Богиня без титула - Рэнди Гарнер

Найя повернулась на бок. Мысли вновь унесли её к мирным минутам на балконе, когда она без тени сомнения сбросила броню и позволила себе расслабиться. Мягкий ветерок, драгоценные камни, рассыпанные по ночному небу, — и все это рядом с мужчиной, молча сидевшим бок о бок. Это была та самая тишина, которую не хотелось нарушать словами, наслаждение, которого она не испытывала уже давно.

Может, остаться ещё ненадолго…

Ты не можешь здесь оставаться.

Она перевернулась на спину и, глядя в сумеречную мглу, уставилась в потолок.

Ничего хорошего из этого не выйдет.

Лишь вопрос времени, когда её найдут. Напоминание о реальности вытеснило из вен всё тепло и надежду, заменив их льдом.

Ты должна найти Финниана.

Найя осторожно соскользнула с кровати и вытянула шею, заглядывая за книжный шкаф, чтобы удостовериться, что Ронин спит.

Одна его рука свесилась с края дивана, другая была наброшена на лицо.

Она на цыпочках обошла стеллаж и встала у изножья кровати, не сводя глаз как мерно вздымалась грудная клетка Ронина.

Голень врезалась в журнальный столик. Найя замерла. Ножка мебели скрипнула по паркету, и сердце подскочило к горлу, когда мышцу на бедре свело судорогой.

Пульс бешено колотился в висках; она повернула голову в сторону Ронина.

К счастью, он по-прежнему спал.

Она выдохнула и направилась к входной двери.

Я найду его. Она повторяла это заклинание, чтобы заглушить подступающую неуверенность в себе. Финниан где-то в городе. Они ближе друг к другу, чем были за последнее столетие.

Сама ты и пяти минут не продержишься.

Тело Найи сковало, рука судорожно сжалась на дверной ручке. В воображении возникла картина: она потерялась в глубоких, кишащих магами переулках Холлоу-Сити — и уверенность испарилась.

В сравнении с городом она была ничтожна. Если она выйдет одна, никто не даст гарантии, что она найдет Финниана, а при её «удачливости» она угодит в передрягу, с которой не справится. Город был полон магов, и одна мысль о встрече с кем-то из них леденила кости.

Ты бесполезна.

Она стиснула зубы, чувствуя, как к горлу подкатывает комок.

Ты ничего не можешь сделать сама.

Один неверный шаг — и она вернётся к началу. Лучше проявить терпение и следовать плану Ронина. Благотворительный вечер гарантированно приведет её туда же, где будет Финниан.

Найя опустила руку и застыла перед дверью, позволяя поражению завладеть собой.

Она не знала, как стать лучше, как избавиться от скверны, растущей внутри. Порой тяжесть этого груза была невыносимой, и сколько бы она ни мечтала однажды освободиться, этот образ оставался недостижимым — в него было ещё труднее поверить.

Найя притворилась спящей, когда ей на голову упало что-то мягкое и увесистое.

— Вставай и сияй. — Голос Ронина был слишком сонным, чтобы звучать бодро.

Она зашевелилась. Груда того, что казалось одеждой, соскользнула к ней на колени, когда она присела.

Она прищурилась, словно утренний свет, пробивавшийся сквозь окна, жёг ей глаза.

— Мне снился такой восхитительный сон. Там были багеты, масло, и тебя там не было.

— Полагаю, моя постель успешно излечила твою бессонницу. — Ронин скрылся за книжным шкафом, разделявшим комнату, и послышался звук шаркающих по полу тапочек, направляющихся к кухне.

Ей потребовалась секунда, чтобы вспомнить свою ложь о бессоннице.

— Я почти не сомкнула глаз из-за твоего устройства для болтовни, — парировала она. Он дважды вставал посреди ночи, чтобы отвечать на звонки на балконе. К счастью, это произошло уже после её попытки сбежать.

— Да, прости, — отозвался он под громкий лязг открывающихся и закрывающихся кухонных шкафов. — Владельцам бизнеса не положен отдых.

— В три часа ночи? — Найя опустила ноги на пол. Одежда рассыпалась по покрывалу. Она подняла чёрную футболку, изучая её.

— Прости за это. — Он снова появился из-за угла. — Нашёл тут старые вещи, которые носил, когда был моложе. Подумал, они будут тебе впору.

Найя обернулась к нему, но взгляд невольно приковала рельефность мышц на его бицепсах, напрягавшихся, пока он завязывал волосы.

Она ненавидела признаваться себе в этом, но волосы этого смертного выглядели привлекательно. В мыслях, к её стыду и невольному огорчению, возникли мечты о том, как она запускает пальцы в то, что, готова была поспорить, было мягкими, шелковистыми прядями.

Ронин одарил её не самой тонкой ухмылкой, заметив, как она пялится. Она поспешила перевести взгляд на его наряд. Она впервые присмотрелась, и теперь, когда задумалась об этом, поняла, что его неизменным выбором был чёрный цвет. Свободные брюки, облегающие его длинные ноги, мешковатая рубашка. Лишь ярко-бирюзовые тапочки с единорогами разбавляли этот чёрный монохром.

Найя провела пальцами по своим длинным серебристым волосам, улыбнувшись своим мыслям.

— Акане?

Ронин пошевелил пальцами ног в тапочках, опуская руки.

— Каждый год на Рождество. Одна пара для дома на острове, другая — сюда, в квартиру. У нас в культуре не принято ходить обутыми в помещении.

— Я знаю. Я прочитала массу книг и однажды наткнулась на эту информацию, — сказала Найя.

Она не знала, что более трогательно: то, что Акане заботилась о том, чтобы у него было полно тапочек, или то, что Ронин без жалоб носил этот легкомысленный дизайн. Как бы то ни было, это заставило её проникнуться к нему ещё большей симпатией, и она возненавидела себя за это.

— Почему ты носишь брюки — и к тому же чёрные, — когда снаружи температура невыносимая? — спросила она.

— Я мерзляк, вечно мерзну — даже в самый разгар лета. А ты? — Его глаза скользнули по её ногам, обтянутым легинсами, и остановились там, где подол его безразмерной рубашки касался бёдер.

Не зная, как справиться с потоком электричества, пробежавшим под кожей от того, как он на неё смотрел, она сосредоточилась на рубашке в куче вещёй на кровати.

Она подняла её, делая вид, что разглядывает.

— Жаростойкая.

— Я не об этом. — Он сел на кровать рядом с одеждой, вскинув подбородок. Коричневые крапинки в его глазах напоминали карамель, политую на растопленный шоколад. — Я о том, какая одежда тебе нравится?

Она опустила рубашку, но для успокоения продолжала сжимать её в руках. Нужно было чем-то занять себя или, если понадобится, отвлечь внимание.

— Почему ты спрашиваешь?

— У меня выходной, и я подумал, что тебе нужны вещи, если ты собираешься прожить у меня всю неделю.

Она долго закусывала губу, избегая его взгляда.

— Я не знаю, как ответить на этот вопрос.

Она никогда не задумывалась о том, что носит, кроме того, что презирала платья и предпочитала брюки. Ни стиля, ни