Хищная кровь - Наталья Ростова

— То, что сегодня они ближе, чем вчера.

Сердце Ульва жгло огнем и обливалось кровью. Конечно, он тоже видел, какими взглядами обменивается его родной брат с девушкой, к которой он неравнодушен многие годы. Но угроза, нависшая над ее жизнью, не позволяла ему отступить.

— Альрик приехал утром с отрядом. За несколько часов они не успели бы так сблизиться. Тем более, у ее двери стоит стража.

— … которая сообщила, что Далия всю ночь провела в омывальне. Явилась только утром.

Ульв сжал челюсть, на скулах заиграли желваки. Он холодно посмотрел на мать.

— Как бы то ни было — это всего лишь догадки. После прыжка все станет предельно ясно. Пока ни он, ни она не озвучили своих намерений, будем считать, что, вернувшись из Артеги со второй серьгой, Далия примет мое предложение и станет моей женой.

— Я согласна, сын мой, — в глазах Свеи блеснуло сочувствие. — Как только Далия примет твое предложение, а Ханна выйдет замуж за Альрика, ей нечего будет опасаться. Альрик, сын мой! Подойдите!

Альрик подошел к матери, ведя на поводу коня Далии. Она хотела спешиться, чтобы поклониться королеве, но та сделала знак рукой.

— Дорогая Далия, для церемоний нет времени. Утро в разгаре! Ты взяла на себя ответственную миссию и подарила надежду Варгавии на былое величие! Ты — гордость своего отца, нашего славного верного друга Ярогона! И так же, как и он, не побоялась встать на защиту своего народа! За эти полгода ты стала нам невероятно дорога. Благодарю за то, что согласилась выполнить мою просьбу. Надеюсь, ты и впредь будешь так же внимательна к предложениям королевской крови! Остался последний шаг, вернее прыжок через неприступную пропасть! Иди же и принеси серьгу! Да хранят тебя боги! Вся Варгавия молится за тебя!

— Благодарю, Ваше Величество! Я вас не подведу! — Далия склонила голову и приложила руку к груди. Через минуту она вместе с Ульвом уже покидала Ратный Двор.

— Я не заметила тебя сегодня в отряде, Альрик, — улыбнулась королева, когда тот седлал лошадь. — Ты вернулся раньше?

— Немногим и сразу пошел спать. Устал с дороги, — он вскочил на коня.

— Ханна была с тобой?

— Я уже взрослый, мама. За мной не нужно присматривать, — в его глазах блеснул насмешливый огонек. — Ханна вернется со вторым отрядом и приедет к Разлому позже, если понадобится ее помощь. А сейчас, извини, я должен спешить!

Он дал знак отряду, и воины друг за другом покинули ристалище.

— Как бы Ханне самой не понадобилась помощь, — прошептала королева и направилась в Чертог.

Свея обожала своих детей. Альрик и Ульв, такие непохожие внешне и по характеру, равномерно делили ее сердце. Альрик — первенец, живой, веселый, вспыльчивый, смелый, всегда рискующий, открытый. Он так напоминал своего отца Рига! В Альрике было столько кипучей энергии, что каждый, кто находился рядом, заряжался его жизнелюбием. Он все делал по максимуму: радовался, злился, любил, ненавидел, дрался. Если он выбрал эту девочку — то пойдет до конца. И никакой закон не станет ему преградой.

Как и Ульв, который уже с ранних лет мог любого подчинить своей воле. Спокойный, замкнутый, очень проницательный. Он словно видел, чувствовал слабые места окружающих его людей и умело пользовался ими, преследуя необходимые цели. Ульв — ее продолжение. Бесстрашный в бою, осторожный в чувствах и словах. Если он решился соединить свою судьбу с Далией, то никто не займет ее место. Ульв сделает все, чтобы сохранить ей жизнь. Так же, как и сама Свея, когда избавилась от Каллы ради своей любви. Ульв играет тонко, нельзя допустить, чтобы он начал действовать сейчас. Там, где Альрик машет мечом, Ульву достаточно всего нескольких слов, чтобы переломить ситуацию.

«Одним ударом двоих, самых близких! Очень опасно. Такая любовь не доводит до добра. Здесь всегда есть проигравший. А смерть там, где потеря. От девчонки нужно срочно избавиться, пока не стало слишком поздно. Пусть принесет сережку, а там поглядим, как лучше это сделать. Уже слишком рискованно. Проклятый Рунольв! Если бы серьги не исчезли тогда…»

Свея нахмурилась и налила бокал вина. Из окна Тронного Зала был виден отряд, черной тонкой лентой исчезающий в степи.

* * *

День пути, и ближе к полуночи отряд подъехал к роще у Великого Разлома. Вдали виднелось зарево от огненных вспышек, и поднимались клубы горячего пара. Как вообще можно такое перепрыгнуть?

Оставив отряд с лошадьми в степи, Альрик, Ульв и Далия пробрались сквозь заросли к самому краю. Тишина и темнота. Противоположный берег виднелся лишь во время фонтана огня, изливающегося из недр пропасти.

— Нужно посчитать сколько у нас времени между вспышками, — прошептала Далия, лежа на животе между Альриком и Ульвом.

— Ты ведь не собираешься прыгать прямо сейчас? — Альрик незаметно сжал ее руку.

— Прямо сейчас — нет. Посчитаем вспышки, отдохнем. На рассвете посмотрим, нет ли движения на другом берегу. Тогда и прыгну.

— Ты спи, Далия, мы все сделаем. Тебе нужно набраться сил, — предложил Ульв.

— Отдохнуть бы не мешало. — Она вынула из рюкзака коричневое пончо и закуталась в него с головой, наблюдая за огненными факелами. Пока что было сложно определить, как часто и из каких мест они бьют, но со временем стала вырисовываться некая траектория, где вспышек было совсем мало, и они были небольшими. Такими, что, даже попав в одну из них, можно было остаться невредимым.

— Возьмем левее, там безопаснее, — прошептал Ульв. Альрик молчал. Он всей душой ненавидел Разлом, серьги, законы Варгавии и стихийно поддавался приступам ярости. Вот и сейчас он нахмурился, помрачнел и изредка скрипел зубами.

— Да, как только рассветет, проверим берег, и можно будет прыгать, — Далия зевнула и посильнее укуталась в плед. — Я вздремну минуточку…

— Спи, Далия, — в один голос прошептали братья.

Альрик вновь сжал ее ладонь под пледом и одними губами произнес: «Я люблю тебя».

Прохладное туманное утро. Далия открыла глаза. Ульв спал, прислонившись спиной к небольшому деревцу. Альрик сопел рядом, положив руку ей на плечо. Далия улыбнулась, поцеловала и убрала его ладонь. Достала биноклиус и внимательно оглядела противоположный берег. Никого. Она убрала плед и биноклиус в рюкзак, встала, крепче затянула его на спине и, потянувшись, исчезла в зарослях.

«Ни к чему нам эти долгие прощания, Альрик, любовь моя. И с тобой, Ульв, родная душа, расстанемся без прелюдий», — решила она про себя и вышла в степь. Махнула рукой часовому из отряда, взяла разгон и стрелой полетела к Разлому.

Проснувшись, не обнаружив Далии, Ульв вскочил на