Верну тебя, бывшая жена - Лена Голд

— Вы найдёте её, — шепчет она. — Я верю.

Я качаю головой. Слишком много дней прошло. Слишком много тишины.

— Мне бы вашу уверенность, Диана, — голос срывается, но я продолжаю. — Я… С ума схожу. Больше не могу держаться. Не могу ждать…

— Надежда умирает последней, — выдыхает она. — Арслан не из тех, кто опускает руки, когда кажется, что выхода больше нет. Он наверняка уже знает, как вернуть вашу дочь…

Арслан. Опять Арслан. Его имя режет слух, но в этот раз по-другому. Больше нет той острой ненависти, к которой я привыкла. Не знаю причину. Может, потому что Диана говорит о нём как о герое. Как о человеке, который не сдаётся.

Но я не могу. Не могу думать о нём хорошо, хотя, не будь той проклятой ночи, после которой все разрешилось.

— Целая неделя! — вырывается у меня. — Неделя, Диана! Представляешь! Я не вижу свою дочь! Не вижу свой лучик солнца!

Слёзы текут снова. Я не пытаюсь их остановить. Пусть. Пусть всё выйдет. Всё это чудовищное напряжение, которое копилось днями.

— У меня отняли дочь! — чуть ли не кричу, но, вспомнив про малышку, сидящую на диване, снижаю тон. — Как она сейчас? С кем? Её кормят? А вдруг бьют? Вдруг она голодная, лежит где-нибудь на полу, в сером помещении? А если её…

Я не могу договорить. Слова застревают в горле, потому что дальше только тьма. И мысли, от которых можно сойти с ума окончательно.

Диана крепко прижимает меня к себе. Её руки обнимают, гладят по спине. Я чувствую — она тоже плачет. Мы плачем вместе. Две женщины, которая в отчаянии. Одна потеряла дочь, а вторая не знает, как помочь.

— Тише-тише, — шепчет она мне в волосы. — Тише…

Я утыкаюсь носом в её плечо и позволяю себе разреветься. Всего на минуту. Побыть не сильной. Не матерью, которая должна держаться, а женщиной, у которой украли сердце.

— Понимаешь…

— Я всё понимаю, поверь мне, — её голос дрожит. — И мне ужасно больно. Но… Сейчас тебе нужно успокоиться. Взять себя в руки. Нужно быть сильной, слышишь?

Она отстраняется, берёт моё лицо в ладони. Я смотрю в её опухшие и красные, как и мои, глаза. В них столько искренней заботы, что мне становится стыдно за свою слабость.

— Однажды откроется эта дверь и в твои объятия прибежит твоя дочка, — говорит твёрдо. — Она не должна видеть тебя в слезах! Иди, прими душ. Я уложу дочь и мы поговорим. Всю ночь будем опустошать друг другу душу. Буду слушать тебя. Выскажешься, ладно?

Я киваю. Слова комом застревают в горле. Потому что она права. У меня больше не осталось сил на одиночество.

Замечаю охранника у двери. Он молча показывает на спортивную сумку в своей руке. Диана забирает её, кивает ему, и дверь закрывается.

— Пойдем.

Мы поднимаемся наверх. Каждая ступенька даётся с трудом. Ноги будто налиты свинцом. Организм напоминает, что я ничего не ела последние дни. Что жила только на адреналине и слезах.

Комната, в которую мы входим, светлая и чистая. Пахнет свежим бельём.

— Как мне тебя звать? — спрашивает Диана.

— Регина.

— Красивое имя, — она улыбается. — Прими душ, Регина. Уверена, тебе станет легче.

— Спасибо, — шепчу.

Она ставит сумку в кресло и выходит. Дверь закрывается, и я остаюсь одна.

Осматриваю комнату. Красиво. Дорого. Уютно. Чужая комната в чужом доме, куда меня привезли, потому что там, в той квартире, я сходила с ума.

За окном абсолютная темнота. Я прислоняюсь лбом к холодному стеклу и закрываю глаза.

Диана. Жена Джана.

Женщина, которая должна была меня ненавидеть, если верить слухам. Которая должна была ревновать, злиться, презирать. А вместо этого она обнимает меня, гладит по голове и обещает слушать всю ночь.

Мир сошёл с ума. Или только я?

Иду в ванную, включаю горячую воду. Раздеваюсь и встаю под струи. Они обжигают кожу, но я не чувствую. Смотрю на белую плитку, по которой стекает вода.

Ариша. Ариша. Ариша.

Имя пульсирует в висках в такт каплям.

Мою голову, намыливаю тело. Через несколько минут чувствую, что становится слишком душно. Дышать нечем. Выключив воду, заворачиваюсь в полотенце и долго стою перед зеркалом.

Оттуда на меня смотрит чужая женщина. Страшная. С опухшими глазами, темными кругами под ними, впалыми щеками. За неделю я превратилась в тень.

Надо есть. Надо спать. Надо держаться.

Но как держаться, когда внутри чёрная дыра?

Выхожу из ванной, открываю сумку и достаю чистое белье, спортивный костюм. Одеваюсь медленно, каждое движение требует усилий.

Сажусь на край кровати и смотрю в одну точку.

Где ты, моя девочка? Ты чувствуешь, что мама рядом? Ты знаешь, что я ищу тебя? Что я не сплю, не ем, не живу — только жду? Что я сильно соскучилась…

Моя малышка. Клянусь, если бы была возможность вернуть тебя, а взамен отдать свою жизнь, я бы без раздумий согласилась. Клянусь, сделала бы все, чтобы тебя вернули… Но я не могу ничего подобного сделать. Мне не звонят, ничего не говорят.

Да и телефон? Где мой телефон?

Слезы снова текут по щекам. Не замечаю, когда они начинаются. Просто чувствую соленый вкус на губах.

Вытираю лицо рукавом, глубоко вздыхаю. Спускаюсь вниз, нахожу кухню. Домработница наливает чашку кофе, ставит передо мной и бесшумно исчезает.

Глава 21

Чувствую запах кофе, который раньше любила. Мне кажется, все было в другой жизни. Где я была счастлива со своей малышкой. А сейчас… просто существую.

Диана садится напротив. Я чувствую ее взгляд, но не поднимаю глаз. Не могу. Потому что я на грани и, едва взгляну на нее, окончательно развалюсь на части. А мне нельзя. Нужно держаться.

Кофе обжигает пальцы через кружку, но я не отпускаю. Внутри пусто и холодно, а тут такая теплота…

Господи… У меня же есть фотография моей куколки. Почему я не додумалась посмотреть, хотя бы на мгновение почувствовать ее присутствие? Я так много думаю о том, где моя дочь и что с ней сделали, что ничего другого в голову не лезет.

Да я вообще, кажется, многое забыла.

Достаю телефон, снимаю с блокировки. Пальцы дрожат так сильно, что я дважды промахиваюсь мимо галереи. Наконец открываю, листаю вниз, ищу фото Аришки.

Вот она — моя девочка.

Ариша стоит в парке, обнимает плюшевую игрушку, которую привез ей Арслан. Улыбается во весь рот, солнце слепит ей глаза, она щурится, но все равно счастливая. Самая красивая девочка на свете.

Скольжу пальцем по экрану,