Дело 13. Проклятая ассистентка - Аманда Бард

— Не... не стоит благодарности, — пробормотала она, снова прячась за меню. — Просто... рабочий ужин. С элементом шантажа.

Он тихо рассмеялся.

— Самый приятный шантаж в моей жизни, должен признать. — Он помолчал, глядя на игру света в её волосах. — Знаешь, я уже и не помню, когда последний раз просто... сидел. Без необходимости кого-то выслеживать, от кого-то убегать или что-то кому-то доказывать.

В этот момент вернулась Хана с подносом, на котором стояли два бокала с дымящимся фиолетовым напитком и несколько изысканно украшенных закусок.

— Вам понравится, клянусь своим хвостом! — прощебетала она, расставляя всё на столе. — Никаких скрытых условий, только вкус и наслаждение!

И снова они остались одни. Кассиан взял свой бокал, повращал его в руке.

— За что бы мы выпили? За успешную операцию по поимке строптивого охотника?

Маша встретила его взгляд. Шутка отступала, уступая место чему-то настоящему. Она взяла свой бокал.

— Нет. За... доверие.

Он на секунду замер, затем кивнул, и их бокалы тихо встретились в полумраке с чистым, хрустальным звоном, который, казалось, на мгновение отогнал всю жуть окружающего мира. И в этот миг Маша поняла, что никакая информация, которую она могла бы здесь получить, не стоила и доли этого простого, тихого звука.

Глава 30

Тишину их уединённого уголка нарушил лёгкий шелест. Хана появилась как из-под земли, неся два блюда, от которых исходил божественный аромат.

— Для леди, — с лёгким поклоном она поставила перед Машей тарелку, где нежнейшее филе какой-то местной рыбы, покрытое хрустящей золотистой корочкой, лежало на подушке из пюре цвета лаванды, с каплями изумрудного масла. — И для джентльмена... что-то посерьёзнее.

Перед Кассианом она с торжествующим видом поставила блюдо с тушёным мясом, которое буквально таяло на глазах, источая аромат диких трав, тёмного эля и древесного дыма. На гарнир — грубые, румяные лепёшки и маринованные грибочки, похожие на крошечные чернильные колпачки.

— Без сюрпризов? — с притворной суровостью спросил Кассиан, подозрительно ковыряя мясо вилкой.

— Клянусь честью кицунэ! — Хана прижала руку к груди. — Только лучшие продукты и моё личное очарование. Никакой магии, кроме кулинарной! Наслаждайтесь!

Она снова исчезла, оставив их наедине с пиршеством. Кассиан, после секундного колебания, отломил кусок лепёшки, зачерпнул ею соус и отправил в рот. Его брови поползли вверх от удивления.

— Чёрт возьми, — выдохнул он, сглатывая. — Это... невероятно.

Маша, попробовав свою рыбу, поняла, что он не преувеличивал. Это был вкус, который невозможно было описать — просто гармония, тающая на языке.

— Я же говорила, что у неё талант, — улыбнулась Маша.

— Талант — это слабо сказано. Это оружие массового поражения, — он снова принялся за еду, и Маша с удивлением заметила, что он ест без привычной спешки, смакуя каждый кусок. — Если бы она захотела завоевать мир через кухню, у неё бы уже давно получилось.

Они ели несколько минут в комфортном молчании, прерываемом лишь тихой музыкой, что лилась откуда-то свысока. Напряжение первых минут постепенно растворялось в тёплой, расслабленной атмосфере. Кассиан отпил из своего бокала и посмотрел на Машу задумчивым, немного отстранённым взглядом.

— Знаешь, — начал он тихо, — я тут подумал. Мы столько времени говорим о моём мире, о его опасностях, о твоём проклятии... А о твоём мире я почти ничего не знаю. Каков он? Тот, откуда ты пришла?

Вопрос застал Машу врасплох. Она отложила вилку, глядя на мерцающие в бокале блики.

— Он... другой. Совсем. — она с лёгкой улыбкой покачала головой. — Там нет сирен в салонах красоты, нет охотников на нечисть и нет машин, которые рычат, как звери. Там есть... офисы. Пробки. Кофе навынос. И серое небо, но не из-за туч, а из-за смога.

— Офисы? — Кассиан нахмурился, явно пытаясь представить. — Это что-то вроде канцелярии при магистрате, где пишут доносы друг на друга?

Маша рассмеялась.

— Ну, примерно. Только вместо доносов — отчёты. Много-много скучных отчётов. И начальник, который вечно не в духе. Почти как ты, — она подмигнула ему. — Но без риска быть съеденным за опоздание.

Он фыркнул, но в его глазах плескалось любопытство.

— А что там... приятного? Кроме отсутствия риска быть съеденным.

— Простые вещи, — задумчиво сказала Маша. — Утренний кофе. Прогулка в парке, где поют обычные птицы. Шум дождя за окном. Фильмы по телевизору. Запах свежескошенной травы. Бабушкин пирог с яблоками... — её голос дрогнул на последних словах, и она потупила взгляд.

Кассиан наблюдал за ней, и его выражение лица стало мягче.

— Звучит... мирно.

— Иногда слишком мирно, — призналась она. — Иногда так хотелось чего-то... большего. Как в бабушкиных сказках. — Горькая ирония этой фразы висела в воздухе.

Он помолчал, давая ей собраться с мыслями.

— А ты хотела бы вернуться? — спросил он наконец, и его голос был лишён всякой насмешки. Это был честный, прямой вопрос. — Когда всё это закончится. Когда мы снимем проклятие. Ты вернёшься в свой мир с офисами и... кофе навынос?

Маша подняла на него глаза. Она видела в его взгляде не просто любопытство. Там была какая-то иная, напряжённая нота. Почти что... надежда на отрицательный ответ.

Мысль о возвращении, которая раньше казалась единственным светом в конце тоннеля, теперь вдруг потеряла свою былую яркость. Она представила свою старую квартиру, пустую и тихую. Свой старый офис, свою старую жизнь. И затем она посмотрела на него — на этого колючего, сложного, невыносимого и самого настоящего человека из плоти и крови, который сидел напротив.

— Я не знаю, — тихо и честно ответила она. — Раньше я была уверена, что да. Но теперь... Теперь здесь есть вещи, которые... которые я, возможно, не хочу оставлять.

Она не назвала эти «вещи» по имени, но они оба знали, о чём речь. Воздух между ними снова сгустился, наполнившись невысказанным.

В этот момент с очередным блюдом — лёгким десертом из засахаренных цветов и воздушного мусса — появилась Хана. Её зоркие глаза мгновенно оценили атмосферу за столом, и на её мордочке расцвела довольная, понимающая улыбка.

— Всё хорошо? — прощебетала она, расставляя тарелки. — Я вижу, вы находите общий язык. И не только за столом.

— Хана... — с лёгким предупреждением в голосе начал Кассиан, но без привычной раздражённости.

— Ладно, ладно, я уже ухожу! — она подняла ручки в жесте капитуляции. — Просто наслаждайтесь. И помните, — она снова подмигнула Маше, на этот раз уже не скрываясь, — лучшие сделки часто заключаются не на бумаге.

С этими словами она снова скрылась за занавесом.

Кассиан покачал головой, глядя ей вслед.

— Неутомимая.

— Но её десерт выглядит потрясающе, — Маша, стараясь вернуть лёгкость, взяла свою ложку. — Думаешь, в нём есть скрытый смысл?

— В Ульгаррате во