Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я - Виолетта Вейл

Бран не прыгнул следом. Он схватил швартовый конец и затянул его вокруг столба. Баржу развернуло течением, борт ударился о причал. Остен потерял опору и повис над водой.

Грузчик наступил ему на пальцы.

— На моей соли не бегают, — сообщил он.

Приставы вытащили Остена на доски и надели наручники. Бран показал ордер и записал время задержания.

В сумке нашли деньги, три пустых бланка выездных документов и билет до прибрежного порта. Оружия не было. Обыск одежды провел городской пристав при двух свидетелях.

— Я не преступник, — повторял Остен. — Я служащий Палаты и имею неприкосновенность по государственному делу.

— Вы не Первый хранитель, — сказала я. — Личной неприкосновенности у вас нет.

Он узнал меня и замолчал.

Баржа не входила в область ордера. Несмотря на попытку Остена подняться на борт, мы не получили права обыскивать груз. Пристав опросил владельца соли и капитана судна. Оба подтвердили, что пассажир купил место утром под именем Мар Ост, а корзину передал грузчик из формы «Северного щита».

— Корзина уже на пристани, — сказал капитан. — Мы ее не приняли без досмотра соли.

Белье и серый мундир находились в открытом месте задержания, поэтому пристав внес их в опись. В подкладке мундира нашли зашитый пропуск в Палату. На нем Остен значился сопровождающим аварийных ремонтных материалов и имел право входа ночью.

— Почему пропуск не в вашей сумке? — спросила я.

Он снова потребовал защитника.

Правильный вопрос пришлось отложить до суда. До приезда экипажа Бран опечатал вещи и передал их городскому приставу. Он не использовал собственную печать даже на упаковке. Ее след уже появлялся на поддельном приказе, и любое новое применение давало защите возможность смешать документы.

— Непривычно? — спросила я.

— Очень, — ответил он. — Раньше я считал, что личная печать означает ответственность.

— Означает.

— Но не доказывает, что действие совершил я.

Бран проследил, как пристав завязывает пакет двумя разными нитями.

— Когда вернут мою печать, изменю порядок. Каждый оттиск будет получать номер второго журнала.

— Это добавит работы.

— Меньше, чем погоня за приказом с моим именем.

По дороге в суд Рейнар спросил, почему мы не задержали баржу до полного обыска.

— Потому что груз принадлежит людям, не связанным с Остеном, — ответил пристав. — Для остановки торговли нужен отдельный риск уничтожения улик.

— Он пытался бежать на этом судне.

— И задержан до посадки. Если появится свидетель о переданном грузе, запрошу новый ордер.

Король явно считал ограничение неудобным. Но не приказал закрыть порт. Через час баржа ушла по расписанию, а капитан оставил суду адрес следующей стоянки на случай нового постановления.

Допрос проходил в открытом суде. Ада сидела во главе стола. Рейнар наблюдал как сторона дела, Северин прислал другого представителя Палаты. Остен потребовал защитника и получил его до первого вопроса.

— Почему вы пытались покинуть Вард? — спросила я.

— Я получил отпуск.

— Письменное разрешение?

— Осталось в канцелярии.

— В северной канцелярии сообщили, что вы запросили срочный пропуск без отпускной записи.

— Регистратор ошибся.

— А затем вы бросили экипаж и пошли к грузовой пристани.

Защитник поднял руку.

— Мой подзащитный не обязан объяснять выбор транспорта.

— Не обязан. Перейдем к документам.

Я положила перед Остеном заверенные копии. Его подпись стояла на допуске Эрика, приеме корпуса матрицы и приказе о повторной кровной точке Элины.

— Все три подписи ваши?

— Похожи.

— Вы отказываетесь подтвердить?

Остен дождался едва заметного кивка защитника.

— Подтверждаю. Это были служебные действия.

— Вместе с корпусом вы передали Эрику трубку С-12. Что было внутри?

— Учебная вкладка.

— Из какого металла?

— Темный коронный сплав. Так было написано в описи.

— Учебные образцы коронного сплава имеют сквозной номер. В вашей описи номера нет.

— Я получил трубку закрытой.

— От кого?

— Из личного шкафа первого хранителя. По его устному распоряжению.

Остен не признал, что знал происхождение вкладки. Зато подтвердил путь металла, которого не было в мастерской Эрика.

— Где находится Эрик Рорн?

— Не знаю.

— Когда видели его последний раз?

— В Палате. Он пришел осмотреть поврежденный корпус.

— В журнале его вход не закрыт.

— Ошибка регистратора.

— Шесть пропущенных минут тоже ошибка?

Остен перестал смотреть на меня.

Сана разложила копии журнала. На боковой шкале отсутствовали два трехминутных оттиска. По записям внешнего каталога в это время она принимала пожарный отчет в другом зале. Ответственным за внутренний вход значился Остен.

— В двадцать два часа семнадцать минут вы получили ключ, — сказала Сана. — В двадцать два часа двадцать три минуты вернули. Следующую запись передвинули на двадцать два часа двадцать шесть минут.

— Я не вел часы.

— Вы расписались рядом.

— Мне дали готовую строку.

— Кто?

— Дежурный хранитель.

— Тот, который исчез после пожара?

Остен облизнул сухие губы.

— Я хочу защиту.

Его представитель наклонился к нему, но Остен отстранился.

— Какую? — спросила Ада.

— От Палаты. От частной охраны. Я скажу, что было в те шесть минут.

— Суд может обеспечить место содержания и закрыть ваши перемещения. Освобождения от ответственности заранее не будет.

— Тогда зачем мне говорить?

— Потому что попытка изменить показания позже ухудшит ваше положение. Сотрудничество суд учтет, но приговор зависит от того, что вы сделали.

Остен покосился на представителя Северина. Тот сохранял спокойствие и что-то записывал.

— Его уберите, — сказал Остен.

— Палата является стороной дела, — возразил представитель.

— А свидетель заявил об угрозе со стороны Палаты, — ответила Ада. — Вы получите протокол после заседания. Сейчас выйдите.

Когда дверь закрылась, Остен заговорил.

В ночь проверки Северин вызвал его в личный кабинет и передал допуск на имя Эрика. По этому документу в закрытый зал внесли папку, якобы оставленную гравером. Остен открыл внутреннюю дверь и остановил часы регистрационной шкалы. Северин вошел сам.

— Что было в папке? — спросила я.

— Новый лист договора.

— Вы видели текст?

— Нет. Только заголовок и печати по краю.

— Что сделал Северин?

— Снял контрольный экземпляр со стола. Вынул средний лист и положил другой. Старый забрал.

— Вы понимали, что текст меняют после подписей?

— Мне сказали, что исправляют ошибку