Хищная кровь - Наталья Ростова

— Я тоже, Альрик, я тоже…

* * *

— Она расстроилась, точно расстроилась! — Ульв мерил шагами комнату. — Нужно было подождать… Не так. Я все испортил! А как правильно?

Впервые у него не было четкой картины, ясной последовательности действий. Все, что он говорил, казалось надуманным, преувеличенным, несерьезным. Как можно сохранить холодный расчет, когда с одной стороны любимой угрожала смертельная опасность не только во время прыжка, но и после него! А с другой — ревность и страх отказа кромсали ему сердце? Сила, терпение, холодный расчет. Он всегда был на шаг впереди, но в эту минуту двадцатилетняя деревенская девчонка одним жестом вышибала его из игры.

Как он сможет противостоять матери, когда сам находится в полном смятении? Что решит Далия? Сможет забыть о своих чувствах к его брату и переключиться на него? И как ему жить, если нет? Как ему ее защитить, если нет?

Ульв сел к огню и обхватил голову руками. Он обязательно найдет ответы. Чувство, испепеляющее его сейчас, подскажет верное решение.

* * *

Странный год. Этой зимой, в отличие от обычных зим Варгавии, снег пролежал всего неделю, потом быстро растаял, щедро напоив землю водой. Почва оживала, наливалась соком. Солнечный свет пробуждал ростки, и степь незаметно покрылась зеленой порослью. Наступала весна, становилось тепло и сухо, а вестей из Скалистых Земель все не было. Один день до прыжка.

Утром Далия выглянула в окно, надеясь, что он приехал ночью и теперь как обычно тренируется на Ратном Дворе, но среди оставшихся в замке воинов его не было. Ей не хотелось на турник, и она провалялась в кровати до обеда. Наспех перекусив, Далия поняла, что покидать замок ей тоже не хочется. Прогулявшись по темным коридорам, она опять вернулась в комнату и, завернувшись в одеяло, уселась у окна.

— Сольвейг, передай Ульву, что я сегодня никуда не пойду. И приготовь ванну, пожалуйста, — попросила она компаньонку.

— Тебе страшно? Прыжок уже завтра. Волнуешься? — участливо спросила та.

— Не особо. Просто хочу, чтобы все поскорее закончилось. Я приду в омывальню, когда стемнеет. Проследи, чтобы вода была горячей.

— Хорошо, Далия. — Сольвейг не стала навязывать свое присутствие, хотя любила вести задушевные разговоры. А по лицу подруги было видно, что поговорить есть о чем.

Далия просидела у окна до темноты, вспоминая свое прошлое, думая о будущем. «Интересно, как быстро получится найти серьгу? И получится ли? Как спросить о ней священника? А если он не знает? Ладно, определюсь на месте, что делать». Она неохотно вылезла из-под одеяла. Может, ну ее, эту ванну? В кровать и спать! А вдруг это ее последнее купание? Кто знает, что ее ждет в Артеге? Да и Великий Разлом мог измениться за полгода. Вдруг у нее не получится перескочить пропасть?

Далия распустила волосы и потрясла головой, отгоняя тревожные мысли. Сняла одежду и, оставшись в одной длинной рубахе и сандалиях, прихватив свечу, пошла в омывальню. Стража по-прежнему у двери день и ночь, но идти далеко, первая дверь за поворотом.

Далия зашла в комнату, наполненную теплым паром из ванной и приятными запахами душистых трав. Какая все-таки Сольвейг молодец! Ванна ее расслабит и придаст сил. Далия накинула цепочку на дверь, поставила свечу и, подойдя к большому медному чану, опустила руку в горячую воду. За спиной раздался шорох и несколько тяжелых, тихих шагов. Она вздрогнула и обернулась… Альрик!

Он шагнул к ней, улыбаясь, из дальнего, слабо освещенного угла. В дорожном костюме, покрытый пылью. Ясные синие глаза светились радостью и восхищением. От неожиданности Далия замерла и стояла, так же широко улыбаясь, но не двигаясь с места. Наконец, она, не проронив ни слова, протянула к нему руки. Он подхватил ее и закружил по комнате.

Альрик поставил Далию на пол, прижал к каменной стене и целовал долго, страстно, настойчиво. Ее губы покраснели и распухли, а он все терзал их, сжимая затылок, лаская лицо, прикусывая нежную кромку, пил ее глубоко и жадно, комкая рубаху. Тело горело огнем, напряглась грудь, но Альрик не касался самых желанных мест. Ей бессознательно хотелось обхватить его голову и направить, прижать его к груди, что бы…

Далию еще никто никогда так не целовал. Ее кожа пульсировала даже от легкого прикосновения рубахи, пальцы путались в его темных кудрях. Дыхание сбилось, и Далия, смущаясь от собственных мыслей и ощущений, прошептала:

— Ты приехал, ты все-таки приехал… Я так ждала…

— Я не могу без тебя, Далия, — лаская ее спину и целуя в шею, тихо говорил он, а пальцы упорно избегали соблазнительных полушарий. — Схожу по тебе с ума… Хочу все время быть рядом… Я боялся, что ты забудешь меня… Нас…

Он крепко обнимал ее, прижимая к груди, подхватывая на руки, целовал и шумно вдыхал ее запах. Поцелуи были такие настойчивые, горячие, долгожданные, что Далии казалось, на ней вот-вот загорится одежда. Низ живота стал горячим и тяжелым, лоно наполнилось влагой и тягучей болью. Закружилась голова, и она, расстегнув шнурки на его кожаном жилете, коснулась сильной груди.

Альрик поцеловал ее ладонь и вновь прижал любимую к сердцу, уткнувшись в волосы. Тело Далии окатило волной блаженства, когда она услышала его хриплый шепот:

— Будь моей женой, Далия. Будь моей навсегда. Выходи за меня!

— Альрик, ты будущий король! У тебя есть невеста! Мы никогда не сможем... — шептала она в ответ, замирая от счастья, прерываясь на поцелуи. — Свея никогда…

— Ей придется! Ты права, я — будущий король! А кто, как не короли, создают законы? Я готов отказаться от трона или взойти на него только вместе с тобой! Далия, ты — мой Великий Разлом! Я не смогу жить, зная, что ты принадлежишь другому, понимая, что не исполнил свою мечту, когда мог рискнуть. Помнишь? Нужно делать то, что хочется, и быть с тем, кому отдано твое сердце. Я смотрю на тебя, и мне не страшно. Ты согласна прыгнуть вместе?

— Альрик, любимый… Я хочу! Да, да, да! — Она осыпала его лицо поцелуями.

Он никогда не говорит ей, что делать. Просто зовет за собой. И Далия, забыв обо всем на свете, готова бежать хоть на край земли, только бы с ним! Разве любовь может быть предательством? Каждый имеет право на счастье! Рядом с Альриком Далия чувствует себя такой сильной, смелой, решительной! Она