Связанные кровью - Ребекка Сайдлер

чтобы она чувствовала себя неловко. Хотя бы больше, чем уже чувствует. После всего, что случилось за последние дни, я приму любую близость. Я улыбаюсь и опускаю взгляд на клавиши, стараясь не выдать, насколько рад ее присутствию. Если бы только она подошла еще чуть ближе… Или снова посмотрела мне в глаза.

Раз уж она не называет любимую мелодию, я играю свою. Колыбельная из старой оперы, которая давно утеряна. Осталась только эта песня – как привидение, как эхо кельтской детской мелодии. Когда я заканчиваю, поднимаю глаза и вижу, как она вытирает слезу.

– Это было прекрасно, – признается она.

– Ты звучишь удивленно.

Она кивает:

– Я не знала, что ты любишь музыку. Хотя, наверное, должна была догадаться по твоим футболкам с названиями групп.

– Музыка – самое прекрасное в жизни. А я люблю прекрасное, – отвечаю, смотря на нее на долю секунды дольше, чем следует, проверяя ее реакцию. Она действительно красива, но я провел бесчисленные годы рядом с красивыми женщинами. Красоты недостаточно, если она собирается выжить при моем Дворе.

Она приподнимает бровь, пытаясь уловить скрытый смысл моих слов.

– Тебя трудно читать, – говорит она.

– Последствия бессмертия, – пожимаю плечами. – Если тебе станет легче – ты тоже загадка.

– Последствия долгих лет тренировок.

Я одобрительно киваю, довольный ее остроумным и легким ответом.

Мы смеемся, и она делает шаг назад, в сторону двери. Смотрит на меня, выжидая, как я отреагирую.

Потягиваясь, я нарочно зеваю. Фаррен делает еще шаг к выходу, замирает, поворачивается и облизывает нижнюю губу. Не думаю, что она делает это нарочно, но мое внимание непроизвольно притягивается к ее пухлым губам. Она не хочет, чтобы этот вечер закончился так быстро.

– Кажется, я так и не поблагодарила тебя за статую кои. Это одна из самых красивых вещей, что я когда-либо видела, – произносит она, глядя в пол. – Но разве она не должна была достаться моему отцу как часть платы по договору? – спрашивает девушка, поднимая взгляд и приподнимая бровь.

– Технически – да. Но я подумал, ты оценишь ее больше.

Она улыбается. Моя ставка сработала.

– Она великолепна. Даже если это была взятка.

– Она вырезана по образу старшего поколения моей любимой кои, которую ты сегодня уже встретила. И можно ли считать это взяткой, если я действительно хотел, чтобы она принадлежала тебе?

– Определенно. Уверена, это все еще классифицируется как взятка. Придется запомнить твою склонность к нарушению правил, Мор… Лиам, – она вздрагивает. – Прости.

Я вглядываюсь в нее внимательнее, пытаясь понять, шутит ли она с подтекстом, но выражение ее лица непроницаемо.

– Не стоит извиняться, Фаррен. Это я тот, кому предстоит вымаливать прощение.

Она прищуривается, пытаясь понять, играю ли я с ней.

Я демонстративно смотрю на часы.

– Меня ждут в Домашнем Офисе – обсудить завтрашний день. Так как ты придворная ведьма, твое участие тоже приветствуется.

Она моргает, затем ее глаза расширяются – она не успевает скрыть удивление. Ее губы трогает легкая улыбка.

– Спасибо. Я бы хотела пойти. А ничего, что я выгляжу так?

Я опускаю взгляд, пряча усмешку. Она явно готовилась ко сну.

– Будут только самые приближенные. Никто ничего не заметит.

Она хмурится, но все же кивает и следует за мной.

Пока мы идем через замок, молчим. Каждый раз, когда я смотрю на нее украдкой, меня радует, с каким удовольствием она оглядывает все вокруг. Ее взгляд скользит по каждой детали – от резных узоров на дверных косяках до старинных свинцовых окон в форме квадратов. Она уважительно склоняет голову перед редкими членами Двора, что попадаются нам на пути. Ее одобрение вызывает во мне странное чувство удовлетворения, которого я давно не испытывал.

Мы останавливаемся перед дверью.

– Эту комнату я держу запертой, когда не работаю или когда здесь не проводится заседаний. Сейчас ключ есть только у Амриты и у меня. Надеюсь, однажды я передам его и тебе.

Фаррен коротко кивает и входит следом.

Внутри нас уже ждут Морган и Амрита, занявшие места вокруг моего стола.

– Где Лионель? – спрашиваю я.

Амрита качает головой:

– Занят. Передает извинения.

Я поворачиваюсь к Фаррен, чтобы объяснить, кто такой Лионель, но она уже с головой погружена в рассматривание старинной карты. Это оригинальная карта, созданная несколько веков назад, до того как вампиры и маги открылись человечеству. Многие названия на ней больше не существуют. Амрита прочищает горло, и Фаррен резко вскидывает голову, поворачиваясь к нам. Щеки ее мгновенно окрашиваются румянцем, когда она замечает, что Амрита и Морган все еще в своей рабочей одежде.

– Здесь нет дресс-кода, – вздыхаю я и показываю на свои спортивные штаны и футболку с логотипом музыкальной группы. Ее плечи чуть расслабляются, но выражение лица остается настороженным.

Морган протягивает мне список гостей. Пробежав его глазами, я передаю лист Фаррен. В этот момент не упускаю взгляда, которым обмениваются Морган и Амрита.

– Тебе что-то нужно от меня? – спрашивает она.

– Важно, чтобы как можно больше вампиров встретились с тобой лично, – отвечаю. – Не должно остаться ни единого сомнения в том, что ты становишься моей придворной ведьмой. Будь готова к официальному представлению.

– Я готова, – твердо говорит она.

Глава 21

Фаррен

Я просыпаюсь раньше, чем звенит будильник. Нервничаю, думая о сегодняшнем дне.

Огромное количество вампиров приезжают сегодня, и среди них не будет ни магов, ни людей. Я буду одна на торжестве, куда все идут, чтобы поглазеть на меня. Первый маг при дворе Лиама. Это абсолютно странно для меня как для ведьмы, которая большую часть своей жизни провела на втором плане. Все хотят посмотреть, кого выбрал герцог Лиам. У меня ком встает в горле. Получится ли у меня? Должно получиться. Кто-то стучит в дверь.

– Проходите! – выкрикиваю я.

Дверь приоткрывается, и в комнату заглядывает мисс Мелонроуз:

– Ты голодна?

Я мотаю головой:

– Нет, спасибо.

Она вздыхает и кивает.

– Я так и думала. Парикмахеры и визажисты уже здесь. Герцог выделил им комнату поближе ко входу, чтобы мы могли держать это крыло закрытым для посетителей.

Я чувствую облегчение от того, что, несмотря на бесчисленное количество гостей, прибывающих сегодня, никому из них не будет позволено приблизиться к моей комнате.

Я киваю, хватаю золотое платье и туфли на каблуках и иду за управляющей по коридору. В нескольких шагах за нами следует здоровенный вампир.

Мисс Мелонроуз подхватывает меня за локоть и шепчет:

– Сегодня он отвечает за безопасность.

Я поднимаю голову и выпрямляю спину, прежде чем войти в комнату, где четыре женщины и двое мужчин стоят с различными инструментами, чтобы усовершенствовать мой образ. Шесть