Ох уж эти иномиряне! - Юлия Викторовна Меллер

время, но его можно сократить, если чаще открывать порталы. Я поначалу думал, что всё это чушь! Но… — князь развёл руки, демонстрируя, что ошибся и признаёт свою неправоту.

— Верховные жрецы приняли очень ответственное решение за всех нас, — произнес Головин. — И что теперь? Жрецы больше не верят в насыщение эфира невидимой силой?

— Верят, — уклончиво протянул князь. — Верховные чувствуют происходящие изменения и фиксируют их, но благодаря экспедиции Орлова стало известно, что дивный дар можно получить, пройдя в портал и убив одну из тварей. Согласись, что это в корне меняет слова Великого. Он не мог об этом не знать, но молчал, предпочитая кормить жрецов крохами силы со своих рук и заставляя открывать порталы!

— Соглашусь.

Князь поднялся и, важно вышагивая по кабинету, произнёс:

— Мёртвый мир оказался к нам неприветлив и воздух там тяжёл. Но дары, которые нас там ждут, бесценны! Вот и я собираю отряд, чтобы пойти туда. Сомневался, конечно, но увидел тебя — и сомнения прочь! — Ошкин хлопнул по столу ладонью. — Хочу быть таким же молодым! — он улыбнулся, демонстрируя дружелюбно-шутливое настроение. — Как думаешь, получится у меня?

— У вас есть вся информация, так что не может не получиться, — осторожно ответил Головин.

— Верно. Я тут на досуге перечитал все твои старые записи насчёт Мёртвого мира и всю ночь читал последний твой доклад, но раз ты вернулся, то теперь всё проще. Пойдешь вместе со мной!

— Ваше сиятельство, раз надо, то пойду, — оправдал ожидания князя Всеволод.

— Вот и отлично! — Ошкин хлопнул советника по плечу.

— Только до ухода я хотел бы жениться, — твердо произнёс советник.

— Та-а-ак! — Ошкин был удивлён. — Ишь, шустрый какой! Не ожидал от тебя. На ком же? Хотя, погоди, дай я сам догадаюсь. Уж не та ли штучка иномирная тебя охомутала? — князь нахмурился, всем своим видом давая понять, что не одобряет выбора, но видя, что Головин упрямо поджал губы, вернулся к дружескому тону: — Так на что она тебе? Девица ж с тебя ростом! Ты у меня теперь красавец! Смотри, какой видный стал! Любая знатная девушка за тебя пойдёт. Сам сватом пойду! — воодушевленно закончил Ошкин.

— Угадали, ваше сиятельство. Моя избранница госпожа Образцова.

— Головин! Ты это брось! — князь всё ещё шутливо погрозил пальцем. — Или не услышал меня? — тон Ошкина предупреждающе похолодел.

— Услышал, но другой мне не надо, — Всеволод вытянулся в струнку и уставился в окно, стараясь не смотреть князю в глаза.

— Не надо, говоришь? — Ошкин нехорошо прищурился. — А то, что общество тебя осудит и тёплое место на службе попросит освободить, это тебя не пугает? — угрожающе предупредил он.

— Если вы поддержите, то не посмеют, — прямо и по мнению его сиятельства дерзко, ответил советник.

— Нет, не поддержу! — нахмурился князь. — Бери её в любовницы, а жену я тебе другую найду.

Его сиятельство изъявил свою волю прямо, твёрдо и без намёка на обсуждение. Он был уверен, что Головин понял его, но вдруг услышал:

— И всё же я настаиваю!

Князь открыл рот, чтобы повторить отказ, однако Всеволод чуть развернул корпус, поймал взгляд своего покровителя — и тот не смог произнести ни слова. У него потемнело в глазах, закружилась голова, а потом всё стало ясно — мысли упорядочились, и Ошкин добродушно произнёс:

— А почему бы и нет! Госпожа Образцова — видная женщина и к тебе ластится. Может, она и не мещанка вовсе. Анчутка знает, как там у иномирян устроено? Орлов уже всем доказал, что первостатейный болван, а запись о ней сделана с его слов.

— Все верно, ваше сиятельство, — кивнул Головин, не отрывая взгляда от князя. — А что насчет моего участия в походе?

— Ну какой поход, когда у тебя свадьба? Без тебя схожу, — отмахнулся Ошкин.

— Мудрое решение, — похвалил его советник.

— Что-то ты побледнел, Всеволод Аристархович. Иди домой, дорогой. Засиделись мы с тобой, а у меня много дел. Государственных! — князь многозначительно поднял вверх указательный палец, а потом шутливо указал на кубок со стоялым медом.

Головин тяжело поднялся, поклонился. Его взгляд упёрся в ту папку, которую утром забрал гонец. Всеволод взял ее, привычным движением пихнул под мышку и медленно вышел. Князь продолжал стоять и благожелательно улыбаться, а Головину казалось, что стены накренились и пол уходит из-под ног. Он рукой нащупал стену и, ориентируясь на неё, сделал шаг, другой.

Воздействовать на князя было трудно, но Всеволод пробился сквозь княжью волю. Теперь он знал разницу между открытостью, какой по отношению к нему была Ольга, и скрытностью.

Если бы Всеволод не ощутил истинное отношение к нему князя, то вряд ли он смог бы так хладнокровно воздействовать. Но оказалось, что за дружеской беседой князь прятал гнев за самовольный уход в Мёртвый мир. Он собирался наказать его, подставив в делах. Успешное возвращение лишь усилило княжье недовольство, а Всеволод осмелился просить одобрения на брак с Ольгой, вызвав чувство брезгливости.

Головин и раньше не обольщался княжьим расположением, но ему хватало логичности в поступках покровителя. А сейчас этого мало.

Он медленно спустился по роскошной лестнице, оглянулся и… мысленно попрощался с князем. Вернётся тот из похода или нет, Головину без разницы. Он теперь сам по себе! Главное, чтобы Олюшка не отказала ему от дома, узнав про потерю покровителя.

Глава 11. Разговор с Императором

Свежий воздух подействовал на Всеволода благотворно. Он сделал пару глубоких вдохов и твердым шагом дошел до ворот, игнорируя любопытные взгляды княжеской дворни. Им было удивительно, что секретарь не распорядился отвезти советника домой. Головину не было до них дела. Он был рад пройтись, но выйдя за ворота, досадливо поморщился. Давно не чищенная дорожка для пешеходов представляла собой грязную ледяную кашу, прерывающуюся глубокими лужами, которые было невозможно миновать, не замочив ноги.

Всеволод огляделся, надеясь увидеть извозчика и его взгляд уткнулся в силуэт служебной закрытой коляски. В тот же миг открылась дверца и из нее легко соскочил офицер из «Ока Империи».

— Действительный статский советник Головин? — сухо спросил он, исполняя формальность.

Головин сквозь зубы вдохнул-выдохнул, пытаясь понять, по чьей воле за ним прибыли и почему так официально. Вариантов было несколько, но Всеволод решил положиться на свои ощущения. От офицера веяло деловитой собранностью, любопытством и симпатией. Головин даже смутился, поняв, что представитель «Ока» впечатлён его физической формой.

— Да, — с запозданием ответил Всеволод, крепче прижимая к себе папку. — Чем могу быть полезен?

— С вами хотят поговорить, — туманно ответил офицер.

Головин задержался с ответом на несколько секунд, пытаясь понять, по чьей воле действует офицер