Виновница торжества - Анастасия Чехова

Дойдя до главных дверей, Кристиан наконец аккуратно опустил меня на землю, но руки с талии убрал не сразу, будто не хотел отпускать. Мы сделали глубокий вдох-выдох и вошли в холл с идеально прямой осанкой — два абсолютно трезвых, интеллигентных человека.

«Оскар нам в карманы», — мысленно усмехнулась я.

В лифте мы выдохнули одновременно и рассмеялись — тихо, но заразительно. Кристиан облокотился спиной о стену, держась за перила обеими руками, я повторила за ним. Зеркальные стены отражали нас со всех сторон: он — высокий, расслабленный, с растрёпанной прядью на лбу, я — в чёрном платье, с распущенными волосами и горящими щеками.

— Всё-таки мои ноги сказали мне «до свидания», — улыбнулась я, перекатываясь с пятки на носок.

— Знаю, — он посмотрел на меня с тёплой, чуть пьяной улыбкой. — Но почему-то прямую ты это не говоришь.

— Стараюсь быть сильной, — я подняла руку и шутливо показала «бицепс» размером с грецкий орех.

Кристиан рассмеялся — низко, искренне, от чего внутри всё перевернулось. Потом оттолкнулся от стены и медленно пошёл ко мне — шаг, ещё шаг, пока не оказался совсем близко. Лифт ехал медленно, будто специально.

— Думаю, тебе незачем быть такой сильной, — тихо сказал он, беря меня за подбородок большим и указательным пальцами, поднимая моё лицо к своему. — Когда рядом я.

Его взгляд был тёплым, но в нём уже горело что-то другое — глубокое, опасное. Дыхание сбилось. В лифте стало невыносимо тесно и жарко.

Он облокотился одной рукой о стену над моей головой, вторую медленно опустил на моё плечо — кончики пальцев скользнули по обнажённой коже, оставляя за собой дорожку огня. Мурашки побежали по рукам, по спине, вниз живота. Я невольно выдохнула — прерывисто, тихо.

Кристиан не отрывал глаз. Он смотрел так, будто видел меня впервые: медленно, жадно, по миллиметру — от губ к шее, к ключицам, к кружеву корсета, где грудь вздымалась от каждого вдоха. Его большой палец провёл по моей нижней губе — едва касаясь, но от этого прикосновения внутри всё сжалось так сильно, что я чуть не застонала.

— Лэйн... — прошептал он, и это было почти признанием.

Лифт тихо звякнул — наш этаж.

Двери открылись.

Но мы не двинулись с места.

Он медленно взял меня за руку и повёл в наши апартаменты — его пальцы переплелись с моими, тёплые и уверенные, отчего по коже пробежала лёгкая дрожь. Я шла за ним без сопротивления, чувствуя, как каждый шаг приближает нас к чему-то неизбежному, интимному. Кристиан открыл дверь, галантно пропустил меня вперёд, а сам зашёл следом и повесил на ручку табличку «Не беспокоить» — тихий щелчок, и мир снаружи исчез.

Я, не медля, скинула туфли — боже, как это было приятно, ступни наконец освободились от каблуков, и холодный мрамор пола в прихожей ласкал кожу, как шёлк. Я размяла пальцы ног, выгнувшись слегка, и в этот момент он подошёл сзади — незаметно, как тень. Его руки легли на мои плечи, большие и тёплые, а губы коснулись шеи — мягко, чувственно, оставляя влажный след поцелуев от мочки уха вниз, к ключице.

— Ты такая нежная и хрупкая, — прошептал он у самого уха, его дыхание обожгло кожу, а руки скользнули ниже, на талию, прижимая меня ближе к его телу.

Я закрыла глаза, чувствуя, как мурашки бегут по спине, а внутри всё сжимается от нарастающего жара. Я была готова сдаться, накинуться на него, но хотелось узнать Кристиана в этом плане побольше — его нежность, его контроль.

— Даже не сопротивляешься, — прошептал он, губы перешли на плечи, покусывая кожу едва ощутимо.

— Мы оба этого хотим... не вижу причин сопротивле... нию, — сбилась я, когда его рука спустилась ниже, скользнув под платье и коснувшись лона через тонкое кружево трусиков. — Ммм...

Стон вырвался сам — тихий, но полный желания. Его пальцы нежно массировали клитор, размазывая уже выступившую влагу, заставляя тело выгибаться навстречу.

— Как красиво ты стонешь, — прошептал он, вторая рука скользнула под корсет, обхватив грудь и кружа вокруг соска, который мгновенно отозвался, затвердев под его прикосновением.

Кристиан развернул меня к себе и впился в губы — поцелуй был глубоким, жадным, его язык сплёлся с моим, исследуя, пробуя на вкус. Рука на шее держала меня крепко, но нежно, а вторая продолжала ласкать между ног — пальцы скользнули под трусики, войдя в меня слегка, заставляя влагу сочиться обильнее, а дыхание сбиваться в хрип. Поцелуй набирал страсть, наши тела прижались плотнее, и я почувствовала его возбуждение — твёрдое, горячее, упирающееся в мой живот.

Он оторвался, посмотрел в глаза — его зрачки расширились, полные голода: — Ты правда готова?

— По-моему, тут всё понятно, — подмигнула я, голос дрожал от желания.

Кристиан запустил пальцы в мои волосы, сжал их слегка, притягивая ближе, и поцеловал настойчивее — губы требовали, язык танцевал. Потом подхватил меня на руки — легко, как перышко, — я обвила его талию ногами, прижимаясь лоном к его бедру, чувствуя, как трусики намокают ещё сильнее. Он нёс меня к кровати, не отрываясь от поцелуя, и я чувствовала каждый его шаг — вибрацию тела, тепло, силу.

Дойдя до кровати, он опустил меня на мягкое покрывало, сел на колени у края и начал целовать мои ножки — начиная с пальчиков, каждый медленно облизывая, посасывая, поднимаясь выше по икре, к колену, к бедру. Это было так приятно, так интимно — мурашки покрыли кожу, тело выгнулось, а внутри всё пульсировало от предвкушения. Я закусила губу, глядя, как его губы скользят по моей коже, оставляя влажные следы, и прошептала его имя — тихо, умоляюще.

Но в этот раз мне захотелось взять всю инициативу на себя — поблагодарить его за каждое прикосновение, за каждое слово, за эту нежность, которая разливалась во мне, как тёплое вино. Я мягко перевернула его на спину, прижимаясь всем телом, и начала целовать подбородок — медленно, ласково, проводя губами по щетине, которая слегка покалывала кожу. Его дыхание участилось, а я спускалась ниже, расстёгивая пуговицы дорогой рубашки одну за одной, открывая его тело — рельефное, сильное, с чёткими линиями пресса, которые я так давно рисовала в воображении. Внизу живота вспыхнуло желание, жаркое и сладкое, заставляя меня трепетать. Я целовала каждый кубик, каждый изгиб — губами, кончиком языка, чувствуя, как его кожа нагревается под моими прикосновениями, как мускулы напрягаются от ласки.

Дойдя до ремня, я потянулась расстегнуть его, но он перехватил мою руку —