Богиня без титула - Рэнди Гарнер

Одна особенно привлекла её внимание. Татуировка, изображавшая женщину в позе, похожей на ту, что была снаружи у кафе мадам Мейв.

Он оценил Найю высокомерным блеском в глазах.

— Кто это у нас тут?

— Найя. — Она перенесла вес на одну ногу, чтобы лучше рассмотреть его татуировку.

— Приятно познакомиться, Найя. — Он потянулся к столу за напитком и сделал глоток. — Ты подруга Ронина или он подобрал тебя на Роузленд?

Потеряв из виду татуировку, она посмотрела ему в лицо. Рот приоткрылся, но она понятия не имела, как ответить. Что такое Роузленд? И почему это звучит так, будто он оскорбляет её?

— Да твою мать, Дамиан, обязательно быть таким невыносимым? — Ави потёр виски, напрягая при этом свои крупные бицепсы под пиджаком цвета пыльной розы.

— Успокойся, Авиэль. — Дамиан мотнул подбородком в сторону стакана Ави на столе. — Выпей.

— Не обращай на него внимания, Найя, — сказал Ави с раздражением. — Ему нравится вызывать у людей реакцию.

Вайолет подтянулась на спинке дивана, болтая короткими ногами. Хитрая усмешка подняла уголок её рта, в глазах появилось странное предвкушение, когда она перевела их на Ронина.

Он по-прежнему сохранял беззаботную ауру, но Найя видела, как ходят желваки. Он сделал глоток, сверкнув глазами на Дамиана поверх стакана.

— Я друг, — ответила Найя Дамиану. Она наклонила голову. — Что такое Роузленд?

С плутовской усмешкой он опустил стакан на колени.

— Роузленд — чудесная улица. Моя любимая, если честно. Думаю, ты нашла бы там немало дел… — Дамиан поморщился.

Его беззаботная манера сменилась напряжением, он схватился за голову, пролив часть напитка на свои брюки цвета хаки.

Найя ахнула и пододвинулась ближе.

— Ты в порядке?

Дамиан вяло отмахнулся, свесив голову от явной боли.

— Да. Зашибись.

Она выдохнула и вопросительно взглянула на остальных. Они никак не отреагировали на приступ Дамиана. Ави уставился себе на колени, делая вид, что собирает пух с брюк. Вайолет щелкала пальцами и притоптывала в такт джазовому ритму песни. Оба полностью игнорировали ситуацию, что показалось Найе подозрительным.

Она обернулась на Ронина, заметив робкие взгляды прохожих, направленные в его сторону. Она была полностью сосредоточена на паре у барной стойки, шептавшихся друг с другом и не сводивших с него глаз. Молодой человек, смешивавший напитки, отвёл взгляд, как только Найя встретилась с ним глазами.

— Дамиан в порядке, — заверил её Ронин. — Просто страдает от ужасных головных болей.

Он протянул руку, выражение его лица было таким же нейтральным, как обычно, несмотря на пристальные взгляды, которыми его одаривали в зале.

— Пойдем, подойдем ближе к группе.

Найя позволила ему взять себя за руку, всё ещё сбитая с толку тем, что произошло.

Уходя, она не удержалась и оглянулась на Дамиана, ссутулившегося на сиденье — его прежняя насмешливая самоуверенность исчезла, он массировал лоб большим и указательным пальцами.

Ави подмигнул и помахал рукой.

— Веселитесь!

У неё было сильное подозрение, что то, что произошло, — дело рук Ронина, но доказать это можно было, лишь спросив напрямую. Что она сделать не могла, учитывая, что практически взяла с него слово не задавать вопросов. И это была ещё одна причина, почему она не могла спросить, почему люди так смотрят на него — словно он может сойти с ума и разнести всё заведение в мгновение ока.

Ронин провел их через толпу. Дым курился в воздухе, оседая на волосах Найи, пока они пробирались сквозь слои травянистого, древесного запаха.

Чем ближе Ронин подводил её к сцене, тем более буйными становились окружающие. Незнакомцы толкали её, крутили руками, улыбки прыгали по их лицам, каждый танцевал под заразительный ритм песни.

Ронин слегка потянул её за собой, вывел вперёд и закружил в танце. Она мельком увидела искреннюю улыбку на его лице — обнажённые зубы, пухлые щеки, прищуренные глаза. Зрелище заставило её внутренности пульсировать, словно она проглотила дрожащий огонёк свечи.

Он отпустил её руку, и поток людей подхватил её. Тело двигалось по памяти, попадая в такт музыке. Смех вырывался из неё, когда она покачивала бёдрами и кружилась.

Даже если бы всё закончилось ужасно, этот момент стоил того.

Найя не знала, как долго она танцевала. Когда группа перешла к следующей песне, она почувствовала необходимость найти Ронина.

Он стоял сбоку от танцпола, скрестив руки на груди, с удовольствием наблюдая за ней издалека.

Она проскользнула сквозь толпу, чтобы добраться до него.

— Давай! — Она дёрнула его за рукав, рассмеявшись, когда он посмотрел на неё своим обычным непринуждённым видом, даже не пытаясь последовать за ней. Если бы только он знал, как легко она могла бы победить его упрямую силу и вытащить на танцпол вместе с собой. — Пожалуйста?

— Найя, я ненавижу танцевать, — отрезал он безэмоционально.

Дрожь пробежала по её груди, когда она услышала, как он называет её по имени.

Она притворилась обиженной, выпятив нижнюю губу.

— Ну же. Один танец.

Прошла долгая секунда, и суровая линия его губ смягчилась.

Он закатил глаза.

— Твою мать, ладно, но только один.

Она издала победный визг и потащила его на танцпол.

Когда Ронин спросил, какая музыка ей нравится, она вспомнила время, когда слушала радио, ещё тогда, когда они только были изобретены. Векс принёс его из Смертной Земли, и она нашла его одного в саду.

Это было доказательством того, как далеко она зашла. От попыток услышать музыку из кустов издалека до вращения под звуки, наполняющие её уши. Это было исполнением мечты — иметь кого-то, с кем можно поделиться таким сентиментальным моментом.

Ронин кружил её, спотыкаясь о её ноги. Глубокий, искренний смех выплескивался из неё, когда она брала инициативу на себя и учила его, как вращать бёдрами.

Глубокий гул тромбона, плавный ритм перкуссии резонировали в её крови.

Навеки маленький, яркий момент.

— Это наш пильзнер, — Вайолет постучала розовым лакированным ногтём по ламинированной наклейке над рычагом. — Самый ходовой, особенно во время бранча, потому что он лёгкий.

Найя подставила бокал пивоварни под кран. Нерешительно ухватившись за деревянный рычаг, она спросила:

— И нужно потянуть вниз, чтобы налить?

Вайолет широко улыбнулась и утвердительно кивнула:

— Ага! Именно так.

В понедельник в пивоварне было почти пусто, и только поэтому Найя набралась храбрости выйти из зоны комфорта и вызвалась помочь, когда на рассвете приехала сюда вместе с Ронином.

Сам он сослался на встречи. Всю дорогу он был вялым, едва проснувшимся и беспрестанно глушил кофе. Она не могла не заметить, как он