Нечистивый союз - Айви Дэвис

— Мне это не нравится. Но я не могу винить тебя за то, что ты хочешь счастья в жизни. Так что, пожалуйста, Сесилия, будь осторожна с Тео. Сальваторе готов убить его. Я видела ненависть на его лице, когда он смотрел на Тео.

— Он уже пытался его убить. Сальваторе послал тех людей за Тео, я знаю.

Она сжимает мои руки. — Тогда ещё больше причин быть осторожнее. Я знаю, это не та жизнь, которую ты хотела. Но твои старшие братья и сёстры выполнили свой долг перед этой семьёй, и теперь твоя очередь.

После этого я ухожу. Мама желает мне добра, но то, что она мне сказала, разрывает мне сердце. Я не могу быть с мужчиной, которого люблю, потому что мне приходится играть по правилам более сильных мужчин. Потому что эти мужчины получают то, что хотят. Это отвратительно и тошнотворно, вот что это такое.

В коридоре я встречаю Луку, и это выводит меня из оцепенения. — О. Что ты делаешь?

— Мне хотелось пить, — говорит он, почёсывая свои взъерошенные волосы. — Что ты делаешь?

— Я разговаривала с мамой.

Он пожимает плечами. — Круто.

Прежде чем он вернулся в свою комнату, я остановила его. — Эй, Лука. Как дела? Насчёт… Франко? Я знаю, что тебе было тяжело. Я была занята своими делами и давно не спрашивала.

Его лицо на мгновение мрачнеет. — Мне его не хватает. Но, кажется, после его смерти здесь стало жить счастливее. Мама тоже стала счастливее. Так что, наверное, это хорошо.

— Да, именно так, — тихо говорю я. — Просто помни, что мама рядом. Будь с ней добрее. Перестань влипать в неприятности.

— Я постараюсь. — Он возвращается в свою комнату, прежде чем я успеваю что-либо сказать.

Я пробираюсь в соседнюю комнату Люсии и вижу, как она крепко спит. Близнецы понятия не имеют, кто их настоящий отец, и если мама добьётся своего, они никогда не узнают. Если моя жизнь сейчас безумна, интересно, что будет с ними, когда они вырастут? За кого им придётся выйти замуж, чтобы исполнить свой долг перед семьёй? Узнают ли они когда-нибудь, что стали жертвами изнасилования?

Я спешу в свою комнату, так как наворачиваются слезы, и плачу, пока не усну.

На следующее утро, спустившись к завтраку, я вижу Тео на его обычном посту. — Тебе разве не пора отдыхать? — спрашиваю я. Мама занята приготовлением яиц Бенедикт и не замечает, как я разговариваю с Тео. Миа и близнецы всё ещё спят.

— Это моя работа. Там, где мне и положено быть, — он ещё больше понижает голос, добавляя: — И кроме того, я не хотел слишком долго тебя не видеть.

Я краснею. — Я тоже хотела тебя увидеть.

Мы улыбаемся друг другу, как два влюблённых дурачка-подростка. Только когда мама за моей спиной прочищает горло, я отступаю от Тео. Повернувшись к ней, я замечаю её неодобрительный взгляд. Она расставляет еду на столе с большим энтузиазмом, чем обычно. — Завтрак готов.

Я подавляю желание ещё раз взглянуть на Тео, садясь за стол. Когда близнецы садятся за стол, я вижу, что Лука изо всех сил старается не устраивать хаос, как обычно. Вот это прогресс.

Мы едим молча.

Когда мы заканчиваем, я предлагаю помыть посуду.

— Как так? — спрашивает мама, уже неся тарелки в раковину.

— Потому что тебе нужен перерыв, — говорю я ей. Потому что мне действительно хочется повидаться с Тео наедине.

Она переводит взгляд с Тео на меня. — Сесилия, — предупреждает она.

— Ничего. Я просто хочу помыть посуду. Это поможет мне отвлечься от мыслей о Сальваторе.

Она вздыхает и наконец кивает. — Хорошо. Было бы неплохо немного посидеть. Не задерживайся слишком долго. — Она идёт в гостиную, пока близнецы бегут наверх, а Миа остаётся сидеть с телефоном.

— Миа. — Она не поднимает глаз. — Миа, — говорю я громче.

— Что? — бормочет она, не отрывая глаз от телефона.

— Я помою посуду.

Она пожимает плечами. — Ну и что?

Мой взгляд падает на Тео, и я вижу, как он изо всех сил пытается сдержать улыбку. — Так ты можешь уйти?

— Зачем? Ты же просто посуду моешь, — отвечает она. — Я в телефоне. Никому не мешаю.

— Разве тебе не нужно было готовиться к экзамену на вождение? — спрашивает Тео, заставляя Мию наконец поднять взгляд. — Я только что вспомнил, что ты говорила о подготовке к нему.

Миа закатывает глаза. — Да. Ты прав. Нужно. Но кто вообще водит машину в Нью-Йорке? — ворчит она себе под нос, выходя из комнаты.

— Спасибо, — беззвучно говорю я Тео.

— Без проблем, — отвечает он, подмигивая. Мне приходится сдерживать себя, чтобы не завизжать от восторга, как идиотке.

Единственная проблема с моим планом остаться с Тео наедине заключается в том, что теперь мне придется мыть посуду.

Пока я работаю, я чувствую, как руки Тео касаются моих бёдер, от чего я так вздрагиваю, что роняю тарелку в раковину, и она трескается. — Чёрт возьми.

— Прости, — говорит Тео, его губы приближаются к моему уху. — Мне просто нужно было снова прикоснуться к тебе.

Я задыхаюсь и замираю. Неужели это происходит? Это происходит. Всё, о чём я когда-либо мечтала, вот-вот сбудется. Тео флиртует со мной. Тео прикасается ко мне. Это почти ошеломляет.

Я медленно поворачиваюсь к нему. — Ты хотел ко мне прикоснуться?

— Да, — он слегка улыбается. — Ты не представляешь, как долго я хотел прикоснуться к тебе. Целый год мне приходилось себя сдерживать.

— Год? Для меня это девять лет.

Он усмехается, наклоняясь и целуя меня. Я целую его в ответ, мои мыльные руки вцепляются в его рубашку. Тео, кажется, всё равно. Он целует меня только сильнее, прижимая к столешнице. Я не выключаю воду из раковины, чтобы мама не подумала, что это странно, когда всё затихает.

Губы Тео доминируют над моими. Твёрдые, но нежные. Сладкие, но страстные. От этого у меня кружится голова.

Я обнимаю его за шею, и он притягивает меня ближе. Не успеваю опомниться, как он поднимает меня и садит на стойку. — Тео? — шепчу я.

— С тобой все в порядке.

— Может, нам не стоит делать это с моей мамой в другой комнате?

В его глазах мелькает тёмный огонёк. — Нет. Нам не следует быть такими. Но мне всё равно. — Он целует меня крепко, и я теряюсь в этом. Всё вокруг начинает ускользать. Есть только Тео и я.

Он скользит руками мне на талию и сжимает, вызывая сильное возбуждение. Я никогда раньше не испытывала ничего