Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии - Ника Калиновская

— Ты невыносим… — буркнула она и резко отвернулась, ускоряя свой шаг.

— Зато какой полезный! — крикнул я ей в спину, довольно усмехаясь.

Надеюсь, принцесске стало немного легче.

Глава 13. Наша связь

Алисандра

Вот же… ГАДИНА-М!

Нет, это ведь надо так извернуть всё, что я теперь вместо того чтобы предаваться вполне логичным переживаниям перед встречей с отцом, едва ли не хохочу на весь коридор. Спинку он мне… потереть собрался! Да ещё с такой невинной мордашкой, что его бы не на кухню, а в театр — играть лисиц в детских сказках.

Я всё ещё тихо фыркала, прижав пальцы к губам, пока не добралась до нужной двери. Выражение лица срочно требовало капитальной корректировки. Отец, конечно, любит меня… Но на встречу с ним с идиотской ухмылкой идти — такое себе удовольствие. Я встала перед дверью, пару раз глубоко вдохнула, выдохнула, разогнала все мысли о чешуйчатых массажистах… и шагнула вперёд, открывая створку уже с тем самым выражением лица, которое отлично сочетается с моим титулом и предстоящим разговором.

Я вошла в кабинет, стараясь держаться сдержанно и уверенно. Просторное помещение утопало в солнечном свете, пробивающемся сквозь высокие окна, а запах старой бумаги, чернил и чего-то древесного создавал ощущение уюта — если, конечно, уютом можно назвать "мастерскую" правителя.

Отец сидел за массивным письменным столом, склонившись над каким-то документом. Его перо уверенно скользило по строчке, ставя в конце размашистую подпись. Лишь после этого он поднял на меня взгляд — внимательный, чуть усталый, но неизменно тёплый.

— Как съездила? — поинтересовался, откладывая бумаги в сторону и вставая.

Его Величество жестом указал на диван у окна, и я, кивнув, направилась туда, аккуратно устраиваясь на мягких подушках.

— Даже не знаю, что сказать, — призналась, скрестив руки на коленях. — Ответов от провидицы я толком не получила, зато загадок стало ещё больше.

Я встретилась с отцовским взглядом, немного помолчала, и всё же задала вопрос, который не выходил у меня из головы с самой дороги:

— Пап… А мама действительно пострадала от её силы? Просто Евдокия сказала, что в моей магии нет ничего страшного. — Слова прозвучали тише, чем я собиралась. Но атмосфера в кабинете лишь сделала их весомее.

Король задумался. Его взгляд стал рассеянным, словно он смотрел не на меня и не на стены кабинета или расстеленный ковер, а гораздо дальше. Глубже. Туда, где прятались его воспоминания. Пальцы чуть сжались на подлокотнике, будто он и сам не заметил, как на секунду снова оказался в прошлом.

Я не прерывала эту хрупкую тишину, не перебивала, а просто ждала. Знала — сейчас прозвучит то, что действительно важно.

— Мы не слишком распространяемся об этом среди окружающих, — наконец сказал отец, и голос его стал глуше, — но ты… ты носишь в себе силу нашего рода, а потому имеешь право знать.

Я чуть склонила голову в знак согласия, хотя внутри у меня все сжалось от напряжения. Отец продолжил:

— Магия рода… гораздо сложнее и многограннее, чем мы себе можем представить. Это не просто стихия, не дар или способность. Это… поток. Живая сила, которая выбирает сама, как и через кого проявляться. Никто из ныне живущих так и не понял до конца её сути, и уж тем более — причины, по которой она иногда становится… опасной.

Правитель замолчал, и я уловила лёгкое колебание в его голосе. Он что-то вспомнил — что-то важное, но, возможно, слишком болезненное, чтобы говорить об этом прямо. Отец вздохнул, медленно поднялся и прошёлся к окну. За стеклом мягко переливались солнечные блики, зелень сада успокаивала глаз, но в его взгляде не было покоя.

— Когда магия пробуждается, — заговорил он снова, не поворачиваясь, — она делает это по-своему. Иногда мягко, почти незаметно, а иногда… вырывается наружу, словно шторм или буря, разрушая всё, что попадается на ее пути. В нашем роду было немало тех, кто не справился с этим, кто стал заложником собственной силы.

Я тихо сглотнула, чувствуя, как ладони сжимаются в замке на коленях.

— Мама? — прошептала я. — Она…

— Пострадала, — кивнул мой собеседник. — Не физически. Но магия будто оставила в ней пустоту, забрала что-то… важное. И никто так и не понял, что именно. Мы пытались... и лекари, и маги, и хранители. но всё было бесполезно.

Его Величество развернулся ко мне, и в глазах его я впервые увидела не короля, а родителя. Настоящего, живого и уставшего человека, который просто хочет уберечь свою дочь.

— Вот почему я боялся этой силы в тебе, Сандра. И вот почему мы надеялись, что браслет поможет удержать её, пока ты не станешь сильнее.

— Но если я никогда не стану… достаточно сильной? — едва слышно спросила.

Отец опустился рядом, взял мою руку и сжал её.

— Ты не одна, малыш. Мы рядом: и я, и твой… подарок. Кстати, как он тебе? - Отец взглянул на меня внимательно, но не строго. Скорее — с интересом, как будто в его голове уже был вопрос, на который он хотел получить честный ответ. — Мне доложили, ты поехала к провидице не одна., а со своим... — он хмыкнул, — новым спутником. Приручаешь?

Я замялась. Честно говоря, сама не знала, как на это ответить. Взгляд скользнул к окну, потом вернулся к отцу. Он всё ещё ждал.

— Ну... пытаюсь, — пробормотала, неуверенно пожав плечами.

Король приподнял бровь.

— Пытаешься приручить дракона? — усмехнулся он. — Смело. Только смотри, не окажись прирученной сама.

Я опешила, но он уже продолжал более мягче:

— Ладно, это все старческое ворчание. Просто помни — с этим «подарком» всё может быть не так просто, он не похож на остальных. И если между вами что-то происходит — не спеши делать выводы. Присмотрись. Но не бойся.

Правитель встал и чуть повернулся к окну, словно собираясь завершить разговор, но всё же добавил:

— И не стоит чувствовать себя одинокой. Особенно с такими… необычными спутниками.

Я вышла из кабинета медленно, почти на цыпочках, словно боялась спугнуть это странное послевкусие от разговора.