Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства - Ольга Иванова

– Я… я все видел, – сообщил он. – Ну, почти все. Я спрятался, когда милорд превратился обратно. Это было страшновато, скажу тебе! Даже голым он вселяет в меня ужас. Чего не скажешь о тебе. Ты его разглядывала!

– Перестань! Ничего такого не было. – Я попыталась спрятать смущение за возмущением. – Делать мне больше нечего, как рассматривать его. Я что, голых людей не видела?

– Создавалось впечатление, что нет, – хмыкнул Пончик. – Та Марго, что была до тебя, так не смотрела на него. Правда, он и не приходил к ней голым.

– Хочешь сказать… – Во мне отчаянно боролись неловкость и любопытство, и последнее победило. – Лорд Драконштайн не приходил к своей жене… ночью?

– С тех пор, как меня подарили Марго, точно нет, – ответил хорек. – Но Марго, кажется, не переживала по этому поводу. А еще я слышал, как служанки шептались, что у них была лишь одна первая брачная ночь и больше никаких любовных утех, от жены он не требовал супружеского долга… Уж насплетничались они тогда… И про него, и про нее… – Пончик фыркнул. – Но я не буду тебе передавать подробности.

– И не надо, – замотала головой я. Не хочу ничего знать. Вдруг правда окажется не самой приятной?

– Тогда, может, пойдем поедим? – предложил хорек. – Я жуть как проголодался. Надеюсь, милорд не съел весь мой сыр, пока был драконом. Надо проверить заначку. – И он первым полетел в кухню.

Я, нехотя поднявшись, направилась за ним. В душе и на сердце царило полное смятение.

Вскоре пришла Хлоя.

– Как у вас дела? Где лорд Драконштайн? – осторожно уточнила она, заглядывая в гостиную.

– Ночью он превратился обратно в самого себя, – ответил я, старательно отводя глаза. – Похоже, на наше счастье, те конфеты были ограниченного срока действия.

– Вот уж точно – на счастье! – девушка усмехнулась. – А я уже хотела предложить сходить к бабе Люсе за советом, но раз так…

– Хорошо, что нам не пришлось этого делать. – Я стала подготавливать ингредиенты для новой порции шоколада.

– А лорд Драконштайн что? Не очень злился? – Хлоя разделась и заняла место за прилавком, и теперь мы переговаривались с ней через ширму.

– Нет… Кажется, нет. – У меня запершило в горле. – Он быстро ушел. Спешил очень.

– Я бы сказал, что он сбежал, – вставил Пончик. – Потому что был гол…

– Голодным, – перебила я его. – Он был совсем голодным. – И припечатала Пончика взглядом.

– И я его понимаю, – с готовностью отозвался хорек и нагло взял из миски горсть орехов, давая мне понять, что это плата за молчание. – Я тоже, когда голодный, быстро летаю. За едой.

Прошло совсем немного времени с открытия лавки, как ее порог переступила незнакомка. Безупречное платье, высокомерная осанка, холодная, словно выточенная из мрамора, красота. От нее веяло дорогими духами и снежной свежестью.

Во мне сразу встрепенулась тревога: обычно после таких посетительниц жди беды. Уже связывались с одной такой дамочкой, Амелией Дрейк, и ее госпожой леди Ван дер Вудсен, и то, что случилось после этого, до сих пор свежо в моей памяти.

Даже Пончик, сидевший на прилавке, замер с полным ртом орехов, его шерстка встала дыбом.

Незнакомка окинула лавку взглядом, полным безмолвной критики, будто рассматривала коллекцию особенно неприятных насекомых. Она скользнула бледно-лиловыми глазами по полкам с товарами, на Хлою, затем на меня в запятнанном мукой и какао фартуке и чуть наморщила свой идеальный носик.

– Так вот оно какое, это… местечко, – процедил она. – Мне говорили, что здесь подают необычный шоколад. Мне нужно что-то, что способно растопить самое холодное сердце.

– Добро пожаловать! – громко произнесла Хлоя. – Что именно вам предложить? У нас есть трюфели, шоколад, пралине и даже карамель…

– Мне бы… чего-нибудь… легкого, – холодно перебила ее та. – Чтобы не оставлять следов на фигуре. Не все же могут позволить себе есть… все подряд.

Она хоть и не смотрела на меня, но я ощутила ее слова как удар ниже пояса.

– А еще, – продолжила незнакомка, – нечто с романтическим флером. Для подарка, я же сказала.

– У нас есть «Шоколад страстного томления» и «Трюфели искренней симпатии»… – с готовностью начала перечислять Хлоя.

– О нет, моя дорогая, – теперь голос незнакомки сочился сладким ядом. – Мне нужно нечто… более основательное. Видите ли, я леди Леонира де Силва, невеста лорда Драконштайна. Брак был договорен нашими почтенными семействами. Я хочу порадовать моего жениха чем-то изысканным. Он, знаете ли, после своего… недолгого и неудачного первого брака… заслуживает только самого лучшего.

Хлоя растерянно глянула на меня, я же на миг застыла, переваривая услышанное. Невеста. Договоренность. Недолгий и неудачный брак. К горлу стала подступать тошнота.

Звякнул колокольчик, сообщая о приходе нового покупателя. Я перевела взгляд за ширму и увидела лорда Драконштайна.

Он замер на пороге. Его взгляд мгновенно перескочил с холодного, как изваяние, профиля его невесты на меня. Воздух в лавке сгустился до состояния желе.

– Леди Леонира, – его голос стал напряженным. – Я не знал, что вы уже… знакомитесь с местными достопримечательностями.

Леонира повернулась к нему, и ее улыбка стала еще холоднее.

– Милорд, разве вы не хотели бы, чтобы я побыстрее прониклась духом ваших владений? И я даже начинаю понимать, почему вы не спешите обратно в поместье… Места здесь… действительно колоритные.

Взгляд Леониры скользнул по лицу Арриона, и в ее глазах мелькнуло нечто похожее на понимание, она даже прищурилась и чуть приподняла тонкую бровь. Потом она усмехнулась каким-то своим мыслям, плавно развернулась и двинулась было к выходу, но потом остановилась, еще раз скользнув взглядом по прилавку, Хлое и под конец по мне.

– Постарайтесь не слишком прикипать к этому месту, моя дорогая, – сказала Леонира мне. – Новый управляющий имениями моего жениха, несомненно, найдет ему более… достойное применение.

Леонира сделала паузу, затем продолжила:

– Как любопытно выходит… Насколько я знаю, милорд, вы всегда ценили изящные линии. В архитектуре, в клинках… в женщинах. – Ее глаза медленно пренебрежительно скользнули по моей фигуре. – Видимо, у каждого, даже у самого взыскательного, ценителя бывают свои… досадные увлечения простонародным колоритом… Увидимся за ужином, дорогой.