Между строк - Колин Гувер

– Что ты делаешь? – спрашивает Колдер.

– Раскладываю по алфавиту.

– Раскладываешь по алфавиту что? – уточняет Уилл.

– Все. Сначала я взялась за диски с фильмами, потом с музыкой. У тебя, Колдер, я расставила все книжки и игры. Те игры, названия которых начинаются с цифр, стоят первыми. – Показываю пальцем на лежащие передо мной карточки. – А это рецепты. Я нашла их на холодильнике. Сперва решила разбить по категориям: говядина, баранина, свинина, птица. А уже в этих категориях разложу по алфа…

– Ребят, а сбегайте-ка к Келу и скажите его маме, что мы вернулись, – произносит Уилл, не сводя с меня пристального взгляда.

Мальчики, не двинувшись с места, глазеют на ворох рецептов у моих ног.

– Живо! – прикрикивает на них Уилл; оба приходят в себя и начинают пятиться к двери.

– Твоя сестра странная, – говорит Колдер Келу, когда они выходят на улицу.

Уилл садится на диван и оттуда наблюдает, как я продолжаю раскладывать по алфавиту карточки с рецептами.

– Ты у нас учитель, – говорю я. – Куда положить «суп из печеного картофеля» – в «супы» или «картофель»?

– Перестань, – осаживает меня Уилл; вид у него хмурый.

– Да не могу я перестать, дурачок! Я уже почти закончила. Если брошу, как же ты найдешь рецепт… – достаю из вороха первую попавшуюся карточку, – торта «Захер»?!

Надо же было такое вытянуть! Кидаю карточку обратно и возвращаюсь к своему делу.

Уилл окидывает взглядом гостиную, затем встает и идет на кухню. Проводит пальцем по плинтусам. Хорошо, что я про них не забыла. Уилл скрывается в спальне и через минуту возвращается.

– Ты разобрала по цветам вещи в моем шкафу?

Почему-то он не улыбается. Я думала, он будет рад.

– Брось, это было несложно. У тебя рубашки от силы трех цветов.

Уилл пересекает гостиную, наклоняется и сгребает все карточки в одну стопку. Я тут же выдираю их у него из рук.

– Уилл! Прекрати! Я столько времени потратила!

Он бросает стопку обратно на пол, хватает меня за руки и пытается поднять, но я отчаянно сопротивляюсь, пиная его по ногам.

– Отпусти! Я… не… закончила!!!

Уилл разжимает руки, и я падаю на пол. Тут же собираю рецепты и опять принимаюсь раскладывать их по стопкам. Ну вот, все заново! И карточка с говядиной, как назло, куда-то запропастилась. Ага, есть пара перевернутых, надо прове…

На меня обрушивается поток холодной воды.

– Ты что творишь?! – возмущенно кричу я.

Уилл стоит рядом с пустым кувшином в руках. Лицо у него разъяренное. Я опять начинаю его пинать. Он пятится, думая спрятаться от меня на диване.

Да как он посмел?! Сейчас я ему покажу!.. Замахиваюсь, чтобы влепить Уиллу пощечину, но он успевает перехватить мою руку. Заведя ее мне за спину, он выталкивает меня в коридор и ведет в ванную, затем отдергивает шторку и ставит меня под душ. Я безуспешно отбиваюсь, снова пытаюсь его ударить, но руки у него длиннее моих. Прижав меня к стене, он включает воду. Ледяная струя бьет прямо в лицо. Я резко втягиваю воздух.

– Гад! Придурок! Козел!

Уилл, все еще прижимая меня к стене, откручивает второй вентиль, и вода становится теплее.

– Прими душ, Лейкен! Прими душ, черт возьми!

Он резко отпускает меня, выскакивает из ванной и хлопает дверью. Я вылетаю из душа, мокрая до нитки. Пытаюсь открыть дверь, однако Уилл держит ручку с обратной стороны.

– Выпусти меня, Уилл! Сейчас же!

Барабаню кулаками по двери. Бесполезно: она не открывается.

– Лейкен, – спокойно отвечает Уилл. – Я тебя выпущу, когда ты разденешься, примешь душ, вымоешь голову и успокоишься.

Я показываю ему средний палец. Он, конечно, не видит, но все равно приятно. Стянув с себя мокрую одежду и бросив ее на пол в надежде что-нибудь испачкать в этой намытой до блеска ванной, я залезаю под душ. Вода успокаивающе струится по коже; я закрываю глаза и подставляю голову и лицо теплым струям.

Черт. Уилл был прав. Опять.

– Мне нужно полотенце!

Я провела в душе добрых полчаса. У Уилла душ с гидромассажной насадкой: я направила мощную струю воды себе на шею и простояла так почти все тридцать минут. Она в самом деле неплохо снимает напряжение.

– Полотенце на раковине. Как и сухая одежда, – доносится из-за двери голос Уилла.

Отдергиваю шторку. Да, там лежит полотенце. И сухая одежда. Моя одежда. То есть он сходил за ней ко мне домой, а потом, пока я была в душе, незаметно вошел и положил все на раковину.

Выключив воду, я вылезаю из душа и насухо вытираюсь. Делаю из полотенца тюрбан на голове. Уилл принес мне пижаму. Уж не значит ли это, что я снова проведу ночь в его удобной постели? Одеваюсь и с опаской поворачиваю дверную ручку: вдруг до сих пор заперто? Нет, дверь отворяется.

Услышав звук, Уилл вскакивает с дивана и, перепрыгнув его, бежит ко мне. Я невольно пячусь, испугавшись, что меня снова запрут в ванной, но Уилл крепко сжимает меня в объятиях.

– Прости, Лейк. Прости, что так с тобой поступил. Ты была не в себе…

Обнимаю его в ответ. Конечно, обнимаю, а как иначе?

– Все нормально. Просто денек выдался… тяжелый.

Уилл отстраняется и кладет руки мне на плечи.

– Значит, мир? Мы друзья? Ты больше не будешь драться?

– Друзья, – неохотно киваю я (меньше всего сейчас мне хочется быть ему просто другом) и по пути к двери спрашиваю: – Как кино?

Он пропускает мой вопрос мимо ушей.

– Ты поговорила с мамой?

– Ого. Резко ты меняешь тему.

– Так вы поговорили? Не весь же день ты убиралась у меня дома. – Уилл идет на кухню и достает из шкафчика два стакана.

– Ну, не весь день. Большую его часть. Да, мы поговорили.

– И?

– И… У нее рак, – честно отвечаю я.

Уилл бросает на меня хмурый взгляд. Я закатываю глаза и в который раз хватаюсь руками за голову, забыв про тюрбан из полотенца. Сняв его, наклоняю голову вперед и пальцами расчесываю спутавшиеся влажные пряди.

Кое-как причесавшись, я выпрямляюсь и успеваю заметить, как Уилл резко переводит взгляд с меня на свою чашку: молоко уже перелилось через край и капает на стойку. Я делаю вид, что ничего не заметила, и продолжаю возиться с волосами, а Уилл, спохватившись, берет салфетку и вытирает лужу.

Только когда он достает из шкафчика какую-то коробку, а из выдвижного ящика – ложку, до меня доходит, что он готовит мне шоколадное молоко.

– Она выздоровеет? – спрашивает Уилл.

Я вздыхаю. Похоже, от этого разговора мне не отвертеться.

– Нет. Видимо,