Нелюбимые - Юлия Бонд

— Смотри. Клюёт! — тычу пальцем на вибрирующую удочку и с замиранием сердца наблюдаю, как Егор пытается достать из реки “нашу добычу”.

Увидев на крючке маленького карася, не больше моей ладони, я пускаю слезу. И прошу Егора отпустить рыбку. Удивившись, Егор всё-таки отпускает рыбу обратно, в реку. Смотрит на меня с высоты своего роста.

— И зачем мы приехали на рыбалку, — звучит риторический вопрос Егора, но я всё равно отвечаю, что рыбалка — это предлог поехать на природе, меня давно тянуло оказаться подальше от людей. — Может, поедем домой? Не устала?

— Шутишь? — усмехнувшись, киваю в сторону машины. — Палатку доставай. Скоро начнёт темнеть, а тебе ещё костёр разводить, чтобы он отпугивал диких зверей, которые надумают стащить мои бутерброды.

— Уверена, что хочешь остаться с ночёвкой? Юль, подумай хорошо, вдруг рожать, а мы в двух часах езды от столицы. Рискованно.

— Мне рожать через десять дней, трусишка, — смеюсь беспечно и уже через секунду мою поясницу простреливает адской болью: — Ой!

Вскрикнув, я натыкаюсь взглядом на перепуганное выражение лица Егора.

— Это было не смешно, Юль, — смотрит исподлобья. — Или ты не шутила?

Поджав губы, качаю головой. И когда пытаюсь подняться со стула, чувствую, как внизу живота будто что-то лопается, а по ногам начинает течь тёплая жидкость.

Сердце гудит как паровоз. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Мысленно себя успокаиваю. У нас есть два часа добраться до столицы, а если Егор немного втопит педаль газа в пол, то уже через полтора часа я могу себе благополучно рожать под присмотром медиков. Это же роды, да?

— Любимый, ты только не паникуй. Успокойся, ладно? Я, кажется, рожаю, — говорю Егору и с опаской поглядываю в его сторону.

— Шутишь?

— Не шучу!

— Юль, не смешно. Правда!

— Блин, Егор, да рожаю я. Ай…

Только успеваю вскрикнуть, как Егор вмиг оказывается возле меня. Обняв за талию, пытается отвести к машине.

— Юль, дыши. Вдох носом, выдох ртом. Всё будет хорошо, моя любимая девочка. Ты только не волнуйся, — подбадривает меня Егор, помогая залезть в машину.

Усмехаюсь через боль, потому что схватки как-то быстро усиливаются, а интервалы между ними резко сокращаются.

— Мне кажется, ты волнуешься больше меня, — говорю Егор, в награду получаю перепуганный взгляд любимого.

— Конечно, волнуюсь. Да, млять… Юля, я боюсь! У меня не каждый день рожает любимая женщина, да ещё и вдали от цивилизации. И нахрена я повёлся на твою рыбалку, — причитает любимый, запуская двигатель авто. Про палатку и стул мы благополучно забыли, да и бог с ними.

— Потому что ты меня любишь и не можешь отказать. Всё делаешь, как я скажу, — пою елейным голосом, стараюсь не показывать любимому, как мне на самом деле больно, а то он ещё больше испугается.

— Надо быть с тобой строже. И держать в ежовых рукавицах, — отвечает Егор, повышая скорость на коробке передач.

15

Егор

— А-а-а-а…. Егор, я больше не могу! Ты можешь остановиться? — её голос на надрыв вбивается мою голову звонким звуком.

Утопив педаль газа максимально в пол, я ненадолго оборачиваюсь. Смотрю на Юлю, свернувшуюся на заднем сиденье едва не в клубок. Ей больно. Я чувствую её боль каждой живой клеточкой своего организма. И злюсь на самого себя за то, что мы оказались в такой дурацкой ситуации!

— Юль, потерпи ещё чуть-чуть. До столицы осталось не больше часа езды, — прошу ласково и про себя молюсь богу, пусть пошлёт моей девочке хоть немного облегчения. Сил нет смотреть на то, как она корчится от схваток на заднем сиденье.

— Я не могу, Егор. Я рожаю. Не видишь? А-а-а…

Стиснув зубы, вбиваю в навигаторе “Больница” и жму на кнопку “Искать рядом”. Карта выдаёт мне один вариант в пяти минутах езды при такой скорости, с которой мы сейчас движемся. Это удача! Нестоличная клиника, в которой должна была рожать Юля, но всё-таки лучше, чем если она станет рожать посреди поля.

Млять…

В этой патовой ситуации мы оказались из-за меня. Ладно Юля беременная, под конец беременности чудить стала как ребёнок, но я же взрослый мужик и с головой всё нормально. Но повёлся на поводу у любимой женщины, потакая всем её капризам. Не нужно было ехать на эту дурацкую рыбалку. Юля меня уговаривала: “До родов ещё десять дней. Не меньше! А мальчики вообще рождаются немного позже, чем ПДР”. Да чушь это всё! Мой пацан имел всех в виду. Захотел на свет божий и плевать ему на всякие ваши там “ПДР”.

Свернув с трассы на перекрёстке, внимательно смотрю на навигатор. Еду, строго следуя указаниям карты. Вот тут сейчас повернуть налево, потом прямо и ещё один поворот налево.

— Егор, у меня, кажется, начались потуги, — рычит через зубы Юля.

— Ещё рано. Это только схватки, Юль. Не забывай глубоко дышать. Давай вместе. Глубокий вдох носом. Выдох через рот…

— Ты не слышишь меня? Нет? Я говорю, потуги. Р-р-р, — сцепив зубы, рычит как тигрица. И я вижу в зеркале на лобовом, что Юля уже лежит на спине и ноги согнула в коленях. Неужели реально потуги? — Это называется стремительные роды, Егор! Так что готовься встречать своего сына САМ! Ты не успеешь доехать до больницы.

— Юля, я не врач! Я не смогу принять роды, — кричу от испуга и ещё сильнее сжимаю пальцами руль. — Потерпи два километра. Мы почти приехали в какую-то сельскую больницу.

Стараюсь игнорировать чувство паники. Но не получается, чёрт! Меня трясёт всего от мысли, что любимая должна вот-вот родить. И не где-нибудь в больнице, а у меня в машине! Тут малого того, что нет ни одного врача, так ещё нет чистых полотенец и горячей воды, или что там нужно в родах?

Притормозив машину возле одноэтажного здания, с трудом напоминающего больницу, выскакиваю из авто. Распахиваю заднюю дверцу и прошу Юлю подождать меня две минуты. Сбегаю за врачом и вернусь. Юля едва кивает. И моё сердце пропускает мощный удар. Выглядит Юля очень слабой: мокрая вся от пота, волосы разметались по сиденью, а грудь тяжело вздымается, не говорю уже про то, что увидел кровь на одежде любимой.

Так быстро я ещё никогда не бегал, как бегу сейчас. Кажется, из лёгких выбивается весь кислород, когда я со всей силы тарабаню в закрытую дверь. Стучу и стучу. В одном из окон горит свет, значит, здесь кто-то должен быть!

— Откройте! — кричу, продолжаю стучать кулаками по двери. — Откройте! У меня жена рожает!

Я не сдаюсь. Продолжаю