Братья - Алёна Шахнина

Я поднял Настю на руки, соображая, что делать. Мысли роем кружились в моей голове, предлагая медпункт, но он уже был закрыт. Скорая, точно, надо звонить 112 и как можно быстрее!

Я сел на лавочку, удерживая Настю одной рукой на своих ногах, достал телефон, набрал номер. Отвечали слишком долго, издевательски долго. Потом задавали вопросы, а я кричал в трубку, торопил. Меня одолевала паника, пока диспетчер спрашивал глупые вещи вместо того, чтобы сразу отправить машину. Наконец «вызов принят, ожидайте», но легче не становилось.

Надо встретить врачей, сказать вахтеру, чтобы проводили. Воду, нашатырь, одеяло… Я столько мыслей никогда не думал одновременно! Мне казалось, что я сам уже на грани обморока, пока силой не заставил себя успокоиться.

Схватил телефон, набрал старшего.

— Тимур, срочно в институт, надо скорую встретить и в спортзал привести! Быстро!

И отклонил вызов. Крепче прижал хрупкую, худую Настю, и концентрировался на ее спокойном, ровном дыхании. Смотрел на бледное лицо, гладил по волосам и ждал. Мысленно торопил врачей, умолял их приехать быстрее, сделать хоть что-нибудь, чтобы она очнулась.

Тимур примчался быстрее врачей, словно стоял за дверью.

— Что случилось?

— Не знаю, в обморок грохнулась, — сказал я с дрожью в голове. — Притащи с раздевалки мат, уложить ее нужно. Давай, Тимур, не стой!

Брат выволок из раздевалки мат, разложил на полу, и я аккуратно, как самую важную драгоценность, уложил Настю. Она шевельнулась, веки дрогнули, что-то буркнула. Потом повернулась на бок, положила ладонь под щеку и поджала ноги. Я облегченно выдохнул. Сидел с ней рядом на полу, смотрел, как она из обморока провалилась в сон.

Бедная, это как нужно было измотать себя, чтобы довести до такого состояния. Что происходит в ее жизни, что она уже не выдерживает.

Тимур сел рядом со мной, и мы молча наблюдали за Настей. И тут она резко открыла глаза и уставилась на нас. Смотрела то на меня, то на брата.

— А вы что делаете в моей комнате? — тихо спросила она. — Братья, вы меня с ума сведете, почему я постоянно вижу вас.

Мы с Тимуром переглянулись и не нашлись, что ответить. Настя повернула голову, посмотрела вокруг себя и закрыла лицо руками.

— Я что, в обморок рухнула?

— Да, — сказал я. — Сейчас врачи приедут.

— Не надо врачей! — воскликнула Настя и резко села. — Я в порядке!

Тимур аккуратно, но настойчиво надавил ей на плечи и заставил лечь обратно.

— Вот врачи приедут и скажут в порядке или нет. А пока ты лежишь и не встаешь.

Настя возмущенно фыркнула и уставилась в потолок. Лежала молча, рассматривая светильники и плитку. Интересно, о чем она думает? Или о ком? Ненавидит, наверное, нас, что мы ее заботой душим, но придется терпеть.

Врачи приехали не так быстро, как хотелось бы, и сразу приступили к работе. Я рассказал о случившемся, они измерили давление, температуру, посмотрели глаза, кожу и вынесли вердикт:

— Давление и температура низкая. Слизистые сухие. Признаки истощения. Ты как питаешься? — сказал седой взрослый врач.

— Нормально, — неуверенно произнесла Настя и посмотрела на меня.

— Нагрузки?

— Учеба, спорт. Ничего особенного, — сказала она и снова кинула в меня стыдливый взгляд.

— Снимай кофту, кардиограмму снимем.

Настя не двинулась и продолжила сверлить меня взглядом. Не сразу, через пару секунд я понял причину ее взгляда, толкнул Тимура, и мы ушли в раздевалку.

— Слушай, ты можешь как-то у директора выбить талон на бесплатные обеды в столовой? — спросил я у брата. — Пусть это будет помощь тем, кто участвует в твоем движении.

— Да, думаю это реально, — ответил Тимур и облокотился на стену.

— Сделай. От нас она помощь не примет, а так это вроде награда за ваши волонтерские дела.

Брат кивнул и уставился в стену пустым взглядом. Я хотел у него спросить — он до сих пор видит в Насте шпиона, до сих пор думает, что она притворяется или нет. Но не стал. Сейчас это не имело значения. С этим мы разберемся позже, а пока важно помочь так, чтобы она не смогла отказаться и не чувствовала стыда.

Врачи что-то заговорили, и я аккуратно выглянул в зал. Настя уже натянула кофту и сидела на мате.

— Мы тебя можем забрать в больницу, проколем глюкозу, витамины. Неделю полежишь, отдохнешь, — сказал врач.

— Нет, в больницу я не поеду, — отпиралась она.

— Значит, наладить питание. Чтобы в рационе были не только чипсы, как вы любите, а мясо, крупы, овощи. Больше отдыхать и спать.

— Хорошо, — тихо ответила она.

Мы проводили врачей, поблагодарили их, а Настя уже за это время поднялась с пола и выглядела почти бодрой. В руках она держала кофту Тимура, и протянула ему, когда мы подошли.

— Оставь пока, сейчас обедать поедем, а там холодно, — сказал брат.

— Не, ребят, я в общагу. Вы же слышали — мне надо отдыхать, — отпиралась она.

— Вообще-то ты мне кофе за победу обещала, — напомнил я. — Так что сначала обед, а потом отдых.

Настя снова протяжно, со стоном вздохнула, надела кофту и схватила с пола рюкзак, который я тут же у нее забрал. С одним она еще могла спорить, а с двумя точно не имело смысла.

Глава № 12

Настя

Из всех моментов, когда мне было стыдно, этот смело занимает первое место. Лежать без сознания перед чужими людьми, слушать, как врач при них говорит об истощении. Господи, ну за что мне это? Но теперь я поняла важную вещь: надо прекращать голодовать. Больше такого позора я не выдержу.

И вот они оба здесь. Смотрят с беспокойством, даже у холодного Тимура взгляд поменялся. Жалость… Эта ненавистная мне жалость. Но злиться не было сил. Бороться с ними — тоже. Два упертых барана, давящих своей заботой, и не понимающих, что рядом с ними я чувствую себя слабой. А я не имею права быть слабой, пока не забрала брата.

Я укуталась в кофту, даже не пытаясь сопротивляться. Позволила Матвею забрать свой рюкзак и мягко подтолкнуть на выход. И я пошла. Твердым, уверенным шагом, будто это было мое решение позвать меня в кафе.

В машине братья начали обсуждать, куда поехать. Спрашивали у меня, говорили названия кафе. А я откуда знаю? Я знаю только два места: в одном была в детстве, во втором работаю сейчас. Все остальные названия для меня пустой звук.

Наконец, они что-то