Мы нарушаем правила зимы - Ксения Шелкова

Жители скита молчали. Всеслав нутром чуял их враждебность — но не накинутся же они на государя обращённых вот так, с факелами! Они несчастны, оборваны и злы, но пока не безумны! А тем временем молчание затягивалось.

— Я должен видеть княгиню Велижану. — Всеслав отодвинул в сторону ближайшего к нему юношу с факелом и быстро зашагал вперёд. Напасть они всё равно вряд ли осмелятся.

Толпа безмолвно следовала за ним, будто народ боялся, что он пойдёт не к Велижане, а куда-то ещё. В дверях Всеслава встретила не знакомая ему девка-прислужница, а какая-то пожилая баба. Она испуганно глянула на государя и юркнула в неприметную дверцу под лестницей.

Велижана ждала в своей горнице… Она была ещё более подавлена и растеряна, чем даже после смерти мужа. Едва увидев Всеслава, она вскочила, отворила окно и, увидев внизу своих людей, коротко приказала им расходиться. «Оборотни поневоле» все, как один, опустили головы, но с места не двинулись. Княгиня вынуждена была повысить голос на соплеменников, чего обычно старалась избегать.

— Делом займитесь, ну! — скомандовала им в окно Велижана. — Дрова пора готовить: осень уж скоро! Фрукты-овощи собрать надо, хлев не помню когда чистили?! Девки, а вы — быстро в дом, за работу! Одёжу всем на зиму кто чинить будет?!

Она затворила ставни и в изнеможении присела на лавку.

— Ты уж прости их, государь. Что ни день, всё хуже!.. — Велижана горько махнула рукой.

— Где Велимир?! — повторил Всеслав свой вопрос.

Велижана поманила его рукой, и они вместе вышли из просторной горницы в маленькую боковую комнатушку. Там, на застеленной лавке лежал на сенном тюфяке сын Велижаны, укрытый тонким шерстяным покрывалом. Всё лицо его было в кровоподтёках и синяках, губы разорваны, волосы выдраны клоками… Велимир с трудом приподнял веки, остановил бессмысленный, затуманенный взгляд на Полоцком — и снова закрыл глаза.

— Я пришлю сюда лекаря, из моих, — коротко пообещал государь. — Зачем же сразу за мной не послали?!

— Я не знала, что они… Не думала, что он останавливать их сам решится… Если бы заподозрила, да разве же я бы такое допустила?! — Велижана закрыла лицо руками; сквозь загорелые, сильные пальцы просочились слёзы. Она опустилась на колени перед сыном и прижалась лбом к его покрытой незажившими шрамами руке.

Полоцкий, несмотря на протесты Велижаны, всё-таки осмотрел Велимира сам. Похоже, что повреждения были серьёзными: несколько переломов рёбер и руки, внутреннее кровоизлияние, а также удары по голове… Молодому оборотню досталось сильно, но он имел все шансы выжить — если Всеслав вовремя пришлёт своего лекаря из Волчьего Стана. И если Велимир не станет вставать и снова затевать рискованные эскапады.

— Всё будет хорошо, княгиня, твой сын непременно поправится, — Всеслав осторожно поднял Велижану с пола и вывел из комнаты. — Как только я покину вас, отправлюсь к себе — лекарь скоро будет здесь. Только вы уж не набрасывайтесь на него с порога!

Он, разумеется, шутил, чтобы хоть как-то вывести Велижану из состояния тоскливого страха, но женщина с ужасом вскинула на него глаза.

— Не гневайся на них, государь, молю, не гневайся! От недомыслия это они, не нарочно!

— Да ничего и не произошло! — успокоил её Полоцкий. — Давай-ка сядем спокойно. А что у вас-то тут было? Пятеро из скита сбежали, правильно я понимаю? Где они сейчас?

Прошлый разговор Велижаны с государем подслушала девка-прислужница — весьма бойкая, пригожая и сметливая. Она рассказала всё это своему дружку из племени с тем, чтобы решить, что делать с полученными сведениями. Тот же, в свою очередь, поделился ими с тремя приятелями — среди которых оказался и Велимир.

И додумались они до того, что, мол, княгиня Велижана с помощью государя Всеслава нарочно решили несчастное племя взаперти держать. Зачем? А чтобы окончательно их в зверей превратить и собаками своими сделать. Вот у Всеслава уже есть такой один — Данила-пёс. Предан он государю, точно сторожевой пёс всамделишный, на цепи сидеть готов и на поводке бегать.

А потом будут они, Велижана с Всеславом ими, оборотнями, управлять, как скотиной бессловесной. То-то они их к людям не выпускают, грозятся: «Нельзя, мол! Люди, мол — враги, если что, не пощадят!» А сами их скоро поработят окончательно и будут измываться вволю…

Велимир, хоть и был зелёным юнцом, а выслушав, назвал сказанное чепухой. Дескать, глупая девка что-то не дослышала, поняла не так — а теперь они на его мать, да на государя наговаривают. И пообещал, что ничего Велижане не расскажет, если друзья выкинут эту чушь из головы. Остальные покосились на него недоверчиво, да вроде бы согласились. Только вот переглядывались между собой как-то странно…

Велимир поймал их, когда поздним утром, пока прочие оборотни спали, готовились его друзья уйти из скита к людям. Была среди них Велижанина прислужница со своим дружком, да ещё двое парней и девушка. Велимир попытался остановить их, но все пятеро разом свирепо набросились на сына княгини и едва не порвали в клочья. И ушли — проснувшиеся к вечеру оборотни уже и следа их не чуяли.

— Так, — без всякого выражения произнёс Всеслав. — Что с ними теперь?

— А закопали их поселяне, за оградой кладбища. Как они пришли, да обратно в волков перекинулись… Там сразу и доведались, кто пожаловал. — Велижана до крови прикусила губы.

— Ясно.

Всеслав долго молчал, бессмысленно глядя в темноту за окном. Их и так оставалось всё меньше, а он, занятый своими печалями и тревогами, тоской о Злате, светской жизнью, заботами о поместьях, то и дело забывал об этих несчастных… Но и он ведь не может сидеть здесь и охранять их, как тюремщик? Если его и Велижану уже заподозрили бес знает в чём!

— Я не знаю, что сказать, княгиня… Худой оказался из меня государь. Если рано или поздно ещё кто-нибудь вырвется отсюда, то и тех ждёт смерть. Нельзя им к людям вот так — а молодые всё никак понять не могут!

— А помнишь, ты мне про Злату свою рассказывал, да не договорил? — Велижана уже не рыдала и не кусала губы, а задумчиво перебирала какие-то вещи в сундуке, стараясь не глядеть на государя. В голосе её зазвенела безумная надежда. — Пока тебя тут не было, мне тоже припомнилось кое-что о Злате, и о ведьме, что нас обратила. Я о ней ничего не знала много лет, да муж мой, Ждан, перед смертью поведал. Вот я и раздумывала…

Всеслав поражённо уставился на княгиню оборотней.

— Да разве они как-то связаны, Злата моя и ваша ведьма?