Проклятие прабабки. Род одиночек - Анна Чернышева

Забежав за угол, Варя успела увидеть, как сваты – двое мужчин и женщина – сходят с нарядно украшенных лентами саней и заходят в Матрёнины ворота.

Один из них, наклонившись, чтобы не удариться о притолоку, оглянулся – и Варино сердце узнало сверкнувшие зелёные глаза, рыжий локон из-под шапки и наклон головы. Это сам председатель Матвей Ильич приехал свататься к счастливой Матрёне.

Глава 14

С колотящимся сердцем Варя вбежала в дом Матрёны вслед за сватами. Самой невесты видно не было, но гостья на правах давней подруги забежала в комнатку, где спала Матрёна, и не прогадала. Лидочка вертелась в своём жарком платке и рассматривала окружающих. Варя опустила её на пол и поздоровалась с Матрёной.

– Варька, ты пришла! – радостно пропела она. – А у меня видишь… конец девичьей жизни.

Матрёна пыталась изобразить грусть, полагающуюся в таких случаях, но удавалось плохо. По всему выходило, что невеста рада такому сватовству.

Варя молча обняла её и улыбнулась:

– Как же так, вы ведь не знаете друг друга?

– Почему не знаем? Батюшка давно знаком с Ильёй Андреевичем, и когда узнал, что его сына в нашу деревню председателем посылают, они сразу же и сговорились.

Варя слушала, пытаясь уловить суть. Безусловно, это брак был выгоден Матрёниному отцу. Он был зажиточным крестьянином, у него было несколько батраков, лошади, коровы, овцы, свиньи. Иметь в зятьях человека, представляющего власть, было очень дальновидно. Но не это соображение больно ударило по Вареньке. Она видела, что Матрёна очень довольна таким поворотом событий. Влюблена?

Жених хорош собой, молод, силён. При должности и в почете, навёл порядок за несколько дней. Варя бы и сама за такого пошла.

Скрыв заблестевшие глаза, она сказала:

– Матрёна, неужто сама замуж хочешь? Люб он тебе?

– Ну что ты такое говоришь, как можно! – притворно смутилась Матрёна и улыбнулась. – Я разве его знаю, чтоб он мне люб был? Будете замуж выдавать – буду плакать, как полагается.

У Вари упало сердце. Подругино кокетство лучше всяких слов показывало, что она довольна. Гостье стало жарко, и она стянула полушубок, размотала пуховый платок и осталась в красном бабьем платке, замотанном так, чтобы скрыть едва отросшие волосы на макушке. Матрёну позвали в горницу, на смотрины, а та потащила за собой Вареньку. Стыдливо опустив голову и не глядя на жениха, Матрёна прошла в комнату и села на край скамьи, потянув за собой подругу. Варя тоже потупила глаза и села рядом.

Жених, весело улыбаясь и не скрывая своего интереса, открыто рассматривал румяную и упитанную Матрёну. Она была одета по-праздничному: блестящий красный сарафан, отделанный тесьмой, несколько ниток бус на шее, богато расшитая повязка на лбу, с которой свисали нитки мелкого речного жемчуга. Толстая русая коса змеилась по груди, подчёркивая упругую полноту. Белые руки скромно сложены на коленях, длинные ресницы чуть подрагивают на румяных щеках.

Варенька, проследив глазами за взглядом Матвея, вдруг остро ощутила свою убогость рядом с этой пышущей здоровьем и красотой девицей. Она, блиставшая на вечерних чаепитиях в лучших домах Саратова и в Петроградских салонах, сейчас выглядела хуже, чем дочь какого-то крестьянина. И будто бы в насмешку оттеняла своей безобразностью цветущую молодость Матрёны.

Сама же Варя жадно разглядывала жениха. Его лениво-грациозную позу, обманчиво расслабленную. Он будто бы заполнял собой всё пространство избы и был её центром. Рыжие кудри лихо вились надо лбом, а насмешливый взгляд ощупывал невесту. Зелёные глаза смотрели весело и дерзко. Варя залюбовалась этим лицом, которое одновременно могло подойти и дворянину, и потомственному военному. Легкая рыжая щетина оттеняла скулы, а губы были на удивление полными для мужчины. Этот мужчина был красивее всех, кого она видела за свою жизнь. Но не красота манила её, а его властность, уверенность, самодовольство. Варя всей кожей чувствовала, насколько этот мужчина силён и притягателен.

– Ну что, невестушка, пойдёшь за меня? – ласково спросил Матвей у Матрёны, подавая ей руку. У Вари болезненно сжалось сердце при звуках его голоса. С ней он всегда разговаривал повелительно, неласково, отчитывая то за колдовство, то за самоуправство в лечении.

Матрёна подняла на него свои серые глаза и застенчиво улыбнулась:

– Это уж как батюшка велит, Матвей Ильич!

Все присутствующие в избе, кроме Вари, одобрительно загудели. Сваха расписывала отцу жениха прелести и умения невесты, а сами сговорённые украдкой разглядывали друг друга и не скрывали симпатии.

Варя почувствовала, как к горлу подкатывает комок и отвернулась. Закрыла глаза, глубоко задышала. Боль билась где-то в груди, лишая сил и воли. К ней подбежала Лидочка и забралась на коленки. Варя подумала, что контраст с Матрёной еще больше усилился: вот невинная красивая невеста, а вот страшная больная солдатская жена с ребёнком. Кто тебе милее, Матвей Ильич?

Работница тем временем метала харчи на стол. Варя, глядя на холодец – невиданная роскошь по нынешним временам – с трудом проглотила слюну. Вслед за мясным появились пироги, квашеная капуста, блины с мёдом, молочный кисель, нарезанный кубиками. Отец невесты достал кувшин с медовухой и бутыль мутного самогона.

– Угощайтесь, гости дорогие! Чем богаты, тем и рады, – тем временем зазывал сватов отец Матрёны. Позвали за стол и работницу с Варей. Та робела, но потом откинула робость и решила, что она заслужила хотя бы поесть как следует.

Жениха с невестой посадили рядом, те скромно сидели и украдкой поглядывали друг на друга. Они отлично друг другу подходят, – вдруг подумала Варя. Оба красивые, веселые, статные. Матрёна – чистоплотная, неиспорченная девушка, которая станет председателю отличной женой. Матвей же… он стал бы отличным мужем для любой женщины. От одного его взгляда у неё мурашки по коже. Как такой может не нравится?

Варя дрожащей рукой взяла кулебяку с мясом и неожиданно поймала презрительный взгляд Матвея. Он обжёг её, словно удар хлыста. Меньше всего она желала видеть жалость в его глазах. Рука её дрожала от слабости, а не от жадности, но не объяснишь же это за столом. Но жених уже отвёл взгляд и украдкой продолжил разглядывать невесту.

Варя вспомнила слова Мико: «Ты никого не любишь и никогда не любила». Усмехнулась про себя, подумав, что бы он сказал сейчас, увидев, как она вздыхает по жениху подруги. И тут её словно обожгло!

Всё опять повторяется. Она опять завидует другой женщине, засматриваясь на мужчину, который предназначен