Русалка Асфальта - Ладиса Крегер

столику, подтаскивая подносы с разнообразными преимущественно рыбными явствами. Понять кто из гостей нуждается в телохранителе не представлялось возможным. Равно как и опознать тех, кто предлагает нанимателям свои услуги.

— Я сказал, а ты услышал, кусок Обочины. Или ты хочешь пойти наперекор нашей глубокоуважаемой ведьме?

— И сколько стоит ее независимая оценка? — скривился Кир.

— Как договоритесь, — толстяк кивнул в сторону лестницы на второй этаж. — Вам туда, падаль.

Мой спутник дернулся, но я потянула его за собой.

— Все хорошо, — сказала примиряюще. — К ведьме так к ведьме. — Я и впрямь была не против перекинуться парой слов с местной ворожеей.

Если учитывать мамин опыт, то может общение с ней все-таки приблизит меня к разгадке тайны возвращения к нормальной человеческой жизни?

— Все вышибалы одинаковы, — проворчал Кир, поднимаясь по старым рассохшимся ступеням. — Я и не знал, что в Гайке ведьма сменилась. Интересно, куда делась старая?

Лестница заканчивалась на площадке с единственной дверью. Из изрезанной ножом обивки торчали пружины.

— Гхм, — Кир осторожно постучал.

Вернее, попытался постучать, так как дверь распахнулась раньше, чем он коснулся ее.

Кабинет ведьмы больше напоминал логово провинциальной гадалки. Приглушенный зеленый свет, волны ткани под потолком и отчетливо-тракторный запах солярки.

Мы так и остались стоять на пороге. Продвижение дальше представлялось крайне затруднительным: почти на каждом клочке пространства впереди нас стояли бутыли, кувшины, сосуды и иные стеклянные емкости. На полу, на полках, на стульях, на круглом столе в центре комнаты под бархатным балдахином. Разве что на потолке их не было.

— Осторожно, — предостерег Кир, когда я едва не сшибла ногой пустой хрустальный графин. — Это может быть ловушка. Ведьмы обожают разные пакости. Сейчас разобьешь что-нибудь, и она закабалит тебя в рабство лет на пятьсот!

— Может?

— Запросто!

Я поежилась. В рабство мне не хотелось.

— Есть кто дома? — шагнув вперед, вопросил Кир.

Я двинулась за ним, но едва мы целиком вошли в кабинет, входная дверь захлопнулась, отрезав нас от доносящегося с первого этажа шума.

— Вот хряк паршивый, — обозвал Кир направившего нас сюда вышибалу, обнаружив, что дверь заклинило. — Ему не поздоровится, если он повстречается мне!

— Может нам все-таки стоит разбить парочку бутылок? — тихо сказала я.

— Шутишь?

— Посмотри в дальний угол. Похоже этот несчастный так боялся ведьму, что так и не рискнул сдвинуться с места.

В углу валялись кости. Вероятно — человеческие: реберная коробка, какие-то черепки. В этот момент балдахин над нашими головами дрогнул и стал опускаться. Только сейчас я заметила, что ткань покрыта какой-то бурой слизью.

Это хищник, поняла я. И, поддавшись какому-то наитию, сорвала с запястья часы.

— Возьми, — сказала, кладя на стол когда-то отобранный у аварийщика по прозвищу Хром массивный хронометр. — Твой охранник сказал, что с тобой можно договориться!

Балдахин замер, прекратив перерождение во что-то крайне неприятное.

— Можно, — прозвенел стоящий на шкафу лазурный кувшин. — Что вам нужно?

Мы с Киром переглянулись.

— Проклятая ведьма, — выдохнул парень.

— Но-но-но, — предостерегла со стола керамическая бутыль. — Не боишься лишиться языка в следующем Столкновении?

— Простите, госпожа ведьма, — поспешил принести извинения сомоусый аварийщик. — Мы хотели бы предложить свои услуги гостям вашего прекрасного заведения, но нам сказали, что перед этим нам необходимо обратиться к вам за оценкой.

— А как ты себя сам оцениваешь?

— Я аварийщик и я… хм… хорош.

— И в чем ты же хорош?

— В боях с врагами!

Кир выпятил грудь и продемонстрировал мускулы. Они и впрямь впечатляли. Обитание под водой определенно укрепляло мышцы.

Но вердикт кувшина был безжалостен:

— Ты прошел сквозь восемь тысяч восемьсот девяносто два Столкновения, но ты всего лишь досадная помеха на пути своей спутницы, аварийщик. Нам не о чем с тобой разговаривать.

Глаза парня сузились.

— Твоя цифра почти верна, а, значит, ты и впрямь сильная ведьма, раз способна заглядывать в прошлое. Поэтому, пожалуй, я воздержусь от комментариев. Но я так-то не за разговорами сюда пришел, а за биркой. Она нам нужна, чтобы наняться в телохранители!

— Если тебе она так нужна, то возьми ее сам, — прозвенел с книжного стеллажа покрытый пылью бокал, в котором я разглядела множество бумажных комочков.

Бирки, наверное. Или еще какая-то ловушка. Кир засмеялся, но принял вызов. Чтобы добраться до цели ему предстояло пересечь всю заставленную сосудами комнату.

Парень храбро двинулся вперед.

— А ты? — обратился ко мне графин. — Ты ведь не русалка, верно?

Звякнул хрусталь. Кир замер как вкопанный.

Стало обидно. Сильно.

Я вдруг подумала, что не будь я дочерью русалки, он бы не решился бежать со мной. Я сжала кулаки. Предложила:

— Скажите сами. Вы ведь ведьма.

— Ты была русалкой, — насладившись паузой, объявил лазурный кувшин.

Аварийщик встрепенулся.

— Значит, все правда?

— Я тебе говорила, — зло бросила я.

В сердце вспыхнула обида. Захотелось поднять крик, дать волю эмоциям, налететь с кулаками на сомоусого парня, оскорбившего меня недоверием.

Но я взяла себя в руки.

— Я была русалкой. А потом перестала ей быть.

— И все же ты опять здесь, — подал голос хрусталь. — И чего же ты хочешь?

— Чего же ты хочешь? — хором пропело стекло.

— Я хочу вернуться домой.

— Ты вернешься, — звякнул бокал. И пузатая фляга из мутного зеленого стекла добавила из-под стола: — Обязательно.

Я уставилась на нее. Она стояла в самом центре комнаты, вроде бы в самом низу, но в то же время своим привилегированным положением словно бы возвышаясь над остальной посудой. Не сводя с нее глаз, я спросила:

— Вы поможете? Вы знаете заклятье?

— Заклятье?

— Да. Чтобы стать человеком.

— Дело не в заклятье.

— А в чем?

— Дело в том, что ты все еще в Столкновении.

— Ее Столкновение давно закончилось, ведьма! — влез в разговор Кир. — Она, как и я, сбежала с места аварии!

— Хи-хи, — прогудела фляга.

— Ха-ха, — прозвенел кувшин. И с укоризной добавил: — Ты очень глуп, аварийщик. И лучше бы тебе помолчать. Для тебя, дочь русалки, еще ничего не закончилось. И не закончится, пока ты жива и можешь бороться. Твое Столкновение, Ладиса, в самом разгаре. И, как всякое большое сражение, состоит и будет состоять для тебя из множества маленьких битв, поединков, в каждом из которых тебе необходимо одерживать верх.

— Скажу проще, — проворчала фляга, — вся Аварийка и есть твое Столкновение. Один большой лабиринт дорог, выбраться из которого ты сможешь лишь преодолев все расставленные на твоем пути домой ловушки, преграды и опасности. И это не только акулы, пираньи и смерчи. Любая ситуация и любое событие все здесь есть битва.

— Абсолютно любая ситуация?

— Даже эта наша беседа.

— Типа я должна победить в беседе, словно это сражение? — напряглась я,