Эхо флейты из Гаммельна - Наталья Николаевна Александрова

— Спокойно! Я с ними обоими договорюсь!

Я осторожно высунула голову из-за занавески и оглядела двор. Воскресенье, раннее утро, народу совсем не было. Но кто-то выглядывал из-за угла противоположного дома.

— Алиска, глянь-ка, никак твой никуда не ушел?

Алиса вытянула шею, как черепаха из панциря, и тут же испуганно отшатнулась.

— Говорила же, что он ни за что не отвяжется! Нужно трекер выбросить!

— Не нужно. Сядь и успокойся.

Я позвонила Антону, и через пять минут под дверью негромко рыкнули.

Маркус был сама вежливость. Он вошел в квартиру и чинно уселся на пороге, склонив голову к плечу. Я рассказала про свой план, включив громкую связь, чтобы слышал Антон наверху. Потом снова выглянула в окно и увидела, что Алисин муженек маленьким шагами передвигается к нашему подъезду. Одет он был аккуратно, видно, дома побывал, душ принял, брюки рваные выбросил, другие надел…

— Пора! — сказала я.

Дальше все пошло по плану. Я оделась, пока Алиса следила из окна. Маркус все понял и делал все как надо. Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула на лестницу. Было тихо, лифт не работал, и я услышала едва слышные шаги.

Вот как, значит, решил не пользоваться лифтом. На что он рассчитывает? Будет звонить в квартиру, пугать Алису… Ладно, облегчим ему задачу.

Шаги слышались совсем близко. Я с шумом вышла на площадку, нарочно громко топая, и крикнула:

— Алиска! Дверь за мной закрой! Алиска! Не слышит, дрыхнет засоня! Ладно, я ненадолго…

И я побежала вниз по лестнице, никого по дороге не встретив, очевидно, этот тип спрятался в закутке у мусоропровода.

Я разговаривала с Алисой, которой на самом деле в квартире уже не было.

Очень удачно, что окна моей квартиры смотрят на разные стороны и балкон выходит как раз не во двор, а на пустырь, где летом-то еще ходят собачники и люди, которые хотят срезать дорогу к автобусной остановке, а зимой там и вовсе не пройти. Снег, ясное дело, там никто не убирает, а только еще и сваливают с дорожек.

Пока я топталась у двери, убедившись, что маньяк уже в подъезде, Алиса вышла на балкон и в считаные минуты взлетела на верхний этаж, пользуясь веревкой, которую Антон привязал к своим перилам. Она-то утверждала, что и без всякой веревки легко справится, но мы решили не рисковать.

Не знаю, что подумал ее муженек, узнав, что эта дура, то есть я, оставила дверь открытой и ушла, а Алиса спит. Наверно, решил, что сама судьба ему помогает.

Дальше я могу только предполагать, потому что Маркус, конечно, пес замечательно умный и понимает человеческую речь, но разговаривать не умеет.

Значит, этот тип очень осторожно приоткрыл дверь моей квартиры. Вошел и тут же тихонько закрыл ее за собой, опасаясь любопытных соседей. Думаю, он понимал, что сильно рискует, все-таки квартира чужая — заметят, поймают, в полицию сдадут… Но ничего не мог с собой сделать, ему необходимо было найти Алису.

Как она посмела сбежать от него? Он этого так не оставит. Он найдет ее, вернет домой, а там уж… там уж он научит ее, как должна себя вести покорная жена.

В квартире было тихо. Не играло радио, не лилась вода в ванной, даже холодильник молчал.

Очень тихо, мелкими, крадущимися шажками муж Алисы пересек прихожую. Квартира была небольшая, однокомнатная, в прихожую выходили три двери. Он заглянул на кухню — никого, только ужасный беспорядок. Ну да, две девицы-лентяйки, эта, вторая, наверняка такая же, как Алиска.

В ванной тоже никого не было, значит, Алиска спит.

Он снял теплую куртку и аккуратно повесил ее на вешалку в прихожей, после чего засучил рукава и решительно вошел в комнату.

Там тоже был легкий беспорядок. И на кровати кто-то лежал, накрывшись с головой одеялом.

Это хорошо, что она спит, мелькнула мысль. Будет легче с ней справиться.

Он пересек комнату, глубоко вдохнул и сорвал одеяло со спящей, как он думал, жены. Он еще раньше решил, что не будет кричать и грубить, он будет разговаривать с ней вежливо, даже ласково, так она еще больше испугается.

— Алисочка, — скрипучим, мерзким голосом проговорил он, — пора вставать!

И только тогда посмотрел на кровать.

И вместо жены он увидел волосатую темную морду с торчащими ушами и огромной полуоткрытой пастью с внушительными клыками.

Не знаю, вспомнил ли Алисин муж при этом известную сцену из сказки «Красная Шапочка», когда девочка видит в бабушкиной кровати серого волка…

Маркус повернулся, как будто потягиваясь, и протянул лапы к Алисиному мужу, словно говоря: «Дорогой, ты уже пришел! А я тут заспалась немного…»

Нет, я, конечно, не могу утверждать, что так все и было, но верю в Маркуса. Он вообще замечательно артистичный пес.

Алиса говорила, что ее муженек боится собак до умопомрачения и ничего не может с собой сделать. Это фобия.

На мой взгляд, он вообще ненормальный и место ему в психушке самого строгого режима, но об этом потом.

Опять-таки я могу только предполагать, что было дальше.

В первый момент до Алисиного мужа не дошло происходящее, он отказывался верить собственным глазам. А когда дошло, то он скакнул от кровати к двери.

Все знают, что при виде агрессивной собаки не нужно делать резких движений — не нужно бежать, не нужно размахивать руками, кричать тоже не стоит.

Это если человек хоть что-то в данный момент соображает, а если у него фобия?

Маркус спрыгнул с кровати и оказался у двери гораздо раньше, чем Алисин муж успел туда добежать. И сел, наклонив голову и перекрыв выход. И посмотрел очень строго: мол, стоять на месте, а не то сам знаешь, что будет. Покусаю, да не просто так, куда придется, а могу откусить самое нужное. Так что стоять и не рыпаться!

Алисин муж застыл с поднятой ногой.

Я в это время подскочила к собственной входной двери и заперла ее, так что изнутри ее открыть можно было только ключом, которого у маньяка, естественно, не было. После чего с чистой совестью смоталась в пекарню за булочками, прихватила еще сливок для кофе и, вернувшись, поднялась на верхний этаж к Антону.

У него шикарная кофемашина, так что мы очень мило провели время, попивая кофе и пробуя разные булочки. Вообще-то я такое практикую нечасто, но раз уж сегодня такое утро выдалось, то можно на время забыть о весе.

Внизу было тихо; очевидно, Алисин муж внял предупреждениям Маркуса и вел себя прилично.

Опять-таки мы можем