Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова

собирать сундук.

Сайвера вспомнила.

Тот день.

Комната в доме Альфы.

Два сундука.

Шкатулка матери.

Бабушкин нож.

Она действительно открывала старый мешочек? Нет. Тогда ещё нет.

— Ключ был в мешочке.

— Мешочек однажды выпал из шкатулки несколько лет назад. Ты ругалась, потому что рассыпались пуговицы. Я помогал собирать.

Сайвера медленно прикрыла глаза.

— Я этого не помню.

— Я помню.

— Это становится раздражающей привычкой.

— У каждого свои недостатки.

Она забрала жетон.

— Тесса принесла вторую половину.

Торвейн застыл.

— Что?

— Через дверь. В ночь, когда появилась здесь.

— И ты решила сказать мне только сейчас?

Вот.

Знакомый тон.

Сайвера откинулась на спинку стула.

— Осторожнее.

Он остановился.

Провёл ладонью по лицу.

— Хорошо. Почему ты решила не говорить раньше?

— Потому что не понимала, что это означает.

— А теперь понимаешь?

— Нет.

— Значит, ничего не изменилось.

— Изменилось.

— Что?

— Ты.

Торвейн замолчал.

Сайвера сама удивилась собственной прямоте.

— Немного, — добавила она. — Не делай выводов.

— Не буду.

— И половина жетона всё равно не твоя.

— Понял.

— И Тессу ты не будешь расспрашивать без неё.

— Без кого?

— Без Тессы.

— Я собирался сказать «без тебя».

— Вот поэтому я уточнила.

Торвейн покачал головой.

— Невыносимая.

— Мы уже обсуждали.

— Помню.

И снова эта опасная улыбка.

На этот раз Сайвера отвернулась раньше, чем она успела сделать вечер слишком похожим на прошлое.

Дождь вернулся после полуночи.

Не сильный, но ровный.

Торвейн несколько раз посмотрел в окно, прежде чем Сайвера спросила:

— Ты собираешься ехать?

— Собирался.

— Дорога до старого моста после такого дождя будет плохой.

— Я проеду.

— Разумеется. Ты же Альфа. Грязь обязана расступиться.

Он усмехнулся.

— Фрайна бы проехала?

— Фрайна умнее тебя и осталась бы в конюшне.

Торвейн поднялся.

— Тогда я…

— Комната стоит четыре монеты.

Он остановился.

— Что?

— Если собираешься ночевать.

— Ты берёшь с меня деньги?

— С остальных беру.

— Я помогал весь день.

— Иврей записал, что бесплатно.

Торвейн посмотрел на книгу заказов.

Сайвера едва удерживала серьёзное лицо.

— Три.

— Четыре.

— Я таскал дрова.

— Ты проиграл Иврею четыре заказа.

— Это не имеет отношения к цене комнаты.

— Именно. Четыре.

— Три и я завтра помогу мастеру с крышей.

— Ты не мастер.

— Зато могу держать доски.

— Четыре.

— Ты ужасный торговец.

— Зато ты всё ещё здесь.

Торвейн достал четыре монеты.

Положил на стойку.

— Запиши.

Иврей уже спал.

— Завтра.

— А если забудешь?

— Я?

— Справедливо.

Сайвера взяла ключ от восьмой комнаты, одной из тех, которые Тесса сегодня подготовила.

— Постель там временная.

— Я переживу.

— Окно заедает.

— Я умею открывать окна.

— Не уверенa. Сегодня ты едва разобрался с ведром.

— Сайвера.

Она протянула ключ.

Торвейн взял.

И снова их пальцы оказались рядом.

На этот раз он коснулся её едва заметно.

Случайно.

Наверное.

Торвейн сразу отступил.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Он поднялся.

Сайвера осталась за стойкой.

Слушала шаги.

Дверь комнаты наверху.

Тишину.

Её бывший муж впервые ночевал в её доме.

Не как хозяин.

Не как Альфа.

Как гость, заплативший четыре монеты.

Сайвера почему-то обнаружила, что улыбается.

И немедленно перестала.

— Ничего смешного.

Трактир, к счастью, не ответил.

Разбудил её стук.

Сайвера открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно.

Дождь.

Ветер.

Старый дом.

Она почти убедила себя, что звук пришёл с крыши.

Тук-тук.

Нет.

Сайвера села.

Тринадцатая дверь.

Она быстро накинула платье, взяла фонарь и вышла в коридор.

Тесса уже стояла возле своей комнаты.

— Опять.

— Я вижу.

Иврей появился следом.

— Третья?

— Похоже.

— Может, не открывать? — спросила Тесса.

Сайвера посмотрела на неё.

Девочка коснулась жетона под рубахой.

Вопрос был не трусостью.

Скорее попыткой понять, обязаны ли они каждый раз принимать то, что приносит неизвестная дверь.

— Если там кто-то просит войти, сначала выслушаем, — сказала Сайвера.

— Право Порога, — тихо произнёс Иврей.

— Наверное.

Сзади открылась ещё одна дверь.

Торвейн вышел в коридор уже одетый, словно действительно не спал глубоко в чужом трактире.

Он посмотрел на троих.

Потом на тёмную дверь в конце коридора.

— Снова?

— Ты заплатил всего четыре монеты, — сказала Сайвера. — За спокойную ночь доплата отдельно.

Он подошёл.

— Сколько?

— Решу утром.

Тесса фыркнула.

Стук повторился.

На этот раз сильнее.

Сайвера подняла фонарь.

Из-под двери не шёл свет.

Зато за ней что-то двигалось.

Не один человек.

Она различила шорох, тяжёлое дыхание и очень тихий детский голос:

— Руэн…

Сайвера взялась за ручку.

Торвейн шагнул ближе.

— Подожди.

Она повернула голову.

— Что?

— Я открою.

— Почему?

— Мы не знаем, что там.

— Именно поэтому это мой Порог.

— Это не ответ.

— Для меня ответ.

Они уставились друг на друга.

Тесса тихо сказала Иврею:

— Сейчас начнут.

— Уже.

Сайвера не обернулась.

— Дети.

Оба замолчали.

Торвейн сжал челюсть.

— Я не пытаюсь тобой командовать.

— Очень похоже.

— Я пытаюсь встать первым, если с другой стороны опасность.

Сайвера остановилась.

Вот это было уже другое.

Не «отойди».

Не «я решил».

Он объяснил.

И оставил ей выбор.

— Хорошо, — сказала она. — Но открываю я.

Торвейн кивнул.

Он встал рядом, чуть впереди, но не заслоняя дверь полностью.

Сайвера повернула ручку.

Холодного леса за порогом не было.

Не было и кладовой Тессы.

На этот раз дверь открылась в маленькую деревянную комнату. По стенам тянулись грубые полки, почти пустые. Единственное окно было заколочено досками. На полу стоял дорожный мешок.

У дальней стены находились двое детей.

Старший мальчик — лет четырнадцати или пятнадцати — сидел, прислонившись к стене. Тёмные волосы падали на лицо, а серо-карие глаза смотрели на открывшийся проход с таким выражением, будто он ожидал от любой неожиданности только худшего.

На руках у него спала маленькая девочка.

Лет шести.

Светлые волосы были заплетены в две неровные косы, одна почти распустилась. На коленях у девочки лежала деревянная фигурка волка с обломанным ухом.

Мальчик поднялся.

Не выпуская сестру.

— Кто вы?

— Сайвера, — ответила она. — Это «Старый Порог».

Он изменился мгновенно.

Не расслабился.

Наоборот, напрягся ещё сильнее.

— Порог?

— Да.

— Настоящий?