Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

Началась суета. Девушки повскакивали со своих мест, принялись охать и ахать, глядя на Её Величество круглыми глазами. Кто-то торопливо подставил королеве стул, кто-то совал стакан с водой, кто-то обмахивал платочком. Один из господ драконов предложил позвать целителя, другой посоветовал принести нюхательные соли. В общем, все были при деле и обо мне забыли.

Пользуясь всеобщей суетой и тем, что Нарр и Стаур отвлеклись на происходящее, я попыталась отползти в сторонку. Попыталась, но неудачно – не успела я и шагу сделать, как над ухом прозвучало:

— Ку-уда, Милославич?! У тебя по расписанию допро-о-ос! — И, прежде чем я успела пикнуть, мир перевернулся с ног на голову. В прямом смысле.

Я оказалась лежащей животом на твёрдом плече Нарра, головой вниз, уткнувшись носом в его спину. А этот дознаватель-рикша, не моргнув глазом, понёс меня к выходу, будто охапку сена, а не живого человека.

— Пусти-и-и! — запищала я, дрыгая ногами в воздухе. — Пусти, гад!

— Молчи, Милославич! — «Гад» похлопал меня пониже спины, заставив задохнуться от злости. — И ногами не болтай – ещё повредишь что-нибудь ценное. Например, пирожки в своём кармане.

Из последних сил я подняла голову и увидела, как Стаур, идя следом, с невозмутимым видом жуёт прихваченную со стола пироженое. Ну хоть кто-то не теряет времени зря!

43

43

Моя макушка смотрела в пол. В живот, выдавливая из лёгких воздух и остатки достоинства, вдавливалось мощное плечо Нарра. Задыхаясь от ярости и неудобного положения, я изогнулась и треснула кулаком по его пояснице.

— Пусти-и-и! Пусти, гад ползучий! — запищала, беспомощно дрыгая ногами в воздухе.

На мои жалкие потуги освободиться он не обратил никакого внимания, только крепче сжал руки.

— Прекрати дёргаться, Аполлинария!

— Отпусти, уродина драконья! Я тебе не мешок с картошкой!

Ответом стал ещё один шлепок по моей многострадальной пятой точке. От неожиданности и унижения я аж поперхнулась, а сзади послышалось громкое покашливание.

Из последних сил я подняла голову и увидела, как Стаур, старательно делает вид, что подавился прихваченным со стола пирожным.

Нарр остановился и резко развернулся.

— Тебе что здесь надо? — прорычал так, что у меня по спине побежали мурашки.

— Допрашивать Милославич собираюсь, — невозмутимо ответил Стаур. — Дело-то ко мне относится.

Мужское плечо под моим животом ощутимо закаменело.

— Без тебя справлюсь! — ещё более злобно рявкнул Нарр. — Возвращайся в столовую и займись обедом, любитель сладкого! И не забывай, у тебя другое… меню!

Стаур ехидно усмехнулся:

— Не кипятись, Нарр. Я про своё меню помню. Но твой… объект… Тоже выглядит аппетитно. Особенно в такой пикантной сервировке. Не забудь поделиться впечатлениями от вкусняшки.

Нарр издал звук, напоминающий перемалывание гальки в дробильной машине, а мне захотелось провалиться сквозь землю. Стаур, насвистывая, пошел обратно к столовой, а мы снова тронулись в путь. Я возобновила свои тщетные попытки освободиться, колотя кулаками по мужской спине.

— Я тебя за это прищучу! По всем статьям! За самоуправство! За кражу личности! Я, между прочим, личность!

Ответом стало ещё один звонкий шлепок. От неожиданности я взвизгнула.

— Ах ты ж… Чудовище бесчувственное! Так с порядочными девушками не поступают! Отпусти! И что это за разговоры обо мне, как о вкусняшке? Вы офигели?!

— Успокойся, — раздался раздражённый ответ. — А то пирожки свои растрясёшь. Хотя, судя по хлюпающим звукам, с ними уже всё кончено.

От такой трогательной заботы о моих съестных припасах захотелось либо хохотать, либо рыдать. Я обессиленно замерла, только попыталась понять маршрут нашего движения. Куда дикарь меня тащит? В тюрьму? В застенки?

В нос ударил знакомый запах: сушёные травы и озон. Я повернула голову, осматриваясь, и едва не взвыла – Нарр притащил меня в лазарет! Решил исполнить мечту Шнобель и сгноить меня в нулевой палате?

Дракон распахнул дверь и, грохоча каблуками, потопал по полутёмному коридору. Откуда-то выскочила испуганная целительница. Громко ойкнула, увидев нас.

— Свободную палату мне! Чтобы закрывалась, и никто не мешал! — приказал дракон, не церемонясь.

Целительница показала пальцем на ближайшую дверь.

— Лаборатория… Пустует… Там удобно и замок имеется.

Не говоря ни слова, Нарр ввалился внутрь, поставил меня на пол и велел:

— Сядь и замри, Аполлинария.

Пошатываясь, я добрела до стула у стены и плюхнулась на сиденье. Схватилась за голову, пытаясь прогнать головокружение, и начала осматриваться.

Комната была заставлена шкафами со склянками, в углу потрескивал какой-то тигель. Пахло травами, химикатами и чем-то металлическим.

Прямо передо мной возвышалась высокая и длинная, покрытая бурыми пятнами каменная скамья. У изголовья и в ногах этого сооружения лежали толстые кожаные ремни со стальными манжетами на концах. «Точно, как стол для вскрытия в морге или кушетка в психушке, как их показывают в фильмах ужасов», — мелькнула у меня паническая мысль. Воображение немедленно нарисовало, как меня привязывают к этому и… Мамочки, неужели реально пытать будут?

Пока я в смотрела на кошмарную кушетку, Нарр встал возле двери, начал делать какие-то пасы, и вокруг дверного проёма заколыхалось голубоватое свечение. Перешёл к окну и проделал то же самое. Потом повернулся и начал медленно приближаться ко мне.

— Теперь нам никто не помешает поговорить по душам, Аполлинария Милославич.

Я вдавилась спиной в спинку стула и торопливо забормотала:

— Честное слово, я ничего не делала! Марник не толкала, магию не применяла, никому не вредила. Это всё поклёп и наговоры мэтры Шнобель: она меня ненавидит и готова на Аполлинарию Милославич всех собак повесить!

Не реагируя на мои оправдания, даже как будто не слыша меня, Нарр подошёл к моему стулу. Встал почти вплотную, так что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо, и наклонился. Глядя мне в глаза, произнес:

— Откуда ты взялась, Аполлинария, из какого мира? Или ты не Аполлинария?

Вот так... Кажется, моё притворство накрылось медным тазом, не успев толком начаться. И судя по ледяному взгляду «господина дракона», весёлого в моём положении уже ничего не будет.

44

44

— Из какого ты мира? — повторил Нарр, внимательно вглядываясь в моё лицо.

От страха я громко сглотнула: закончились мои попытки сойти за настоящую Аполлинарию. Вдруг в этом мире подселёнок в чужие тела на кострах сжигают?