Змея. Часть 1 - Лана Ланитова

А дальше всё происходило ровно так же, как и произошло в доме самого Гладышева, в прошедшую среду. Только в этот раз нашему герою не удалось сесть рядом с Барбарой и взять в свою ладонь ее тонкие прохладные пальчики. Его опередил сам генерал. Он решительно оттеснил Михаила и уселся по левую руку от Барбары. А справа от неё восседал угрюмый Казимир. И Гладышеву ничего не оставалось, как занять место в середине стола. Зато, теперь он мог отлично видеть её лицо.

А далее всё шло точно по тому же сценарию, что и накануне. Казимир теперь призвал духа Анеэля. Этот дух помогал спиритам исключительно по пятницам. Казимир читал какой-то неизвестный заунывный псалом, обращаясь за помощью к потусторонним силам.

– Да отверзятся нам врата истины! – громогласно заявил он. – Возьмёмся за руки, братья и сёстры.

И после этих слов стол приподнялся над полом и задрожал ещё сильнее, чем в доме Гладышевых. По спине Михаила заструился пот.

«Так, спокойно, – пытался он образумить самого себя. – У этого фокуса должно быть какое-то физическое объяснение. Наверняка этот боров сам приподнял этот стол».

Не смотря на липкое чувство страха, Гладышев постарался незаметно заглянуть под столешницу. Но ему не удалось разглядеть под длинной скатертью ровно никаких рычагов, могущих произвести весь этот странный фокус. А дальше, когда к немалому изумлению присутствующих, стол встал-таки на место, в ход пошла доска Уиджи. Планшетка скользила по деревянному полотну, и все присутствующие с нарастающим трепетом читали буквы, которые ловко складывались в слова и целые фразы.

Первым на контакт вышел отец генерала. Как и в прошлый раз, Казимир впустил в своё тело прибывшего духа, и бравый вояка, трясясь от страха и изумления, пообщался с собственным покойным отцом. Сие свидание закончилось бурными слезами. Генерала насилу успокоили, сунув ему к носу английского табаку. Потом на связь к живым вышел дух их убитого на войне сына. Тогда уже рыдал не только генерал, но и его несчастная супруга и дочь. В сущности, в эти скорбные минуты рыдало почти всё семейство.

Гладышев тоже не остался равнодушным к подобной встрече, однако, даже в эти сентиментальные мгновения он искал глазами ЕЁ глаза. И готов был отдать голову на отсечение, что и она украдкой тоже смотрела в его сторону.

После того, как все присутствующие утерли слёзы, навстречу собравшимся пришёл еще один дух. В его поведении все узнали некого дядю Николя, слывшего при жизни весельчаком и балагуром. И именно он сообщил участникам, что Катрин выйдет замуж ровно через год. И что жениха следует искать тоже из военных.

– Какого же рода войск будет женишок? – поинтересовался въедливый генерал.

На что жена шикнула, а Катрин сделалась от стыда пунцовой. Но дух дяди не растерялся и добавил, что жених, скорее всего, будет бравым кавалеристом.

Напряжение среди присутствующих спало. Все немного оживились. А после пошли вопросы от прочих родственников. Одна из дам спросила о результате какой-то судебной тяжбы. Другая спрашивала о продаже старого дома. Казимир отвечал на вопросы собравшихся ровно до тех пор, пока по его мясистому лицу не прошла некая судорога, исказившая крупные черты. Тогда он прерывисто задышал, а Барбара стремительно поднялась и объявила всем присутствующим, что сеанс окончен, ибо Казимир устал, и ему срочно требуется отдых.

Свечи были потушены, а в комнате вновь загорелась большая люстра с газовыми рожками. Федоровы оживленно обменивались яркими впечатлениями, генеральша продолжала всхлипывать, вспоминая своего покойного сына Петрушу. Казимир складывал доску и какие-то старинные книги. А Барбара помогала ему в сборах. Потом к ним подошел генерал и завёл какой-то разговор с Соболевским. В эти минуты Барбара, свободная от разговоров, делала вид, что торопится уйти. Она двинулась в сторону коридора. А Михаил тут же отправился вслед за ней.

– Барбара Александровна, – окликнул он её.

– Да? – она остановилась и удивленно посмотрела в его сторону.

– Могу я присутствовать и на других ваших сеансах?

– Ваше право, господин Гладышев, присутствовать там, где вам хочется, – с лёгкой улыбкой произнесла она.

– То есть вы не против?

– Как я могу быть против? Вы определенно желаете преодолеть свой скептицизм и стать приверженцем спиритизма?

– Возможно, – улыбнулся он в ответ. – Но ещё больше я мечтаю лишь об одном – вновь и вновь видеть вас.

– А вот это явно ни к чему, – она покраснела.

Но не успел он что-либо ответить, как в коридор грузной походкой вошёл Казимир. При виде супруга Барбара изменилась в лице и спешно проследовала в гардеробную.

Так или иначе, но теперь наш герой стал с нетерпением ждать следующей среды.

Глава 4

Поезд «Норд-экспресс». Октябрь 1910 г.

– Быть может, его благородие желает кофе или ещё коньяка? – внезапный вопрос официанта вывел его из пелены густых воспоминаний.

За холодным окном всё так же роилась чернильная мгла. Не было видно ни зги. Только красные искры, треща, отлетали от крыши паровоза.

– Да, принеси-ка мне, голубчик, ещё рюмку конька и кофе.

– Сию минуту, – вежливо кивнул официант и удалился по ковровой дорожке вглубь длинного салона.

Гладышев огляделся. В ресторане, помимо него, сидела одна пожилая пара и какой-то офицер. Интересно, который час, подумал Гладышев. Он вспомнил о том, что забыл свой брегет в купе.

«Пожалуй, меня скоро выгонят отсюда. Да и не мешало бы, поспать», – ленивые мысли с трудом ворочались в голове. – Интересно, где мы сейчас?

– Голубчик, а где мы едем? – спросил он у официанта, когда тот принёс ему на подносе рюмку коньяка и фарфоровую шашечку кофе.

– Ночью будет большая остановка в Вильно.

– А сейчас сколько время?

– Скоро полночь, – сухо отвечал официант. – Что ещё желает господин? Шоколад, лимоны, птифур? Есть эклеры, суфле…

– Ничего пока не нужно. Ступай. Я посижу ещё немного и пойду спать.

Официант кивнул и удалился. Гладышев сделал глоток коньяка и вновь уставился в темноту за окном.

Санкт-Петербург, март 1907 г.

В следующую среду сеанс проходил у графини Трубниковой. Она была вдовой и проживала в доме с двумя несовершеннолетними сыновьями на Инженерной улице. От общих знакомых Гладышев узнал, что сия вдова давно уже была увлечена спиритуализмом. Но у неё с семейством Гладышевых не было ровно никаких общих знакомых. И Михаил долго думал о том, как же ему попасть на этот сеанс. И тут на одной из страничек «Ребуса» он совершенно случайно прочёл заметку, посвященную графине Трубниковой. О том, что она являлась ярой мартинисткой[13] и чуть ли не лично была