни единым жестом не выдала, что вспоминает унизительный розыгрыш, который устроил мерзкий некромант в качестве посвящения в первокурсники.

Маги Смерти в Академии Морока все были с большим прибабахом, но некоторые умудрялись выделяться даже среди себе подобных. Например, Адам Шерл, приехавший учиться из Аркхента по обмену. Удивительно, но этот обмен возврату не подлежал, что бы ни творила его отбитая лопатой на всю голову компания.

В тот год, когда Амариль поступила, второй курс некромантов сговорился с параллельным потоком демонологов махнуться объектами травли. Расчет был на то, что первокурсники, наслушавшиеся баек о посвящениях, не будут ожидать подвоха от чужого факультета. Вот и она не ожидала, что симпатичный парень с эмблемой «смертников» на пиджаке и белой прядью в волосах, так элегантно приударивший за ней, в итоге пригласит ее на худшее свидание в жизни и окажется отвратительнее всей нежити вместе взятой! Наобещав показать самое романтичное место в Академии, Адам привел ее с повязкой на глазах на старое учебное кладбище, а потом отовсюду выскочили его однокурсники под иллюзией умертвий и…

Она передернула плечами. Гадкий смех парней будто до сих пор отдавался в ушах.

Амариль не стала это терпеть, а собрала остатки гордости и нажаловалась в деканат.