Магия льда для экспертов - Нинель Мягкова

но она совершенно права. Мы выследили злоумышленника, повредившего защитный артефакт. Им оказался один из дежурных стражей, а приказ он получил от служанки принцессы. Не напрямую, но нашим источникам можно доверять.

— О ваших результатах я понятия не имела, — заявила сразу же, пока не приписали шпионаж. — Мои выводы основывались на логике и наблюдениях, и ни на чем ином.

— У меня, собственно, один-единственный вопрос, — протянул правитель. — Допустим, вся эта история со скверной — не дурная шутка и не выдумка. Откуда сироте знать о таком? Я лично упоминаний о подобных явлениях не припомню, а я неплохо разбираюсь в истории магических искусств.

— Возможно, я ступаю на тонкий лед, но насколько хорошо изучена война с Ислундом? — осведомилась я.

На господина Эйсгема вновь напал прилипчивый кашель.

Безопасник только закатил глаза — у него уже не осталось цензурных слов.

Глава 19

Его величество устало махнул рукой и поискал взглядом, куда бы сесть. К сожалению, в сокровищнице стульев не держали.

— Давайте переберемся в более спокойное место и обсудим ситуацию? — услужливо подсказал принц.

Соображает, когда надо.

Делать нам здесь больше нечего. Корона изолирована, более никаких источников скверны я пока не нашла. Стоило бы наведаться еще разок, проверить как следует, но с этим можно и повременить. На поверхности точно опасности нет. Да и учитывая преподнесенную мною новость, вряд ли найдутся желающие трогать старые предметы голыми руками.

В новых скверне взяться неоткуда. А вот древние, накопившие в себе остаточную магическую ауру и особо не используемые, притягивают скверну как магнит. Наши ученые предполагали, что энергетический фон служит плесени своего рода гарантией присутствия рядом разумных существ. Надежный ориентир.

Его величество лично запер хранилище, проигнорировал вытянувшихся в струнку стражей и тяжело двинулся по коридору к выходу из подземелья. Видно было, что открытия этой ночи подкосили и без того пошаливающее здоровье правителя. Скорее всего, изнашивал его организм не только возраст, но и непрерывная борьба с влиянием скверны. Сколько лет он уже сопротивляется тяге — двадцать? Тридцать? Когда там было восшествие на престол, не помню. Ежедневно бороться с собой, не поддаваясь соблазну, чувствовать неладное, но не иметь возможности четко сформулировать проблему — такое и молодого человека измотает.

Судя по тому, что я до сих пор иду своими ногами, а не волокусь под руки в тюрьму, его величество мне поверил. Не до конца, но подсознательно принял новость как ответ на все незаданные вопросы.

И по минувшей войне в том числе.

Значит, шанс договориться существует.

Пусть я презренная водница, просочившаяся во дворец по недоразумению. Зато могу объяснить многие беспокоящие короля вещи.

К сожалению, вылечить его не смогу. Тут и отряд валькирий бы не справился. Нет от скверны лекарства, только уничтожение зараженных предметов и строжайший самоконтроль. Или изоляция. Но согласится ли его величество добровольно отправиться в ссылку, подальше от трона и соблазнов?

Вот уж сомневаюсь.

Безопасник поотстал и под подозрительным взглядом господина Эйсгема поравнялся со мной.

— Мне стоит уточнить, как вы узнали о недомогании принцессы и почему вообще оказались здесь, в подвале? — ненавязчиво поинтересовался он.

— Лучше бы не надо, — лучезарно улыбнулась я. — Поверьте, я могу честно ответить на все вопросы, но понятнее вам от этого не станет.

— Мы с вами еще побеседуем. Потом, — многозначительно заключил господин Кьеллар и прибавил шагу, оставляя меня наедине с тяжкими раздумьями.

Способов борьбы со скверной не так много. Для начала придется источник заразы надежно изолировать, потому что прямо сейчас я ничего не могу с ним сделать. Мне нужны как минимум еще две валькирии, но из кого их воспитать — ума не приложу. Мужская энергия не годится, так что, к сожалению, ни господин Кьеллар, ни Эйсгем не подойдут. Про принца и говорить нечего.

Вильду я отмела сразу же. Ненадежная она соратница, от такой и без всякой скверны ножа в спину дождешься.

Госпожа Гисса слабовата, да и старовата. Ее можно научить базовым заклинаниям, но никак не высшей магии.

А больше я знакомых магичек как-то за все это время и не завела. Упущение с моей стороны, но кто ж знал!

Срочно нужно в академию! И не в следующем году, как собиралась, а в этом. Ничего, что я на год младше разрешенного минимума. Учитывая знакомство с принцем, полагаю, мне могут сделать небольшую поблажку. А уж на факультете подобрать двух одаренных и вменяемых девиц не составит труда.

Кстати, можно присмотреться и к кандидаткам, благо они-то под рукой. Но полагаться на избалованных дочерей знати не хотелось бы. Они ненадежны и будут в первую очередь думать о благе семьи, а не всего мира. И если вдруг те не совпадут — плакали мои усилия.

Нет, нужен кто-то простого происхождения, но с сильным даром и без привязки к определенному роду. К Аурелии можно присмотреться, кстати. Она вроде бы осталась с матерью и малолетним братом одна, содержит их на стипендию. По крайней мере, так говорилось в ее карточке.

На отборе невест она — серый фон, а вот валькирия из нее вполне могла бы получиться. Упорная, умеет добиваться своего и ползти к цели, сцепив зубы. Иначе не потянула бы целых три курса подряд учиться на отлично.

Не слишком ли далеко я размахнулась, начав заранее подыскивать помощниц? Сначала следовало бы подумать о том, как уцелеть в предстоящем разговоре и убедить его величество в том, что сошла с ума именно принцесса, а не я. Учитывая его собственную зараженность, сопротивляться идее он будет до последнего. Причем неосознанно — нагляднее продемонстрировать существование скверны, пожалуй, я бы при всем желании не сумела.

Но душа валькирии во мне требовала подвигов и плана на несколько шагов вперед. В худшем случае судьба этого мира меня уже не будет волновать — самой бы спастись. А вот в лучшем стоит продумать дальнейшие действия.

Мы поднялись на три этажа и добрались до кабинета его величества. Тут я еще не бывала и с любопытством огляделась по сторонам. Место работы способно многое рассказать о человеке.

К излишествам правитель склонен не был, как и к роскошествам, но комфорт любил. Подушка на сиденье стула и мягкие подлокотники свидетельствовали, что он много времени проводит за столом, а уютное кресло с пледом у камина — что иногда он засиживается допоздна, возможно, не только с документами. Просто посидеть, глядя в огонь и потягивая что-нибудь горячительное, вполне простительно даже самому занятому человеку государства.

Стульев для посетителей было всего два.