Любовь на кафедре - Дженнифер Смит

РИС

Пишу подтвердить, что в субботу в 9:30 я заезжаю за тобой, и мы идем покупать платье.

Если ты не против.

ЛИЛА

Да, сэр! Подтверждаю. Потом пообедаем. Я знаю одно прикольное кафе!

Пообедаем? А сколько времени нужно, чтобы купить платье? Он думал, что, раз они приедут в магазин к десяти, к двенадцати он вернется домой. Или нет?

Глава 8

Ониомания (сущ.) о-ни-о-ма-ни-я

1. Неконтролируемое желание покупать; шопоголизм.

Лила

Рис приехал точно вовремя. Другого Лила от него и не ждала.

— Посиди на диване. Я буду через пару минут.

Лила, подняла с пола сумку и водрузила на стол. Она хотела захватить туфли на высоких каблуках, чтобы примерять платья (она снова могла ходить, не хромая), и солнечные очки — обещали ясную погоду.

— Ты еще не готова?

Рис Обри сложил руки на своей красивой груди. В повседневной одежде он выглядел особенно аппетитно. Кто бы мог подумать, что поношенные темно-синие джинсы и простой бежевый джемпер с планкой под пуговицами и длинными рукавами могут выглядеть так хорошо? Две верхние пуговки были расстегнуты и открывали шею.

— Я готова. Просто мне нужно захватить кое-что. Всего две минуты.

— Значит, ты не готова.

Она уставилась на него:

— Рис, ты весь день собираешься быть таким занудой? Мне надо знать заранее. Если да, возьму побольше печенья.

— Ты берешь с собой печенье, когда собираешься в поход за покупками? — нахмурился он.

— В поход? Мы же не в джунгли собрались, а в торговый центр. — Хотя торговый центр в субботу — считай что джунгли. — И да, боюсь, без печенья не обойтись, если ты и дальше будешь придираться к каждой мелочи.

— Не думаю… — начал было он, но передумал и закрыл рот. — Ну ладно.

Лила наградила его улыбкой. Рис делал успехи.

— И у меня просьба, — добавила она. Рис жестом велел ей продолжать. — Можно мне выбрать радиостанцию в машине? Не хочу все утро слушать новости.

Новости вгоняли ее в депрессию: люди творили ужасные вещи, а она не хотела думать об этом, настраиваясь на шопинг.

Рис сердито прищурился, но она одарила его своей самой милой улыбкой.

— Ладно, — согласился он.

В первом магазине не оказалось ничего подходящего, впрочем, как и во втором. В следующих четырех-пяти выбор был получше, но ни одно платье не взывало к ней с вешалок и не говорило: «Надень меня на роскошный семейный ужин, где ты будешь притворяться подружкой коллеги!» Примерять платья в сетевых магазинах с неудачным освещением в примерочных и дефилировать перед мистером Я-Буду-В-Смокинге было совсем не прикольно, и Рис определенно тоже не наслаждался процессом.

Ей удалось выяснить, какое платье надела бы его сестра, и она надеялась, что не будет выглядеть полной дурой в выбранном наряде. Если добавить золотые украшения и немного подогнать платье по фигуре, никто и не поймет, что оно из дешевого магазина.

— Ну как? — спросила она, одергивая атласную юбку. — Что скажешь?

Тонкие бретельки-ниточки нужно будет укоротить; возможно, укоротить и само платье. Оттенок зеленого не самый удачный, зато платье прекрасно сидит в груди и бедрах.

— Нормально, — пожал плечами Рис.

Лила понурилась. Нет, не такой реакции она ожидала.

— Я чуть укорочу подол, и платье будет вот такой длины. — Она слегка приподняла юбку, чтобы та не волочилась по полу. — Так хорошо?

— Ну да, нормально, — повторил он.

— Про предыдущее платье и то, что было до этого, ты то же самое говорил, — заметила она и удрученно улыбнулась.

— Потому что они все нормальные, Лила, — недовольно буркнул он.

— Ясно, — тихо проговорила она, вернулась в примерочную, проглотила уязвленное самолюбие и начала переодеваться в свои вещи.

Последнее платье было самым удачным из всех, что она примеряла; она сфотографировала его на телефон на случай, если не найдет ничего лучше. Повесив его и три других на вешалку у входа в примерочной, она устало улыбнулась Рису.

— Это тоже не подошло?

— Возможно, возьму его, если не найду ничего более подходящего.

— Ладно.

Шопинг порой напоминал чистилище. Чистилище, полное платьев, которые были слишком узкими, слишком широкими, слишком длинными, слишком короткими, плохо сидели в груди или в бедрах и имели слишком глубокое декольте.

Они вышли из очередного магазина в ярко освещенный проход торгового центра. Лила вздохнула — накатило уныние, а еще у нее разболелись ноги.

— Может, заглянем сюда? — Рис остановился и указал на бутик, в витрине которого стояли высокие худосочные манекены.

Лила покачала головой:

— В эту одежду я просто не влезу.

— В смысле?

— Рис, у женщин бывают разные фигуры, и просто поверь мне: одежда в этом магазине пошита не на меня.

— О.

Он, вероятно, привык заходить в магазин для богатеньких и выбирать первые попавшиеся джинсы, которые сидели на нем как влитые. Но для Лилы такой метод просто не работал. Если джинсы хорошо сидели на бедрах, значит, были слишком широки ей в талии; если в талии все сходилось, штанины обтягивали ноги, как шкурка — сосиски.

— Прости, — пробормотала она.

— Да ладно тебе. — Он смотрел на нее так пристально, будто решал в уме математические задачи. — Возьмем кофе?

Перерыв от этого кошмара? Да, пожалуйста.

— И по кусочку торта? — тихо и угрюмо спросила она.

— И по кусочку торта, — улыбнулся он.

Она отвела его в кафе «Шмель», где подавали самые вкусные и большие торты, заказала малиновый молочный коктейль, карамельный ломтик и большой кусок шоколадного торта.

— Лила, у тебя не будет сахарного передоза?

— Ходить за покупками — стресс. Мне нужно успокоительное. Сахар — мое успокоительное.

Ей определенно требовалось подкрепиться: кривая усмешка Риса до сих пор стояла перед глазами, а в ушах звучало его «они все нормальные».

— Почему так сложно просто купить платье? — буркнул он, держа в ладонях чашку черного кофе. Рис всегда пил только скучный черный кофе. Он поковырял маффин, который она заставила его купить. — Серьезно, почему? Не пойму, что тебе не понравилось во всех этих платьях? Они все были нормальные.

Лила смотрела на него, не веря своим ушам. Он и правда не понимал! Он как будто дожил до тридцати лет и ни разу не ходил за покупками с девушкой!

— Рис, слушай, я понимаю, что шопинг — это скучно и в субботу утром ты предпочел бы заняться чем-то другим, но я делаю это ради тебя, — сказала она. — Что подумают твои крутые богатые родственники, если я буду выглядеть просто «нормально»?

Рис, справедливости ради, слегка устыдился. Но только слегка.

— Я не хочу опозориться, —