Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

— Не спала? Кормила грудью? Молоком?! — в голосе дознавателя появилось недоумение.

Ой, в этом мире что – матери сами детей не растят? Или грудное вскармливание не практикуется? А может, у расы драконов дети из яиц вылупляются? Тогда конечно, откуда может взяться материнское молоко!

Бли-ин, опять я продемонстрировала незнание местных реалий! Надо завязывать общение с этим типом, который так и хочет разоблачить меня.

— Ладно, не хочешь говорить про королеву, не надо, не очень-то и интересно. — Я махнула рукой и вышла в коридор, надеясь поскорее сбежать.

— Стой, Аполлинария! Ответ на твой вопрос – нет. Ничего из тобой перечисленного нас с королевой Лукрелией не связывает, — догнал меня голос Нарра, когда я была уже в конце коридора. Он ещё что-то говорил, но я уже не слушала: вопрос закрыт – Нарр не король, раз Лукрелия ему не мать! Или все-таки мать, но он вылупился из яйца? Ладно, не буду заморачиваться...

Выскочив из лазарета, я почти бегом понеслась обратно к столовой – вдруг обед ещё не закончился, и удастся перехватить что-нибудь из еды? Прекрасное виде́ние, в котором передо мной стояли тарелки с салатиками, супчиками и котлетками с пюрешкой, заставило рот наполниться слюной и еще быстрее помчаться к вожделенному зданию.

Однако добежать до столовой не удалось: из кустов наперерез мне вышел принц Сарган. Караулил что ли?

— Аполлинария, — обрадовался при виде меня, — а я вас ищу!

— Зачем? — не придумала я вопроса лучше. Тут же спохватилась, вспомнив про манеры и вежливость. Чопорно вопросила: — Как себя чувствует Её Величество?

— Матушка пришла в себя, все хорошо. С ней сейчас мэтра Трюфлешнабель, а я отправился за вами… Хотел серьезно поговорить.

— Ой, — только и смогла я выдавить, машинально придерживая волосы, которые ветром бросило мне в лицо. — Поговорить о чём...?

— О происшествии в столовой и своём предложении, — принц рассеянно улыбнулся. — До начала вашего следующего занятия ещё есть время. Может, прогуляемся?

Понимая, что котлетки и салатики готовятся пролететь мимо, я взмолилась:

— А можно потом поговорить, немного попозже? Я хотела забежать в столовую – вдруг успею пообедать?

— Оттуда уже все ушли, и столы уже очистили, — огорчил меня Сарган. — Давайте пройдемся, Аполлинария?

— Ладно, тогда можно пройтись. Только давайте гулять в сторону места, где будет урок этикета, — уныло согласилась я. Снова пропускать занятие и нарываться на наказание не хотелось. — Вообще, я хотела сказать… Спасибо вам, Ваше Высочество, за то что… Ну, там, в столовой, поддержали меня. Это было так неожиданно и приятно!

Принц почему-то на мои слова начал краснеть. Ох, королевская кровь, мечта всех принцесс и пансионерок «Ласточки»! Ты должен быть суровым и бесстрастным, а смущаешься, как подросток на первом в жизни свидании.

— Я… Я... Прошу, зовите меня по имени, Аполлинария... И на самом деле я рад, что смог помочь, — пробормотал Сарган. — Надеюсь, Нарр не обидел вас?

— Вовсе нет. Задал несколько вопросов и отпустил, — чуть приврала я. — А кто он такой, этот Нарр?

— Почему вы спрашиваете? — Принц сбоку бросил на меня пристальный взгляд.

— Он задаёт беспардонные вопросы, — ответила я негодующе. — Как будто имеет на это право!

— Вообще-то, имеет. Нарр может задавать любые вопросы, и вы будете обязаны на них ответить, — после паузы ответил Сарган, вгоняя меня в тоску.

Значит, я не ошиблась, и Нарр какая-то важная шишка в карательной системе этой страны. Видимо, он не соврал, что расследует в пансионе заговор. И Аполлинария Милославич у него подозреваемая номер один…

— Пипец котёнку! — просипела я сквозь зубы, совсем забыв, что надо завязывать с земными фразочками.

Но принц, похоже, не заметил моего промаха. Остановился, взял меня за руку и осторожно пожал.

— Он может и арестовать вас, Аполлинария, у него для этого достаточно власти. Но… Если вы примете моё предложение, то Нарр ничего не сделает вам. Не посмеет.

— Какое предложение?!

— Взять вас под своё покровительство. Это обезопасит вас от любых посягательств Нарра или кого-то ещё.

— Что значит – вы возьмёте меня под свое покровительство? — поинтересовалась я агрессивно: ой, знаем мы эти мужские «благодеяния»! Спасибо, не надо! Содержанка без права голоса и личных желаний, во всём зависимая от прихотей «спонсора» – это вообще не мой вариант. Лучше я как-нибудь сама, сама… Тем более, пока у Нарра на меня ничего криминального, подтверждённого доказательствами, нет.

— Я… Я… Вы… Я хотел предложить вам, Аполлинария… — вдруг начал мяться принц, пока я испепеляла его взглядом. Ну понятно, понятно, можно не продолжать! Ваш аристократический изнеженный язык не в состоянии произнести мерзкое: «Будете моей любовницей». Но посыл и без слов понятен!

Пытаясь забрать ладонь из пальцев Саргана, я дёрнула к себе руку, но принц ее не выпустил. Наоборот, крепко сжал и твёрдо произнёс:

— Я предлагаю вам стать моей женой, Аполлинария!

48

48

В голове побежали чудесные картинки, как я, вся из себя принцесса в розовом платьюшке, гуляю под ручку с этим симпатичным парнем. Мило ему улыбаюсь, а он смотрит на меня с нежностью. Ведь муж должен смотреть на жену именно так?

Да, пусть будет нежность… В общем, он смотрит, и мы садимся на лавочку. Сарган целует мне сначала ручку, потом плечико, потом шейку, а потом… Потом из-за кустов выскакивает королева Лукрелия и с воплем: «Сынок, вот ты где!» мчится к нам. Решительно отталкивает меня и плюхается на лавку между мной и принцем…

Я тяжко вздохнула: боюсь, реальная история из моей жизни всегда будет стоять между мной и мужчинами. Мы с Костей пошли на первое свидание в парк, а незабвенная Костина маменька Аполинария Прокофьевна сумела отыскать нас. И в момент, когда Костя собирался поцеловать меня, с воплем выскочила из-за кустов…

Я потом долго-долго не позволяла Косте приближаться ко мне с поцелуями. Всё мерещилось, что сейчас на меня его мама прыгнет. Хорошо, хоть первая брачная ночь у нас с мужем прошла на Мальдивах, куда свекровь с её фобией самолётов, просто не могла добраться.

Но даже зная это, лишаясь невинности, я всё поглядывала на дверь. Боялась, что сейчас она распахнётся, и на пороге вырастет крепкая фигура Костиной мамочки…

— Что вы скажете, Аполлинария? — вернул меня в реальность