Сделай мне красиво! - Дина Зарубина

Ха! Про скуку – это не к Черноморду. Убедившись, что морская болезнь меня обошла, он составил план занятий и требовал его неукоснительного соблюдения. Отдых в кают-компании и болтовня не для меня!

Гулять по палубе было позволено только в те часы, когда я не мешала команде, так что даже свежего, восхитительно соленого ветра мне доставалось совсем немного утром и вечером. Не круизный лайнер, военное судно. Стражники вообще в гамаках в трюме спят, а мне помощник капитана уступил свою каюту на время путешествия. Большую часть времени я читала, забравшись с ногами на койку.

Практическое руководство по бытовой магии я вызубрила наизусть. В теории плетений разбиралась медленно и мучительно, постоянно дергая Черноморда. Но в теории магический зверек тоже был не силен. Пришлось отложить зубодробительный учебник на потом. Зато бестиарий пошел на ура, там были подробнейшие цветные картинки и крайне любопытные сведения о всех видах исчезнувших и ныне встречающихся гадов, хищников, летучих и ползучих, а также водоплавающих. Бестиария хватило на пять дней, «Травника Бренны» на четыре, остальное время я изучала крайне любопытный труд по законами и правилам королевства. Издан он был в это царствование, так что информацию содержал вполне актуальную.

С борта «Молнии» я сходила чуть пошатываясь, слегка похудевшей, но обогащенной новыми знаниями. Столица, трепещи, я иду!

Покачнулась и чуть не свалилась в воду. Меня поддержал магистр. Все плавание не приставал, видела я его только за трапезами, а тут опять активировался!

– Нам нужно поговорить, – шепнул он.

– Да, конечно.

Мы отошли в сторону. Мимо нас выводили истомившихся за долгий путь коней.

– Боюсь, что я встречен буду епископом не слишком ласково, и отсвет недружелюбия падет и на тебя. Будь крайне осторожна, никому не верь на слово, мы едем не в гости. Епископское подворье, как королевский двор, место интриг, сплетен и борьбы за власть.

– А конкретное что-то скажете? Кого именно опасаться или чего?

– Я провел в провинции пять лет. Многое изменилось. Бывшие друзья стали врагами, мне самому необходимо разобраться. Но Лотта, тебе я не враг и готов помочь во всеми трудностями и сложностями.

Дядя тоже так говорил и обещал намного больше. Я кивнула, показывая, что магистра услышала.

– Вы… ты мне очень дорога, Лотта, – вдруг выдохнул магистр. – Не хотелось бы, чтоб случилось что-то плохое.

Я вытаращила глаза. Что?

– Я не должен был этого говорить, но я помню тебя еще с Ринги, когда ты кинулась мне под ноги, убегая от тетки.

Я совершенно не помнила этого момента и считала его несущественным в жизни Лотты. Нахмурилась. А-а, так именно после этого тетка меня в монастырь и спровадила! Магистра она боялась до судорог. Да его все боялись! В Ринге, в монастыре, все встречные на дороге. Я почему-то не находила страха в душе Лотты. Восхищение и любование, нежный трепет… ой-ой-ой! Неужели? Бедная девочка! Хуже объекта для воздыханий не придумаешь!

Вот почему при виде магистра у меня в желудке все переворачивалось! Я списывала на гастрит. А это тело Лотты реагировало! Вот уж некстати! Хотя внешне, признаю, магистр очень даже ничего. Харизматичный, мужественный. Имя красивое, как хруст льдинок в бокале. Кристобаль. Просто не в моем вкусе, но тут не угадаешь, иной раз такое чучело к сердцу пристанет, что все ахнут. А этот совсем не чучело. Красавец, можно сказать. Но фанатик. А от фанатиков всегда лучше подальше быть.

– Обещаю, что буду осторожна.

Теперь я вдвойне буду осторожней! Втройне! Юное тело гормонами так может накрыть, что никаких волевых усилий не хватит обуздать это буйство. Тело-то новенькое, молоденькое, оно просто рвется и жаждет глупостей наделать. Например, сейчас ему хочется прижаться к магистру и вдыхать запах его плаща. Даже пальцы дрожат и ротик трогательно приоткрылся.

Тьфу! И как я раньше не заметила ненужной слабости? Лотта влюблена в магистра? Да тут таких мужественных мужиков десять на десяток! Потому что пиво не пьют и задницы в офисных креслах и машинах не просиживают! Слюни подбери, рясу закапаешь! Мало мне внешних врагов, мне еще и с собой придется бороться, с глупыми желаниями молодого тела.

Весело будет! Уже попу припекает!

Глава 16

«Казарма», – вот что пришло в голову при виде епископского подворья. Военный городок и казармы. Только готические, вытянутые вверх и с заостренными окнами. Голый мощеный двор, голые кирпичные стены, узкие окна и высокие крыши. Стены, стены, стены. Неуютненько.

Еще подумалось, что епископ очень боится за свою жизнь.

Сначала мы проехали в один двор, там магистра заставили ждать почти четверть часа, пока караульный бегал докладывать. Начальник караула устроил форменный допрос, осмотрел каждого стражника, прикладывая артефакт к руке каждого. На меня смотрел с явным отвращением. Но пропустил.

Во внутреннем дворе люди в темной униформе забрали лошадей, там же остались стражи. Мы с магистром пешком прошли дальше. Еще одни ворота, еще один начальник, еще один досмотр, проверка артефактом и требование сдать оружие.

– С каких пор магистров ордена досматривают, как преступников?

Ему даже ответить не удосужились. Мне показалось, что магистр сильно пожалел, что приехал. Он был совершенно прав, его тут не ждали и вовсе не обрадовались.

– Девушку следует поселить рядом со мной.

– А может, вам номер для новобрачных выделить? Вы Цитадель с постоялым двором перепутали, магистр? – Очень тихо и невыразительно спросил проверяющий. Затем пощелкал пальцами, подзывая слуг. – Магистра в гостевые покои, синий коридор. Девушку на нижний ярус, левое крыло.

Кристобаль скрежетнул зубами. Раньше в Сердце Ордена было полно женщин, боевых сестер. Обучение равно давалось и мужчинам, и женщинам. Что случилось за пять лет?

Впрочем, ему отвели неплохие комнаты, с небольшой прихожей, кабинетом и спальней. Принесли горячей воды, полотенца, ужин.

– Его Преосвященству доложили о моем приезде? Он меня примет?

– Властитель примет вас завтра. Я провожу вас к аудиенции, – поклонился служка.

– Я беспокоюсь, как разместили девушку, что приехала со мной.

– Узнаю и доложу вам, – снова поклонился прислужник.

Через полчаса он вернулся и сообщил, что гостья цитадели устроена, всем довольна и молится.

Я не молилась. Я призывала землетрясение и наводнение на эту обитель. В крайнем случае – ма-аленькую молнию! Шаровую! Размером с карьерный самосвал. Я ощутила себя призывником, проходящим медкомиссию в космические войска. Или сразу в космодесант.

Сначала меня допрашивал какой-то носатый хмырь в рясе. Кто я, откуда, цель визита. Затем второй хмырь бегал вокруг меня с разными артефактами, под хихиканье невидимого Черноморда. Потом в соседней комнате две